Приятные вещи (СИ) - Петюк Дмитрий "Desmond" - Страница 8

— Каждое Испытание и Искупление должно иметь шанс на исполнение. Хотя из всего, что мне встречалось в жизни, ваше наиболее близко к тому, что я бы назвала «невозможным». Я вижу, что ваша спутница выжжена — это значит, что магию она использовать не сможет. И даже если она станет последовательницей новой богини снов и когда-нибудь сможет снова творить чары, это её не спасёт. Такие раны подвластны не каждому Высшему Целителю.

— Так что насчёт артефактов и знаний? — напомнил я.

— Конечно же, Истребитель Недугов не ожидает, что целитель начнёт сам себе строить дом, ковать скальпели и варить эликсиры. Не накажет за чтение книги, свитка или просмотр иллюзии. Не станет осуждать постороннюю помощь и поддержку. Но самое главное грешница должна сделать сама — руками или магией, эликсирами или ритуалами, травами или препаратами.

Я торжественно кивнул, достал ещё одну пачку денег и положил в чашу. При этом я ничуть не ощущал себя глупым транжирой. Ко мне, наконец, пришло понимание дальнейших действий, теперь я осознал, что всё-таки имею шанс сделать свою любимую счастливой.

Кенира, уловив мои мысли, подняла маму с земли и подарила мне взгляд, полный доверия и любви.

Я никогда не был любителем экстраполировать, особенно когда в наличие была статистика лишь по двум случаям, но избавиться от беспокойства не мог. Если в храме Керуват от Мирены потребовали всего лишь месяц не лгать, в храме Мирувала — стать Высшим Целителем и обрести совершенный контроль элир, то представить, что от Мирены захочет Ризвинн, я просто-напросто боялся. Сразиться с Эгором, используя зубочистку? Стать Повелителем Чар самой? Возвыситься и обрести божественность? Передвинуть острова архипелага Алилур, выстроив их ровными радами и отсортировав по размеру?

В любом случае отступать мы не собирались, так что и откладывать смысла не было. Сев на верный Чотош, мы с Кенирой и Миреной поехали на окраину Нирвины, где стояло святилище Ризвинн.

Храм стоял посреди густого схожего с лесом парка и где величественно возвышался над окружающим пейзажем. В отличие от необычных и затейливых святилищ других богов, этот храм напоминал привычный готический собор. Фасад его украшала каменная резьба, изображающая батальные сцены, людей, голыми руками ломающих ошейники и рвущих кандалы. Огромные витражные окна изображали эпизоды времён Второго Слома Оков, включая сражение с Вечным Императором.

В храм вели самые обычные деревянные двери, обитые железом. На каждой створке находился щит, с изображённым на них Символом богини — сегментом цепи с порванным звеном.

Внутри храм вызывал очень ностальгические чувства. Он и тут напоминал храмы моей родины, я бы назвал это теми же «архитектурными традициями», если бы речь не шла о совершенно разных мирах. Высокие стрельчатые арки, удерживающие массивную конструкцию, нервюры свода, передающие через аркбутаны нагрузку на контрфорсы — всё та же знаменитая каркасная система, столь на первый взгляд простая, но прекрасная в своём совершенстве.

В отличие от остальных храмов, где мы бывали до сих пор, тут почти не было посетителей. Деревянные лавки, стоящие возле стен, преимущественно пустовали. Мы прошли в центр храма — к величественной статуе женщины в доспехах, тяжело опирающейся на длинный двуручный меч. Какое-то странное чувство не покидало меня всю дорогу, и лишь подняв голову и заглянув богине в глаза, я понял, в чём дело. Появление Мирены в Храме не вызвало никакой реакции — ни неприятных звуков, ни световых эффектов. Мы смогли зайти, словно обычные посетители.

Я осмотрелся по сторонам в поисках кого-то из священников, но никого не увидел. Так что я неторопливо подошёл к пожилому седому мужчине, чья осанка, ширина плеч и жёсткая кожаная броня выдавали в нём воина. Мужчина стоял на коленях, сложив руки в тихой молитве. Мне не хотелось ему мешать, так что я занялся разглядыванием барельефов и витражей, чтобы ему не мешать.

— Я могу чем-то помочь? — раздался тихий глубокий голос.

