Пропаданка (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 55

Получалось, что ученики проучились уже пять с половиной месяцев, и ректор предложил либо дождаться следующего года и, не проходя никаких проверок, сразу быть зачисленными на первый курс, либо начать занятия с репетиторами, нагнать программу и зачислиться, а в зависимости от результатов, возможно, и не на первый курс, а сразу на второй или третий. Типа «всё как ему скажут и насколько Пресветлые госпожи этого хотят».

Пока все наперебой снова задавали вопросы, ещё и конкретно про свои Дары, Варя бочком переместилась к Тариону, схватила его за рукав, чтобы не сбежал, и выразительно посмотрела в лицо, когда тот обернулся и приподнял бровь.

В итоге на лице этого молодого эльфийского отца промелькнуло какое-то непонятное выражение, но он кивнул, и они незаметно отошли от толпы, свернули в неприметный альков и вошли в помещение, похожее на кабинет: стоял большой стол с пачкой бумаги и письменными принадлежностями.

— Здесь оформляют документы для поступления в Академию, — пояснил Тарион и прислонился к столу, скрестив руки перед собой. — Ты что-то хотела спросить? Про свою служанку?

— Э… Да, и это тоже, — кивнула Варя. — Что с ней будет? Кстати, я всё забывала рассказать, что кто-то дал мне подсказку насчёт Морнэмира. Я нашла его имя в своём блокноте. У меня его отняли, а потом вернули, когда в карету сажали. Это была Эллери?

— Хм… Нет, это была не она, — покачал головой Тарион. — Эллери лишь выманила тебя из дома и принесла зачарованные цветы. Её мать не хотела, чтобы её в чём-то заподозрили, так что Эллери сразу вернулась…

— Вернулась? — спросила Варя.

— Ты же не думаешь, что мы не пытались расследовать твоё исчезновение? — буркнул Тарион. — Иль-Кулло предусмотрела, что её дочь могли заподозрить, так что отправила её на посиделки с другими девушками, чтобы те могли засвидетельствовать её присутствие. Эллери отвлекла подруг и незаметно отлучилась на пару минут, успев передать тебе зачарованный букет, а после вернулась. Сама Иль-Кулло тоже обеспечила своё алиби. Эллери призналась во всём своему отцу…

— Так она призналась? — выдохнула Варя.

— И рассказала о матери, — кивнул Тарион. — Вероятно, им помогал кто-то ещё. Но в тот день из Серебристого Леса было отправлено ещё три невесты. Полагаю, это могла быть одна из них. Впрочем, никто из них не сказал ничего полезного, а то, что с тобой пропали и послы из Икены, стало известно за несколько часов до того, как пришло сообщение из Арска.

— Понятно… — протянула Варя. — И… что теперь? Ну, с Эллери и её матерью будет?

— С этим разберётся Элрох, — нагло ушёл от прямого ответа Тарион.

— Он?.. Он же отвечает за безопасность? — вспомнилось Варе.

— Да.

— А разве это не противоречит… В общем, он же заинтересованное лицо вроде как получается…

— Он разберётся, — отвернулся Тарион и сменил тему: — Я узнал насчёт эленхаймов.

— И? — Варя подобралась… Если Тарион только попробует тянуть время…

— Всё готово, можно приступать хоть сейчас же, — ответил Тарион и наконец прямо посмотрел ей в глаза.

— А ты достаточно восстановился? — моргнула Варя, чуть не задохнувшись воздухом. По спине пробежались прохладные мурашки, словно она попала на сквозняк. От прожигающего изучающего взгляда становилось не по себе.

— Достаточно, — медленно кивнул Тарион. — Одно обращение я вполне потяну.

Прозвучало как укор, что кроме неё обратно никто из обращённых девушек не собирался становиться обратно человеком. Да, в этом, конечно, девчонки её надежд не оправдали… И теперь совсем неудобно одной из всех отказываться от «лучшей версии себя».

— Ты готова? — нарушил повисшую паузу Тарион.

— Да… Да, я готова, — быстро облизнула моментально пересохшие губы Варя, выдохнув. — А… знаешь, мне тут Эсфира высказала такую странную мысль, что… что надо просто провести повторный ритуал с… другим отцом, чтобы… чтобы ты тоже был… с кем-то… мог, — она сбилась, смутившись пристального взгляда и почему-то подумала, что, а вдруг Тарион вздыхал вовсе не по ней, а по Розаре или Дэльме или даже по самой Эсфире или близняшкам. Да и с мамой всё равно был открыт вопрос.

