Глянцевая женщина - Павленко Людмила Георгиевна - Страница 26

— Так, стало быть, в аду?..

— Вот именно. И если встать на эту точку зрения, все сходится. Тогда даже ужас естественного отбора становится оправданным — ведь миром правит дьявол. А где он может править? Лишь в аду. И не за грехи люди в ад попадают. Они рождаются в аду. А потом лишь восходят все выше и выше путем реинкарнаций.

— Любопытные выводы. А тогда как же быть с Откровением? Вы признаете ведь, что оно было нам дано?

Больше того! Оно заложено в нас изначально в виде искры Божьей в душе каждого, оно дается также в виде Книги Бога, записанной не на бумаге, а во всем живом. Нечто вроде пособия для восхождения духа. Смотри на животных — и не будь жертвой, не будь хищником; смотри на природу, созерцай ее — и очищайся. И также Откровение изливается на нас двадцать четыре часа в сутки в виде мистических подсказок, случайностей и совпадений в нашей жизни, которые совсем и не случайности, а тот же самый урок жизни. Но мы поговорим об этом как-нибудь позже. А сейчас… Надо решить, что делать дальше.

— Как что? На дачу ехать.

— Правильно. Я тоже думаю, что эта теплая компания на выходные съехалась туда. Наверняка их допросили, и теперь они будут держать «совет в Филях», то бишь на даче у Лепницких.

Договорившись встретиться через пару часов на платформе у электрички, идущей до станции Васильевский Мох, Гринева и Чудин расстались. Павел Прокофьевич помедлил на пороге и нерешительно спросил:

— А вам не кажется, что наша случайная встреча в библиотеке отнюдь не случайна?

— Конечно, нет, — уверенно ответила актриса, — мы же должны расследовать убийство. И коль скоро Виктор Петрович Кронин отказался от моей помощи, должен был появиться кто-то, кто бы составил мне компанию. Не могу же я действовать в одиночку. Это, в конце концов, даже опасно.

Спускаясь вниз по лестнице, Чудин сквозь зубы бормотал:

— Невозможная женщина!

Виктор Петрович сожалел о том, что сотрудничество с актрисой было прервано, но что поделаешь, расследование убийства — дело небезопасное. А Елена Ивановна шла не раздумывая на контакты с людьми, среди которых мог оказаться и убийца. Общаться с ней, конечно, интересно, но поощрять самодеятельность, разумеется, нельзя. Кронин, однако, не мог не признать, что находки актрисы и ее интуиция давали импульс его собственным догадкам. Он сидел за столом в своем кабинете и просматривал дело об убийстве Алины Шиманской. За эти неполных шесть дней дело из тонкой папочки превратилось в довольно объемистый том, но до раскрытия убийства было, похоже, еще далеко. Начальник следственного отдела торопил его — начало мая было богатым на преступления.

— Пора наметить основную версию, — сердито сдвинув брови, говорил полковник Сурков.

Пора-то пора, да вот беда — не намечается она, эта основная версия. Проще всего было взять и арестовать по подозрению в убийстве собственной жены Шиманского — алиби шаткое, мотив имеется… Ну а куда девать парнишку, женский платок, духи, утерянные ключи и, наконец, неустановленные отпечатки на кнопке звонка? Пришлось «откатать пальчики» у всех, кто приходил или же мог прийти к Шиманским. У всех, кроме Светланы. Вот тоже головная боль. Ну куда подевалась эта мадам Прибыткова? Были осмотрены все морги, все больницы — безрезультатно.

— Ну подавайте во всероссийский розыск, — настаивал полковник.

Но Кронин был уверен: здесь она, в городе, прячется у кого-то. Оперативники побывали на даче Лепницких. Сторож — крепкий широкоплечий парень лет тридцати — уверенно заявил, что никаких дамочек он даже вблизи дачи не замечал. Оперативники прошли по территории, заглянули в закрытые окна, подергали запертые двери. За дачей решено было вести наблюдение. Кронин уверен был, что участники вечеринки на выходные непременно соберутся там опять, и теперь ждал сообщения об этом.

На допросах никто из гостей и хозяев дачи не дал показаний о парнишке в синей куртке, навестившем Алину перед самым убийством. Точный рост посетителя — метр шестьдесят семь — сужал круг поисков, но ни у кого из гостей Лепницких не имелось детей такого роста.

