Возвращение Проклятого (СИ) - Соломин Юрий Мефодьевич - Страница 162

Но вступая на эту зыбкую почву, он все-таки не хотел рисковать сверх меры. И уж точно не собирался вставлять флешку ни в один из лаптопов организации. Посмотрел земное время, оказалось что в Киеве начало пятого, вечер еще не начался. Значит, время у него есть.

Официально у Филиппа не было начальника. Он, конечно, подчинялся руководству филиала, но так как являлся единственным уникальным специалистом, то пользовался определенной свободой. Парень, который учил его использовать оборудование, тут не задержался и уехал на следующий день после того как Филипп научился ходить между стен, и немец ничего не знал о его дальнейшей судьбе.

Медведь же, в то время когда еще руководил филиалом, сказал Филиппу, что тому надо регистрировать в журнале все свои переходы. Писать время и способ выхода на изнанку, а также по возвращении максимально подробно описывать, как происходило путешествие на изнанке, когда и где он выходил в реальный мир, указывать Земля ли это, или какой-либо из карманов. И все. Такой свободой Филипп пользовался из-за того, что ему необходимо было тренироваться.

Правда перед тем как отправиться в относительно свободное плавание, Филипп подписал документ, где обещал не действовать во вред организации, подчиняться приказам и инструкциям, не совершать несанкционированных переходов, а если такое случиться, то информировать куратора в течении двадцати четырех часов, и еще несколько обещаний, суть которых сводилась к тому, что он не может ходить где вздумается бесконтрольно.

Это еще тогда удивило Филиппа, в этом документе не было ничего об ответственности за нарушение правил, так, словно ему безоговорочно верили наслово. Но как бы то ни было, после подписания его перестали контролировать. Он честно выполнял правила, как мог, отчитывался о каждом переходе, но сам документ с обещанием хорошо себя вести и не обманывать ему казался каким-то детским.

Филипп надел обруч и настроился на переход. Включил ноут, поставил время перехода, сказал, что планирует произвести серию входов и выходов на Землю и отправился на изнанку.

На Землю он вышел в обшарпанном подъезде старой пятиэтажки. Когда-то он снимал тут квартиру, и теперь легко мог настроиться на это место. Вышел на улицу, прошел мимо беспорядочно припаркованных автомобилей и оказался на оживленном проспекте.

Через час он уже сидел в «Макдональдсе», за одним из угловых столиков. По пути Филипп купил дешевый ноут, заплатил наличными, и сейчас смотрел на заставку винды понимая, что у него последний шанс принять правильное решение. Потому что после того как он вставит флешку и откроет содержимое, обратного пути не будет.

***

— Девчонки — сидящий на плече у Ани Проклятый помахал руками стараясь привлечь внимание Иры.

— Да, — та посмотрела на бывшего мужа.

В глазах у Иры уже не было той боли, которая поселилась там с момента исчезновения сына, теперь там царило иное выражение, ведьме хотелось просто убить хоть кого-то причастного к похищению.

— У меня к вам дело, и вы мне обе понадобитесь, как женщины, — сказал Миша.

— Давай к делу, — устало ответила Ира, а Аня хмыкнула, но промолчала.

— Поговорим в Португалии, — Проклятый перешел на серьезный тон, — и желательно отправиться туда прямо сейчас.

Миша осмотрелся и довольно улыбнулся. Он чувствовал хозяина, но сам оставался для того незаметным. Причем может оставаться таким, пока сам не пожелает показаться. Он уже заглядывал сюда на огонек один раз, хотел посмотреть, как ведет себя Гротак. Но тот как раз обрабатывал несчастную жертву, и Миша решил не смотреть на экзекуцию, потому что выглядела она довольно неприглядно, правда только для тех, кто умел смотреть. Если бы сторонний наблюдатель смотрел только глазами, то не увидел бы ничего интересного — пожилой мужчина сидел напротив молодой, слегка испуганной женщины, и оба сохраняли неподвижность.

Но стоило бы обладающему способностями человеку закрыть глаза, то можно было увидеть что девушку опутана множеством нитей так, словно муха попавшая в паутину, и нити эти пульсируют, стягиваются и расширяются и при этом кромсают тело девушки, которое становится все прозрачнее и перестает напоминать человеческое.

