Пропаданка (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 45

Когда выехали на границу посадки, Тарион показал, что по периметру высаженных мэллорнов лежали всякие подношения. Варя увидела ленточки, привязанные к кустикам, сухие венки, даже что-то вроде небольших каменных скульптур, похожих на японских дорожных божеств, перед которыми лежали плоские камни.

— Люди кладут туда хлеб, его таскают птицы, которые любят селиться в свободных мэллорнах, — заметив её интерес, пояснил Тарион.

— Эльфы-божества, — фыркнула Варя. — А что, внутрь не заходят?

— Может, и не заходят, — пожал плечами Тарион. — Но это, вообще-то, не запрещено. Только в магических элрондах стоит защита от вторжения, а так просто по роще погулять можно.

— Так что там с твоими ошибками при нашем заэльфении? — перевела тему Варя, чтобы скоротать время в пути. Поселение, к которому они двигались, виднелось на горизонте.

— Думаю, всё дело в том, что я решал задачу о том, чтобы вы изначально были магами и не пришлось слишком долго нащупывать в себе магию, — ответил Тарион. — Я не думал, что это свяжет меня… таким образом, хотя я и правда брал себя за некий образец мага.

— Да уж… Бойся своих желаний, — фыркнула Варя. — Теперь ты многодетный отец, но ни с кем из нас… Или это не считается?

— Думаю, что считается, — совершенно по-человечески вздохнул Тарион, забавно пригорюнившись.

— А ты, наверное, как принц имел что-то вроде права первым выбирать себе невесту, да? — поддразнила Варя.

Тарион кисло кивнул.

— Это карма, за то, что без нашего разрешения решил вмешаться в наши тела, — с уверенностью сказала Варя. — Так всегда и бывает.

— У тебя был похожий пример? — удивился Тарион, посмотрев на неё внимательным взглядом. Варя немного смутилась. «Понарошечный» отец Тарион снова начал вызывать всякие мысли на тему «а что, если». К тому же… Если она перестанет быть эльфийкой, то, значит, и его «дочерью» быть перестанет? И что тогда? А она его не-эльфийкой заинтересует? А если кто-то другой проведёт ритуал? Морнэмир? Чтобы стать её магическим отцом? А магия пропадёт или останется? А Морнэмир согласится? Или разобиделся? Неужели он хотел, чтобы она…

— Был? — напомнил о своём вопросе Тарион, и Варя встрепенулась от слишком сильного погружения в фантазии.

— Ну, не совсем такой, конечно, но всякое бывало. И не только у меня, кстати, — замялась она. — Прости, мне не стоило смеяться. Я понимаю, что… Ну, наверное, вы так поступили не со зла, а из-за необходимости или потому что не видели иного выхода. Хотя и поступили нечестно по отношению к нам.

— А если бы ты знала всё заранее? — спросил Тарион. — Ты бы согласилась?

— Не обязательно, но на кастинг пришло много девушек. Может быть, если бы они знали, кто-то из них бы согласился. Я… Я если честно, уже не знаю. И очень хочу поговорить со… — Варя усмехнулась. — Со своими сёстрами по магии, чтобы как-то, не знаю… Узнать их мнение на этот счёт и выслушать все «за» и «против». А кстати, мы эти четыре дня как поедем? Ну, в смысле, где будем ночевать, что кушать… Хотя кушать я не особо хочу после вчерашнего перекуса в замке. Но от долгого сидения на наших конях устаю. Наверное, можно иногда пешком идти, чтобы потом поп… в смысле, чтобы размяться и ничего не болело.

— До Синтхона можно добраться двумя путями. Мы в княжестве Исхор… — Тарион достал настоящую карту, нарисованную на чём-то вроде свитка из кожи, и передал её Варе. — Сейчас вот здесь. Доберёмся до Зиндука, там будет две дороги: на запад через Белгар или на северо-восток через Лапик и Скон.

— А как же третья дорога? — удивилась Варя, прочертив по карте прямую до Синтхона, куда им и было надо. — Ведь получается, что если мы просто прямо поедем, то доберёмся быстрей.

— Вот здесь очень большие топи, — обломал её Тарион, тыкнув в серёдку, которая особо никак не обозначалась географическими знаками. — Так что путь есть только в обход, через города.

