Аристократ (СИ) - Беренс Лилия - Страница 13

К счастью, Альзард внимательно следил за Пауком и был относительно уверен, что тот не доставит проблем стране. А потом Фантомом один за другим стали интересоваться его дети. Особенно в этом усердствовал старший сын, жаждавший перетянуть Фантома на свою сторону. Итар заинтересовался его образом Жнеца, а теперь еще и самый бестолковый отпрыск, Эйфин, умудрился увлечься его настоящей личностью.

Король не знал, смеяться ему или плакать от такой ситуации. Но он умирал, здесь ничего нельзя было поделать. Правитель решил, что Фантом должен стать одним из подготовленных испытаний для его детей. Как и генерал Дарнак. Только достойный должен был получить корону, так что он, в конце концов, поддался на уговоры старшего сына и перестал подавлять ранговый рост в разведке Фантома. Даже если сын вырастит вторую голову змее своими решениями — это будет исключительно его проблема. В любом случае, Первый принц уже умудрился перетянуть на свою сторону Дарнака. Король признал, что несколько ошибся в мотивах командующего. Тот был верен и почти не скрывал своей готовности последовать за Альзардом Третьим. Что же, если генерал не собирался расколоть страну, то его можно было пока оставить жить. Объединив Западную и Восточную армии, Первый принц мог достичь всего, чего бы ни пожелал. Но нельзя было сбрасывать со счетов и других детей.

Королю импонировало коварство и безжалостность, даже к своим людям, принца Итара. Он был жесток, деспотичен, но неимоверно умен. Этим он отличался от своего самого старшего брата. Возможно, он гораздо лучше подходил для правления, ведь правление состояло не из победоносных войн, а из интриг и политических игр.

Принц Виор тоже оказался для Альзарда Второго большой неожиданностью. Стоило его царственному отцу окончательно слечь в постель, как Третий принц неожиданно показал себя с совершенно новой стороны. Словно терпеливый хищник, он выжидал удобного момента и тайно прибирал к своим рукам людей из различных королевских служб. На первый взгляд, ничего особенно — мелкие сошки. Но постепенно, словно шахматные фигуры, они занимали все более стратегически важные должности. Их начальники довольно часто умирали странными смертями или попадались на каких-то проступках. Медленно, незаметно, люди Виора продвигались по службе, а их конкуренты исчезали, словно растворялись в воздухе. Это наталкивало на мысли о наличии в распоряжении принца элитных подразделений, напоминающих королевскую разведку. Он никак не мог создать такую организацию сам, ни разу не попавшись в поле зрение шпионов короля. Это значило, что Виор работает с чужаками. Альзард хмурился, но пока не смог найти никаких доказательств.

Саим и Терий. Четвертый и Шестой принцы также вызывали скрытое неудовольствие короля. Но на этот раз своей безынициативностью. Они поступили на службу в Западную Армию и послушно следовали за Первым принцем, даже не пытаясь найти способ его обойти. Это отсутствие амбиций вызывало злость у Альзарда Второго, но он ничего не мог сказать напрямую. В глазах остальных эти двое были достойными принцами. Но королю не хотелось видеть, как его дети, словно стадо коров, следуют за самым старшим. Он хотел видеть жажду власти в их глазах, готовность пойти на все ради своей цели. Разумеется, он испытывал разочарование от их готовности подчиниться старшему брату. Эту ситуацию нужно было сломить. И у короля уже были идеи, как добиться нужного результата.

Второй принц, Бектий, был рожден несколько глуповатым. Именно поэтому Альзард отправил его в Ританию в качестве заложника без малейших размышлений. В его глазах, Бектию повезло уже в том, что его не придушили в тот момент, когда стала очевидна его врожденная глупость. Бектий даже в двадцать мыслил, словно ребенок лет десяти. Это был позор. Если бы Ритания решила убить заложника, Альзард Второй даже не был бы расстроен.

