Человек из Кемерово (СИ) - Борисов Олег Николаевич - Страница 42

— Сударь Разин! Нам стало известно, что вы по непонятной причине решили взбаламутить наш город. Названиваете серьезным людям, какие-то глупости заявляете. Обвиняете в непотребствах. Можно сказать, тащите всю грязь земского клоповника в дом к приличным людям!.. Совсем стыд потеряли!

Хорошо говорит. Не удивлюсь, если перед зеркалом тренировался. Понять бы еще, что за фрукт. Что там в новостях было из последнего? Вроде как мелькала статейка про «вливание свежей крови»?

— Поэтому потрудитесь объяснить, с чего бы вдруг вы вздумали вести себя столь неподобающим образом! И постарайтесь принести извинения.

Точно, было такое. Насколько я знаю, большая часть денежных потоков контролируется старшим поколением. Молодых держат на подхвате. Видимо, это сильно зубастых щенков обидело, вот и подняли бурю в стакане. Ведь эффективно управлять чужими деньгами умеют все, кто только-только из университета домой вернулся. Главное — лапки загребущие протянуть и вцепиться покрепче.

— Вы меня слышите, Разин? Чего молчите?

За что магов в земщине обычно не любят? Потому что встречаются среди них идиоты, кто считает себя богоизбранным. Гонору и понтов — не каждый эльдар переплюнуть сможет. Правда, это до момента, когда сидят в грязи и пытаются выпавшие кишки обратно в распоротое пузо запихать. Вот тогда и про вежливость вспоминают, и про милосердие что-то там булькают.

Мне сейчас главное понять надо. Это в самом деле старую гвардию потеснили или те специально идиотов под молотки решили подставить? Это все личная инициатива болванчиков, кто решил порулить и разрешить возможную горячую проблему? Или старшие Харченко хотят моими руками кому-то кактус в задницу ввернуть? Выяснить просто. Потому что если бы у «грифа» власть отобрали, он бы мумию в углу не изображал. Скорее всего, уже бы под красивым надгробием на фамильном кладбище червей кормил.

Вернув цилиндр на законное место, медленно прошествовал справа от стола мимо огромных окон. Остановился у последнего, чуть-чуть наклонился, разглядывая помрачневшую ожившую «засохшую моль».

— Сысой Осипович, вы хоть моргните. Может вас тут зачаровали и силком удерживают. Нет? А зачем тогда с ряжеными время теряете?

— Вы никогда не отличались уважением к соседям, господин Разин, — проскрипел старик. — Я занимаю пост наблюдателя в обновленном совете клана. А вас пригласили на внеочередное заседание.

— Это после того, как я позвонил и попросил в качестве услуги о встрече? Понятно… Значит, кто-то из секретарей ляпнул, круги по воде пошли, молодые и эффективные взбудоражились.

Сбоку фальцетом попытались рявкнуть:

— Да как вы смеете!

Ну да, это уже не репетировали. Старик поморщился и тихо буркнул:

— Заткнись уже. Учить вас еще и учить. Не видишь — гостю на тебя и твои полномочия плевать…

Похоже, догадка о внутренних разборках и возможности чужими руками чуть-чуть гениталии открутить была правильной. Только вот я очень не люблю, когда меня для подобных «грязных» дел пытаются привлекать. У меня другая специализация. Поэтому выпрямился и равнодушно вынес приговор:

— Не врут люди, ой не врут. Выходит, что вы, Сысой Осипович, меня чужакам с потрохами продали. В надежде, что пенсионера прикопают, а ваши долги автоматом спишут… Хотя в мой прошлый визит я и не просил о каких-либо одолжениях. Это вы уже сами напридумывали.

— Что за люди? — нахохлился «гриф». Но я не стал отвечать, а продолжил:

— Ладно, вы начали, я закончу. Расклады такие. Имя человека, который пытается копать под меня. Кто, чем занят, как его найти. Будем считать, что таким образом вы придуманные и реальные долги закроете.

— Не понимаю, о чем речь идет.

— Возможно. Просто хочу сказать, исключительно из уважения к вам лично, господин Харченко. Я ведь узнаю, что там на самом деле было. И какие закулисные беседы вели, поминая имя Разина всуе… И если окажется, что вы в этом хоть как-то замешаны, хотя бы краешком… Я приеду и вырву сердце каждому из вашей кодлы. Посажу лично вас на кол и буду ломать грудину всем, кто в родне числится. Детям, внукам и правнукам… И хер вы от меня, паскуды, где за границей спрятаться сможете.

