Клятва ненависти (ЛП) - Джеймс Лайла - Страница 42

— Что? — Я вздохнула.

— Печенье, принцесса.

О. Верно. Печенье.

— Ты думала, что я имел в виду что-то другое? — спросил он, откусывая еще один кусочек печенья. Киллиан был таким спокойным и собранным, а я была такой… неспокойной.

— Нет, — слишком быстро возразила я, и он одарил меня своей фирменной кривой ухмылкой.

Киллиан Спенсер кокетничал?

И почему мне это понравилось?

Съев два печенья, он снова протянул мне бумажный пакет. 

— Спасибо, Грейс. Это было очень предусмотрительно с твоей стороны.

Грейс.

Это было почти на кончике моего языка – сказать ему правду. Что я не Грейслин. Мне хотелось кричать, что я Джулианна.

Но в итоге я только кивнула и улыбнулась.

Моя ложь была горька на моем языке, но я проглотила ее.

Впервые в жизни я почувствовала себя замеченной и желанной. Желанной. Я чувствовала себя… важной.

И я хотела большего.

Не зная, что это станет причиной того, что я потом все потеряю.

ГЛАВА 18

Джулианна

Прошлое

Две недели спустя

— Нет, — невозмутимо ответила я.

Киллиан стоял передо мной, его рукава были закатаны до локтей, а первые три пуговицы его черной классической рубашки были расстегнуты. Его темные волосы были спутаны, как будто он слишком много раз провел по ним пальцами.

Мой взгляд метнулся к хлысту в его руке, а затем быстро вернулся к его глазам. То, как вел себя Киллиан — такой уверенный и контролируемый, воздух практически потрескивал от его доминирующей энергии — заставило меня нервничать.

Уголь взял яблоко, которое я ему предлагала, его теплое и влажное дыхание коснулось моей руки, и я поспешно отпрянула. 

— Вот и все. Я глажу его и кормлю яблоками, но не лезу к нему.

Киллиан вздохнул. 

— Он безопасен. Я бы не позволил тебе приблизиться к нему, не говоря уже о том, чтобы ездить на нем, если бы он не был таким, Грейс.

За последние две недели я научилась игнорировать то, как имя Грейслин звучало в его устах, когда он говорил со мной. Это моя вина, что он все еще считал меня старшей дочерью епископа Романо.

Да, я уже должна была сказать ему правду.

Но я не могла.

Я не хотела.

Каждый раз, когда мои губы открывались, чтобы сказать правду, мне казалось, что я проглотила что-то большое и захлебнулась собственной ложью. Мой мозг говорил мне одно, но сердце хотело совсем другое.

Сначала меня грызло чувство вины, когда Киллиан флиртовал со мной. Если бы он знал, кто я на самом деле или сколько мне лет — семнадцать и несовершеннолетняя, — он бы не удостоил меня ни одного взгляда.

Он думал, что я Грейслин и что мне двадцать два года.

Киллиан был старше меня почти на десять лет, состоятельный и опытный человек. Я была никем и слишком молода для него.

Но три дня назад мне исполнилось восемнадцать. Это заставило меня чувствовать себя немного менее виноватой за то, что обманом заставила его поверить в то, что я Грейслин. Я знала, что это не сделало меня лучше и не исправило ситуацию, но я догадывалась… Я пыталась заставить себя чувствовать себя лучше.

Что я не делала ничего плохого.

Что это не было запрещено.

Хотя, впрочем, это было все три варианта.

Киллиан прижался ко мне, его грудь прижималась к моей, заставляя мое внимание вернуться к нему. Я покачала головой. 

— О, нет. Нет, я на него не полезу!

— Поверь мне, принцесса, — выдохнул он.

— Я доверяю тебе, но…

Киллиан усмехнулся, довольный моим ответом. Я даже не осознавала, что произнесла эти слова вслух, что я доверяла ему.

— Никаких «но», — напевал он. — Ты не можешь взять это обратно. Помнишь, что я сказал? Страх обманчив. Он держит тебя в плену, и тебе нужно вырваться на свободу. Я не позволю ничему причинить тебе боль.