— А перелететь эти топи? — чисто из упрямства возразила Варя. Но посмотрев на приподнятую бровь Тариона вздохнула. — Нам не хватит магии? Мне. И вдобавок мы можем попасть на болота, где не ступала нога человека… Э… Ладно, а из тех двух путей какой короче?

— Оба займут около четырёх дней пути, — пожал плечами Тарион. — Белгар — столица Белгарского княжества, если мы повернём, то путешествовать будем почти всё в пределах этого княжества, но дороги там должны быть получше. Хотя в Суховей все дороги нормальные, обычно дожди в этот сезон крайне редки. Но если отправимся через Лапик, то он находится в княжестве Ала, как и Синтхон, а вот Скон в Эльфийском княжестве. А чтобы добраться до Лапика, придётся весь день ехать по Исхору. Так что можно увидеть жизнь трёх разных княжеств.

— Сложный выбор, — снова посмотрела на карту Варя. — А Синтхон — это же тоже столица княжества?

— Да, столица княжества Ала, — кивнул Тарион.

— Думаю, что Эльфийское княжество мы успеем посмотреть на обратном пути, — решила Варя. — И на княжество Ала насмотримся. Ну и по Зиндуку прогуляемся. А мне хочется посмотреть и сравнить две столицы княжеств.

— Значит, Белгар, — кивнул Тарион. — Что ж, хороший выбор. Белгарское княжество присоединилось к Аслаху почти сразу после объединения Эль с Ала…

До самого Зиндука Тарион рассказывал местную историю завоеваний и присоединения, которую видел из первых рядов. Варя лишь угукала, слушая вполуха. Впрочем, далеко в дебри Тарион уйти не успел, так как городка они достигли довольно быстро.

Зиндук оказался простой деревенькой с единственным каменным строением — маленьким храмом Ша. Им пришлось туда зайти, так как эльфы считались кем-то вроде посланников Солнца. На Варю все глазели, кланялись и шептались. Говорили здесь на самом распространённом аласинском языке, про который рассказывал ещё Владиил. Если прислушиваться, то по звучанию походил на помесь английского и как будто болгарского, а письменность — кириллица с добавлением некоторых английских букв. Вообще Варю поразил уровень образованности, так как на площади на доске висело что-то вроде небольших газет с новостями, которые местные читали, и на домах имелись таблички с названия улиц и номерами домов. Например, центральная улица называлась «Речной» — наверное, потому, что шла параллельно приграничной реке, — писалась «Риqзаiна», а читалось как «рикьзáна», то есть «i» не читалась, а показывала ударение, а «q» была обозначением «мягкой к».

В храме они с Тарионом только по очереди коснулись большого зенхайма: Варе даже показалось, что она оттуда взяла сил, — может, так и было. Им поклонился кто-то вроде священника или жреца, осенив растопыренными веером ладонями с прижатым друг у другу большими и указательными пальцами, через которые посмотрел. Наверное, это такой знак солнца. Варя предположила, что священник сказал, что бог на них смотрит. Обычные люди пытались осенять себя одной рукой, прижимая большой палец к ладони, а остальные растопыривали. Движение быстрое и смазанное, так что доподлинно разглядеть как-то не получалось, но выглядело немного смешно, в конце им этими «растопырками» махали вслед.

Стоило аргамакам ступить на дорогу в сторону Белгара, Тарион продолжил читать лекции по истории и рассказывать о всяких на его взгляд интересностях этого региона.

Варю заинтересовала её лишь история про фойну Тарику, которую прозвали Белгарской. Жена военачальника, погибшего на войне с соседним Икедоном, которая заменила мужа, решив отомстить за него. Она возглавила почти разгромленную армию, организовала стодневную оборону города, устраивала дерзкие вылазки и в итоге спасла Белгар от захвата, дождавшись помощи из княжества Ала. Впоследствии Тарика Белгарская вышла замуж за принца, который возглавлял военную кампанию против Икедона, и стала Императрицей, матерью нынешнего императора Гунтойма Шестого, который правил Аслахом уже сто пятьдесят лет. Тарион, кстати, заявил, что в конце Сезона Второго урожая, то есть в августе, будет большое празднование этого юбилея коронации и они все туда заочно приглашены. Ещё и добавил что-то про то, что Варя сможет показать свои таланты по части нарядов. Нормально?