Развернулся и пошел к выходу. Я успел миновать стол, когда в спину зашипели:

— Дюфайе тобой интересовался, который старшенький. В Поместном Приказе должность имеет. Вроде как переводить его хотели поближе к столице в конце года.

— Дюфайе? Из инородцев, что ли?

— Да какое-там, — презрительно скривился старик. — Взяли лет сто назад разорившуюся дамочку из галлов, та понесла на радостях. Вот фамилию и переписали, чтобы кичиться несуществующей родословной. Скороспелки магические.

То, что старшее поколение столь вызывающе игнорировало надежду и опору клана, явно расстроило игравшего роль босса. Красавчик справился с голосом и обиженно высказался:

— Сысой Осипович, да что вы с чернью разговариваете? Плетей ему всыпать и обратно отправить! Время еще тратить…

Зря ты так, дурачок. Сам нарвался. Я поднял трость, указал ей на любителя пыжиться и закончил беседу:

— Голову этого мне пришлете. Сами оторвете или охране прикажете — мне без разницы. Будем считать это данью, которую клану придется выплатить. Вздумаете еще раз за моей спиной козни строить, вашей башкой в футбол на улице сыграю лично… Потрудитесь подать машину, господин Харченко. Домой хочу. Душно тут у вас. Гнильем пованивает… И конского возбудителя попейте, что ли. А то в руках силы нет розгами будущую смену пороть. Распустили их без меры. Так и под монастырь подвести могут.

Машину подали к порогу. И провожали меня шестеро охранников. Наверное, думали, что я прямо здесь и сейчас начну кадыки выдирать.

Смешные люди. Зато у меня этот самый неизвестный обрел имя. А это уже серьезно. Потому что к имени зачастую прилагается скелет, покрытый мясом и шкурой. Которые можно при случае и раскаленной палкой потыкать.

Что касается юридики — вряд ли я сюда еще раз приеду. Не понравилось мне. Проще тех же мутантов к себе на чай и в баньку пригласить, чем с местными одаренными снова на одном поле в кустах погадить пристроиться. Мутные они до невозможности. Или твое дерьмо сопрут, или своим по маковку забрызгают.

* * *

Высадили меня рядом с конторой без десяти двенадцать. Почти полдень. Развернулись и умотали. А я стоял, разглядывал фасад конторы и думал, чем бы мне заняться. Нет, сначала пожевать, это в первую очередь. Но времени полно, как лучше потратить остаток дня?

Покрутил головой, не увидел нигде знакомые «жигули». Ни первой, ни второй машины рядом не мелькало. Что, с меня наружку сняли? Неужели настоящего злоумышленника отловили и больше не придется огородами от назойливых топтунов удирать?

Отсутствие соглядатаев скорректировало планы на вечер. Если я теперь совершенно свободный человек, то схожу к специалисту в гости. Точнее — на трамвайчике скатаюсь. Там неподалеку и неплохая точка с горячим на вынос, сразу двух зайцев одним ударом прихлопну. Решено.

Если греметь костями на жесткой скамейке почти час, то на пересечении Шахтеров и Нахимова будет остановка «SADY». Здесь много местных вываливается на пропеченную солнцем улицу. Дальше через две остановки уже конечная и рынок на Черноморке. Оттуда обратно трамвай пойдет забитым под завязку.

Перейдя дорогу, уткнулся в продуктовый. Кроме него в длинном здании еще аптека, позади автомойка и слева ларек Евстратьевича. Имя и фамилию не знаю, все называют его сокращенно «Вич-вич». У него лепешки, в которые можно попросить завернуть проперченный фарш, рубленные и поджаренные овощи, свежую зелень и фасоль вперемешку с зеленым стручковым перцем. Пивом не торгует, но минералка разная в стеклянных и пластмассовых бутылках. За возврат стеклотары дает скидку. Из приправ пластиковые банки с горчицей, майонезом и чем-то хитро замешанным. Любители перед заказом в продуктовом берут аджику или что-то из «народной кухни». Я разок пробовал и понял, что такое способны переварить исключительно желудки снага. У меня после этого колики начинаются и вечная жажда.