Моя рука легла ему на грудь, и я легонько толкнула его, но это не помогло. Он даже не шелохнулся, хотя я этого и не хотела. Мне нравилось, когда он был так близко. Его сильный мужской запах заполнял мой нос, а его тепло ласкало мою кожу.

— Ты не можешь говорить это с такой уверенностью. Ты не можешь защищать меня все время.

— Да, я могу.

— Ты не непобедим, — парировала я.

— Кто сказал?

Я облизнула губы, и его темные глаза вспыхнули с декадентским озорством. 

— У высокомерия есть предел, Киллиан Спенсер.

— Высокомерие — спорный и субъективный вопрос, — сказал он.

Я застонала. 

— Ты невозможен.

— А ты милая.

Я толкнула его еще раз, нахмурив брови. 

— Не надо меня опекать.

— Я и не опекаю, — прорычал он. — Ты милая, раз так дуешься.

— Я не дуюсь. — Мои губы скривились.

Он изогнул бровь, и я закатила глаза. 

— Отлично! Я дуюсь. Ну и что?

— Красивая, — прошептал он.

Я потеряла сознание во второй раз с тех пор, как встретила Киллиана.

— Теперь поверь мне. — Он схватил меня за бедра и так резко поднял, что я задохнулась. — Левая нога в стремени, княгиня. И твоя правая нога над лошадью.

Я быстро сделала, как мне сказали, только один раз пискнула, когда села в седло. Уголь почти беспокойно шевелился подо мной, и мои пальцы сжались в его красивой шелковистой гриве.

— Ну вот, — похвалил Киллиан. — Посмотри на себя. Бесстрашная. Ты села на лошадь, Грейс.

Так я и сделала.

Но, о Боже, мое сердце колотилось о ребра, кровь гудела в ушах, и я чувствовала… одышку.

— Лошадь чувствует, когда ты напряжена, и это ее раздражает. — Киллиан слегка провел хлыстом по моей спине, и я задрожала. — Расслабь мышцы и прогни спину.

Я сделала, как мне было велено, и в конце концов обнаружила, что сижу более надежно в седле, которое было для меня слишком большим. Киллиан снова провел хлыстом по изгибу моей спины, почти дразня. Крошечные волоски на затылке встали дыбом, и я сжала бедра, чувствуя настойчивую боль между ними.

— Киллиан, — пискнула я, когда Уголь громко вздохнул и затопал.

— Все в порядке, — успокоил он меня, положив руку мне на бедро. Твердый и сильный. Надежный. — Я здесь.

А потом Киллиан сделал то, чего я от него тоже не ожидала. Он подошел ко мне сзади и уселся на Угля. — Я держу тебя, — прошептал он мне на шею, прижимаясь к моей спине.

Его сильные бедра обхватили мои бедра, а ноги болтались позади меня. Он был так близок, так горяч… так силен.

Жеребец фыркнул, становясь беспокойным под нашим весом, но Киллиан погладил черную шерсть, издавая успокаивающие звуки в задней части горла. В конце концов, Уголь успокоился и затих, терпеливо ожидая следующей команды Киллиана.

— Ты заклинатель лошадей, — пробормотала я.

— Ты доверяешь мне, принцесса?

Я молча кивнула.

Его пальцы обвились вокруг моих бедер, и он пустил Угля рысью. Лошадь сделала несколько шагов, и я вскрикнула, мое тело напряглось.

— Расслабься. Расслабь свои мышцы. Позволь мне вести тебя.

— Тебе легко говорить, — пробормотала я.

— Грейс, — сказал он предупреждающим тоном. — Послушай меня.

— Я слушаю!

— Нет, ты снова позволяешь своему страху мешать тебе.

Мой голос дрожал, когда я говорила. 

— Киллиан, пожалуйста.

Он схватил повод одной рукой, держа другую на моей талии.

 — Оседлай волну, — сказал он глубоким и спокойным голосом. — Не сражайся с Углем. Покачивай бедрами в его движениях вперед-назад. Почувствуй это. Почувствуй его. Расслабь позвоночник, расслабь мышцы.

Я пыталась, но каждый раз, когда жеребец делал шаг, я снова напрягалась.

Киллиан опустил голову, его губы коснулись изгиба моего уха. 

— Я все контролирую, принцесса. Тебе просто нужно двигаться вместе с Углем. А теперь хватай его бедрами.