Миша тогда сделал для себя вывод, что Гротак пошел на сделку, а значит дело в шляпе, надо только ждать.

Время тянулось медленно, Ира и Стив со своими парнями вели свое расследование, но результатов не было. Аня то помогала им, то медитировала, во всяком случае, Проклятый именно так про себя называл ее тренировки, когда девушка надевала наушник, садилась в кресло или на пол, и погружалась в себя.

Он никогда не спрашивал ее, что именно она делает в такие моменты, хотя и испытывал любопытство. Сам же цедил кровь и ждал новостей. Новостей в любой форме, хоть от Стива, хоть от врагов, которые захотят встретиться. Где-то в глубине души он понимал, что поиски Стива ничего не дадут, слишком хорошо подготовились похитители. Но это не имело особого значения, он не собирался прекращать свое участие в поисках, не хотел соглашаться с предложением Адэхи и полностью уходить с Земли.

Два раза они переезжали, несмотря на то, что их вроде как и не искали, но Стив был осторожен. После их совместной попойки в Солимбэ, отношение наемника к Проклятому изменилось. Из взгляда ушло пренебрежение, он начал относится к Мише если не как к равному, то уже как к ценному специалисту.

Так прошла неделя. Миша отправил Адэхи очередную порцию крови, и решил сделать себе день отдыха. В Этании он тоже уменьшил количество сдаваемой крови, много бродил по окрестностям, иногда один, иногда вместе с охраной. Официальной причиной его прогулок был поиск врат, но на самом деле Мише просто нравилось тут гулять, наслаждаться свежим воздухом, слушать пение птиц. Тут было что-то, какая-то загадка, все нутро странника кричало об этом, но в руки эта загадка не давалась, лишь распаляла азарт, и Проклятый сам не замечал, как его прогулки наполняются страстью и смыслом — понять, поймать эту неуловимую загадку!

Самому Проклятому охрана была не нужна, но вместе с ним иногда ходили новообращенные странники, начавшие свои пять шагов. Михаил не возражал против их общества. Он уже обжился в Этании и давно проникся ее духом. Молодые смотрели на него, как не небожителя, и Проклятый ловил себя на мысли, что находит в этом некое удовольствие.

— «Да уж», — иронизировал он надо собой, — «на Земле ты был кем-то типа законопослушного анархиста, не любил власть и тех, кто ее олицетворяет, даже с отцом перестал поддерживать отношения из-за его работы.

А тут, оказавшись на вершине, сам с удовольствием решаешь судьбы чужих людей, и принимаешь это, как должное. Видимо правду говорят, что власть испортит кого угодно.»

Ворота, если они тут и были, в руки не давались. Может это они давали такой ореол загадочности, который манил Проклятого. А может, тут было что-то еще, что он не знал, а обсудить это было не с кем. Новообращенные странники в собеседники не годились, Агрок сразу дал понять, что обсуждать поиски не будет, мол, это лишь повредит, но никак не поможет, а беспокоить по пустякам чародейку он не хотел.

Правда та сама пришла на встречу, принесла собранную по его запросу информацию об инфексе. Но Миша не стал тащить девушку в лес, и они поговорили в его доме, за завтраком.

Из рассказа Веары следовало, что в бою инфекса победить практически невозможно. Во всяком случае, в одиночку. Инфексы с легкостью трансформировали тело, меняя форму, размер, плотность и состав. Они очень быстро адаптировались к поведению врага, часто предугадывая, что и как те будут использовать, и меняли форму так, чтобы атака противника не причиняла им вреда.

— Убить, или победить инфекса в бою, можно лишь лишив его возможности трансформироваться, — говорила Веара, — такое заклинание есть, это раздел боевой магии «Арунда», из группы холодных стихий. Если маг владеет такой техникой, и является достаточно умелым бойцом чтобы противостоять инфексу хотя бы пару минут, то он может «заморозить» демона, заставить его оставаться в физической форме некоторое время, и тогда тот станет уязвим даже к обычному, механическому воздействию, грубо говоря, оружие начнет ранить его.