«Нет, все-таки она мне помогла, — с благодарностью думал Кронин о Елене Ивановне, — нельзя этого отрицать. Мало того, что обратила внимание на не принадлежавший Алине носовой платок, пропитанный этими духами, так еще и позволила узнать рост этого неведомого подростка. Кто он? Зачем он приходил? Может, это и в самом деле переодетая женщина? Джинсы носила Валентина, но по росту она не подходила, да и «пальчики» на кнопке звонка не ее. Отпечатки принадлежат скорее всего этому таинственному подростку в синей куртке».

Следователь бросил взгляд на часы — почти шестнадцать. Субботний день, а он сидит здесь как последний идиот, вместо того чтобы закатиться на рыбалку куда-нибудь у тихой заводи, где соловьи выводят свои умопомрачительные любовные рулады… Вот у него, у Кронина, даже возлюбленной нет — ну не идиот ли? И дело даже не в загруженности, не в этой постоянной включенности в работу — дело еще и в его собственном характере. Ну чем плоха ему была Галина? Он был ошеломлен, когда впервые ее увидел, но не прошло и трех месяцев, как восхищение сменилось скукой. И не то чтобы она была глупа. Отнюдь. Даже напротив. Но ее ум не был окрашен чувством. Только голый расчет — и ничего другого. Даже в постели, доводя его до исступления, она сама лишь имитировала страсть и оставалась холодна: он это чувствовал. И о какой любви тут можно говорить?! Просто женщине пора о штампе в паспорте подумать, а он неплохая кандидатура в мужья. Да… Но и ему давно пора жениться. Каждую встреченную женщину он помимо своей воли примерял на роль жены. Пока что… Ну нет ее, той «второй половинки», без которой жизнь не полна. Может, ее вообще не существует? Ни разу в жизни не почувствовал он притяжение, сопротивляться которому не хватило бы сил. Впрочем… Стоп! Было, было!.. Всего одно мгновение, но было! Когда он сидел в кресле в холле ателье, а потом поднял голову и увидел устремленный на него взгляд голубых глаз. Они были невероятно большими и, казалось, освещали все лицо. То были глаза ангела небесного. Он горько усмехнулся. Какая ошибка! Как хорошо, что он ничем не показал, что этот взгляд проник ему прямо в душу!

Он тряхнул головой, отгоняя видение. К делу, к делу! Мысли переключились на любовную пару Алина — Сергей. Что связывало этих двух людей? Сергей сказал, что прежде всего постель. И он действительно подумывал о браке с этой женщиной. Кронин нашел протокол допроса Гудкова Сергея Михайловича.

— Как давно вы знакомы с семьей Шиманских?

— Приблизительно год.

— При каких обстоятельствах познакомились?

— Они хотели разменять квартиру, Алина пришла в агентство, там мы и познакомились. Я предложил ей несколько вариантов, но сам Шиманский заупрямился, и размен отложили на неопределенное время.

— А чем их не устраивала эта квартира?

— Мне кажется, Алина уже тогда не могла жить с ним, а поскольку он разводиться не хотел, она надумала хотя бы разменяться и жить с дочкой отдельно от него. Но он не хотел терять ни дочку, ни квартиру. Ему так было очень даже удобно.

— Как складывались ваши отношения с Алиной Шиманской?

— Она дала мне свой рабочий телефон. У меня появился очень хороший вариант — две квартиры, и обе в центре. Однокомнатная и двухкомнатная. Даже с евроремонтом. А у Шиманских квартира настолько запущенная… Сами видели. В общем, я позвонил Алине. Она сказала, что муж против размена. Тогда я предложил хотя бы осмотреть эти квартиры. Она пришла после работы, мы сходили по адресам, потом я проводил ее до дома. Она всю дорогу вытирала слезы. Разговорились… Ну и… чтобы успокоить клиентку, я повел ее в небольшое кафе на Старопанской. Выпили сухого вина, она мне рассказала свою историю. Потом познакомила с Лепницкими. Они хотели купить квартиру, вложить деньги в недвижимость.

— Купили?

— Да.

— Вы хорошо зарабатываете?

— Не жалуюсь.

— Алина говорила вам, что Шиманский безработный?