— Это не так просто, как кажется, — медленно ответил Тарион.

— Что?

— Ритуал — это не «просто», — нахмурился Тарион. — Никто не знает всех его тонкостей.

— А ты разве не можешь научить? — спросила Варя, заправив за ухо выбившуюся прядь. — А как же Морнэмир? Он же тоже очень сильный маг. Я думала, что… Ну, ты извини, просто выглядело, что там всё готово было, а ты лишь подал магию в круг, как сделал сегодня этот учитель… м… Мастер Улитон, когда мы узнавали свой Дар?

— Мастер Илито?

— Ага.

— Любопытная мысль, — задумался Тарион, внимательно посмотрев на неё. — Ты так легко разобралась, как работает магия?

Варя чуть не подавилась смехом.

— Это… Было слишком очевидно.

— То есть ты всё-таки хочешь оставаться эльфийкой, но не моей дочерью? — прищурился Тарион.

Варя сглотнула.

— Ну… Как бы, я… — конечно, она сказала это в общем, чтобы посмотреть на его реакцию. И эта реакция оказалась совсем непонятная. Но ведь это значило, что… Что они могли бы… Чисто теоретически… — На самом деле я… — Варя моргнула и умолкла.

Знает ли она, чего хочет?

Она думала, что хочет вернуться домой, как изначально планировалось, но… Столько всего произошло. Так много, что прежнее возмущение по поводу того, что её не спросили по поводу ритуала, как-то размылось и подзабылось. И их путешествие с Тарионом позволило ей лучше его узнать, не то чтобы полюбить, но, наверное, было бы неплохо с ним встречаться и узнать поближе… Он ей нравился с первого взгляда, но потом было много разного, и «красные флаги» в том числе, и косяки и с его, и с её стороны, даже ещё и магическое отцовство, которое сильно всё одновременно и усложнило, и упростило в их взаимодействии.

Впрочем, Варя, можно сказать, никогда не была в настоящих отношениях. Те мальчики, которые нравились, или стеснялись, или боялись подойти к ней, или у них уже были девушки. Однажды всё-таки так совпало, что мальчику, который ей нравился, она нравилась тоже, и они даже попытались встречаться, но вся её «влюблённость» очень быстро испарилась, стоило им поссориться на третий день из-за какого-то пустяка вроде какой фильм они будут смотреть. Ей тогда было пятнадцать.

Плюс мама всё время предостерегала и боялась, что она влюбится не в того парня, испортит себе жизнь. И будет как она: выживать с ребёнком, без возможности положиться на мужчину и разделить груз ответственности… Всё было сложно.

Варя и правда часто влюблялась в кого-то неподходящего: то в женатого молодого учителя, то в соседского мальчика, который был старше её лет на пять, связался с дурной компанией и в итоге случайно умер, то в друга-поклонника по переписке, который, как выяснилось позже, оказался каким-то престарелым извращенцем. Ей тогда было уже шестнадцать, и тот случай как-то совершенно отвратил от знакомств «вслепую» по интернету. А ведь это девяносто девять процентов всех знакомств с людьми! Несмотря на сложную госрегистрацию, народ всё равно умудрялся делать липовые личности и вводить в заблуждение.

Иногда Варя думала, что с ней что-то не так. Впрочем, она особенно не заморачивалась, так как нашла себе утешение в дизайне одежды и отдавалась этому делу со всем пылом и страстью. Пока она зарабатывала деньги и творила одежду, подружки и знакомые сходились и расходились с парнями, страдали от расставаний, мучились в отношениях, которые их чем-то не устраивали, и Варя как-то смотрела на свою жизнь веселей. Ей не было скучно без кого-то.

Но слова Эсфиры как будто позволили проклюнуться ростку надежды на какое-то личное счастье и задуматься, что подруга тоже остаётся и остальные девчонки. Они будут исследовать новый мир, выберут себе самых классных, умных и красивых парней, будут учиться магии. Варя со своей магией тела может стать быстрой и сильной, как супермен… Она уже однажды это почувствовала, если не откажется от всего этого ради… ради чего? Ради показа, который проводят каждые три месяца и на котором она мелькнёт в течение одной минуты? С высоты уже пережитого опыта и открывающихся возможностей это казалось чем-то… мелким и несущественным. Далёким. Оставленным в другой жизни, в которой она ещё не знала и не испытала всего того, что знает сейчас.