Я повернулся, увидев, что мужчина прекратил молитву и как раз поднимался на ноги.

— Простите, что потревожил, просто хотел узнать, где здесь можно найти кого-то из священников.

Мужчина тихо засмеялся.

— Рандрат Данштаг, паладин Щита Страждущих.

— Улириш Шанфах, паладин Повелительницы Грёз, — с ответной улыбкой представился я.

Мы с интересом рассматривали один другого, пока Рандрат не заговорил первым.

— И всё же, какое у вас дело к госпоже? Я так понимаю, дело касается вашей подруги? — он не глядя махнул рукой, безошибочно указав на Мирену.

— Моя спутница пережила череду ужасных событий, — в очередной раз пояснил я. — Пройдя через бесчисленные муки и пытки, она была вынуждена отречься от богов, включая Ризвинн. И теперь, когда вырвалась из плена, она ищет прощения и Искупления.

Паладин подошёл к Мирене и заглянул той в глаза. Она начала откидывать капюшон, но он качнул головой и удержал её за руку.

— Не надо, дитя. Я и так чувствую твою боль, вижу, через то, что ты прошла. Подожди немного, я спрошу госпожу.

Он закрыл глаза и неподвижно стоял почти целую минуту. А затем внезапно сказал:

— Страж Боли сожалеет, что не уняла твою боль. Щит Страждущих опечалена, что не защитила от страданий. Ты и раньше не была её последовательницей, а потом, испытывая муки, решила окончательно разорвать связь. Вот только это было лишь твоё решение, ведь богиня никогда не отворачивала от тебя свой лик. Искупления не будет, так как тебе нечего стыдиться и не о чем сожалеть, дитя. Воззови к Ризвинн, назови по имени, и она всегда придёт к тебе.

Мирена опустила голову, её плечи задрожали, и она тихо заплакала. Паладин сделал шаг вперёд и заключил её в объятия. Я поймал взгляд Кениры, и она кивнула. Подойдя к чаше для подаяний, мы оставили денег больше, чем в предыдущих двух храмах вместе взятых.

Глава 2

Уборка в доме

Свалка, мой столь чудесный и столь разочаровывающий проект, теперь, когда кольцо Кениры ломилось от богатств, стала полностью бессмысленной. У нас имелось столько денег и ценностей, что я даже не представлял, каким образом их удастся потратить за столетия, даже если начинать транжирить направо и налево. В сокровищнице и ограбленном банке имелось немало ценных металлов и сплавов, так что добыча материалов смысл тоже утратила, ведь недостающее всегда можно было заказать или обменять.

А ещё у меня имелись три Сердца, одно из них, как выяснилось, оказалось тем особо редким видом источников, который вырабатывал сразу гармонизированную элир. Если подумать, то использование его в арсенале выглядело логично — ведь тогда отпадала проблема несовместимости элир энергосети и владельца доспеха, которая могла бы привести к увечью или даже к смерти. И это позволяло надеяться, что всё или хотя бы большая часть оружия и доспехов, которые мы оттуда похитили, осталась в рабочем состоянии.

Одно из Сердец, самое слабое и наименее ценное, прокравшись с Таагом, словно вор, на территорию собственного предприятия, я и установил, замаскировав всеми известными мне структурами от ненужных взоров. Заодно сделал и простой коммутатор, способный автоматически переключать установку на элир от накопителя и городской энергосети. Малое энергопотребление всегда можно было списать на гений создателя, а вот установка, работающая без использования видимых источников энергии, вызвала бы массу вопросов и привлекла бы лишний жадный интерес.

Кенира меня не торопила, не засыпала вопросами и не пыталась принудить к действиям, хотя я слишком хорошо чувствовал её беспокойство и отчаяние. Но ей оказалось достаточно моего слова, что помочь маме можно, но для этого мне стоит всё хорошенько обдумать. И я действительно ходил в раздумьях, порой натыкаясь на стены, а во время ужина поднося ложку мимо рта. Идея, возникшая у меня в храме, одновременно восхищала своей простотой, но при этом пугала до дрожи сложностью реализации. Самое неприятное, что вычислений требовалось невероятное количество, поэтому имелась огромная вероятность, что такое исцеление я либо не переживу, либо превращусь в овощ. Но, конечно, для счастья своей любимой нормальный мужчина пойдёт и не на такое.