Что касается Эйфина…

В отличие от королевского двора, Альзард не считал Седьмого принца настолько ничтожным. Да, он показывал свое презрение к младшему сыну, но на самом деле не испытывал его. Мальчишка однажды посмел ударить своего отца, своего короля! Он без всякого страха поднял руку на него, за что и был выслан из дворца. Ха! Король в тот момент совершенно не был разгневан. Он был заинтригован, он хотел увидеть, чего сможет добиться этот ребенок в окружении жестокого мира, почти без поддержки и с минимальной защитой. Эйфин пока что справлялся, но не демонстрировал ничего примечательного. Впрочем, вскоре ему придется отправиться на службу. Этой обязанности никто при дворе не был избавлен. Эйфин осознавал, что не имеет никакого влияния, так что не мог рассчитывать на поблажки во время прохождения службы. Пожалуй, это стало причиной, по которой принц пытался сблизиться с Наилем Шарзером. Вот только выбор мальчишки был настолько неудачным, что Его Величество смеялся от этой новости, пока не досмеялся до приступа своей болезни. Ему было невероятно любопытно посмотреть, как младший сын будет выбираться из той ямы, которую сейчас себе копал!

— Не вмешивайтесь, — приказал он, когда лекарь стабилизировал его состояние. — Если Эйфин отправится служить под рукой Шарзер, сообщите мне. Ха-ха-ха!

— Слушаюсь, — склонился перед королем закончивший свой доклад темный силуэт в маске королевской разведки. На его груди была нашивка с пятым рангом. Этот мастер смерти совсем недавно вышел из-под плети наказателя и приступил к службе короне. С момента своего назначения он получил ранг, который ранее носил Наиль.

— Хорошо, — кивнул напоминающий мумию король, устало прикрыв свои запавшие глаза. — Чем больше хаоса, тем лучше. Нужно разворошить все эти ленивые задницы, пока моя кровь в их жилах не превратилась в какую-то мутную воду. Черта с два мою корону получит бесхребетный болван.

Наиль понятия не имел о том, что его повышение и прекращение попыток подчинить входило в планы короля для проверки своих детей и выбора подходящего наследника. Сам того не осознавая, он оказался вовлечен в интриги Его Величества.

В тот момент, когда король выслушивал доклад своего подручного, Наиль стоял перед Пауком в его темном доме и выслушивал длинную лекцию о пользе личных учеников.

— Он будет в твоей полной власти, делай с ним все, что захочешь.

— Он будет знать мою личность. Меня не устраивает.

— Ты же ментальный маг огромной силы! Неужели не сможешь ограничить одного человека?

— Почему именно человека? Гильдия решила сконцентрироваться на одной расе?

— Нет, конечно! Я просто сказал! Не обязательно человека, можно эльфа, да хоть гнома, если он сможет тебя устроить!

— Мне не нужен личный ученик, — упрямо произнес Наиль.

— А мне нужно, чтобы у тебя был личный ученик! Вопрос следующего поколения в нашей гильдии стоит очень остро. Я не могу позволить организации развалиться после моего ухода из-за некомпетентности новой верхушки!

— Но тренировочный лагерь уже занимается этим вопросом, в чем проблема?

— Проблема в том, что этого недостаточно! Когда еще система наладится, и выпускники смогут проявить себя? Мне нужна уверенность. Возьми ученика и сделай из него лучшего из лучших, того, кто сможет без проблем стоять над всеми остальными, кого не посмеют ослушаться.

— Да не хочу я никого учить! У меня и без того столько забот, что хочется разорваться на несколько частей! Куда мне ученик?

— У всех моих замов есть ученики. И у тебя будет.

— А что насчет тебя, Старший? — недовольно поинтересовался Наиль.

— Я обучил двоих, хватит. Одного из них пришлось не так давно казнить. Второй носит ранг восьми капель. Вас всего двое восьмого ранга! Не наводит ни на какие мысли? А?

— Черт, — обреченно вздохнул парень, понимая, что выбора у него особо нет. — Ладно! Но я сам выберу.

— Это — без проблем, — удовлетворенно расслабился в кресле Паук. — Но не затягивай с выбором.

— Хорошо, — обреченно произнес Наиль, после чего покинул гильдию.

Он не планировал в ближайшее время принимать заказы. Дело было в том, что он элементарно устал. Его удивляло, как королевские тени, находясь под заклятием, всегда готовы действовать. Словно бездушные машины. Впрочем, Зиргрин объяснил ученику, что для них подобное напряжение тоже не проходит бесследно. Королевские тени, обладая магическим даром, очень быстро стареют от такой жизни.