Дрянная девчонка - Ивах Светлана - Страница 25

– Отчего же за честным бизнесменом московские менты гоняются? – спросила я.

– Уже, как и обещал, разрулил. Ошибка вышла в оформлении документов.

На лестнице появилась женщина.

«Мама», – подумала я.

– Вадим Николаевич! – позвала она. – Все готово.

– Я решил отметить с вами мое высвобождение от преследований, а заодно отблагодарить! – сказал Вадим, когда мы расселись за шикарно сервированным столом. – Вообще вначале собирался устроить все в ресторане. Но потом подумал и решил все-таки дома. Хотя до этого я не приводил сюда женщин.

– Не интересуешься? – вырвалось у меня.

– Как раз наоборот, – ответил он на полном серьезе. – Просто когда достроил этот дом, про себя решил, что одноразовым здесь не место. Да и друзья говорят, плохая примета.

– Ко всему, могут дорогу запомнить, – добавила Наташка.

– И это тоже, – согласился он и посмотрел на стоящего у стола мужчину.

Тот кивнул и стал разливать шампанское. Мы выпили.

– И сколько раз нужно кинуть на сто «лямов» клиентов, чтобы такой домик отгрохать? – поинтересовалась я шутливо.

– На самом деле одного раза достаточно, – заверил он меня и стал рассказывать, как выбирал место, как искал строителей…

Я слушала, а про себя размышляла. В принципе как вариант Вадик годился только на самый крайний случай. Хотя, с другой стороны, у него такие деньжищи, что можно закрыть глаза на редкие зубы и обвислую на щеках кожу. В конце концов, нетрудно завести роман на стороне. Для души, так сказать. Он не скрывает, что с утра до вечера на работе, а значит, ему будет просто не до меня. К тому же есть масса примеров, когда живут со стариками, а Вадик не старик и не совсем урод. Другое дело, что он неприятен. Я попыталась представить, как целую его, и не смогла. В своих попытках увидеть себя со стороны я в последний момент отворачивала лицо. Но, так или иначе, уже можно было рассчитывать на его кошелек. Отсюда вывод, это знакомство надо закрепить до такого уровня, когда не стыдно попросить денег. А не стыдно женщине просить после того, как она дает попользоваться своим телом.

«Если намекнет, останусь!» – твердо решила я.

Вадик пил много, но хмелел медленно. Мы с Наташкой не отставали. Потом он приказал включить музыку, и мы танцевали. Когда выбились из сил, пошли в бассейн. Нет, не купаться. Он просто хвастал. Это вторая стадия опьянения, сделала я вывод. Еще завернули в спортзал, где Вадик признался, что ни разу не смог себя заставить заняться собой, и спустились в гараж. Там он долго объяснял разницу между своими «Майбахами» и «БМВ»…

Я разлепила веки и долго не могла понять, чей затылок покоится на шелке подушки слева от меня. Потом вспомнила, как мы приехали к Вадику, как ужинали и как он отправил Наташку на машине домой, а меня потащил по лестнице в спальню…

Я поморщилась и села. Даже вспоминать было неприятно. Казалось, что его запах буквально впитался в кожу. Вдруг он прикоснулся ко мне, и я вздрогнула от ощущения, что моей спины коснулся щупальцем осьминог…

– Иди ко мне, – позвал Вадим.

Под сердцем что-то сжалось, а в животе заныло.

– Мне надо в душ, – не оборачиваясь, сказала я и вылезла из постели.

Глава 24

Дрянная девчонка

– Знаете, Галина Эдуардовна, – начала я специально заготовленную речь, но она не дала мне договорить:

– Ты подготовила домашнее задание?

– Нет! – потупившись, призналась я.

– Хотелось бы узнать, почему?

– Видите ли…

– Ну! – торопила Рольгейзер.

– Вы при первой встрече сказали, что возможности соискателей прямо пропорциональны заявленным пожеланиям, – выговорила я заранее заготовленную фразу.

– Ну, допустим, – насторожилась Рольгейзер.

Я осмелилась и спросила:

– В случае предоставления необходимой суммы я могу рассчитывать на то, что меня не обманут?

– Да как вы можете такое подумать?! – возмутилась Галина Эдуардовна.

Я перевела дыхание, пытаясь унять стук в груди, и промямлила:

– Хорошо!

Не каждый день приходится принимать решение на то, чтобы расстаться с суммой, на которую я могла бы безбедно просуществовать как минимум год или даже купить у себя в городе однокомнатную квартиру.

В глазах Рольгейзер появился интерес. Именно это и подтолкнуло меня к следующему шагу, и я решительно проговорила:

– Я готова оплатить курсы.

– Вы хорошо подумали? – спросила она голосом заботливой мамы.

– Да.

– Тогда имейте в виду, такие девочки живут у нас в пансионате за городом, – стала рассказывать Рольгейзер. – Никаких телефонов, друзей и подруг. Месяц вы будете учиться одеваться, разбираться в том, как одеваются мужчины, учиться говорить, ходить, соблазнять и даже заниматься сексом…

– Я поняла, – выдохнула я, с ходу попытавшись представить, как будут выглядеть такие занятия.

– Когда вы готовы платить? – поинтересовалась она.

Я быстро прикинула время, которое понадобится мне на то, чтобы написать заявление на увольнение из магазина, а потом добраться до дома, взять карту и доехать до ближайшего банкомата.

– Часа через три деньги поступят на ваш счет, – заверила я ее и подумала, что можно было сделать это все быстрее. Например, просто не идти в магазин и не увольняться. Зачем? Мне там уже точно работать не придется, а деньги, которые должны выплатить при расчете, смешная мелочовка по сравнению с теми, которые я сегодня переведу на счет Рольгейзер…

Все вроде бы просчитала, даже придумала, как незаметно исчезну из жизни Наташки, но не предвидела одного.

– Явилась! – Наташка уперла руки в бока и брезгливо скривила губы. Сидевшая на скамейке молодая мама с коляской, враз почуяв недоброе, встала и покатилась восвояси.

Как назло, пошел мокрый снег. Природа словно добавляла соответствующих красок.

На душе стало тошно. Я оглядела пустынный двор и приуныла. Некому в случае чего прийти на помощь. А она сейчас была, как никогда, кстати. Уж я-то знала, поскольку сама пару раз была в ее шкуре. Вопрос, как Наташка узнала об Антоне, не стоял. Стоял вопрос, как после всего пройти в квартиру, чтобы взять карту? Судя по сложенным у стены дома пакетам, бывшая подруга уже позаботилась о том, чтобы я не переступала порог ее дома.

«Ну и пусть, я тоже не лыком шита и за себя постоять могу! – разозлилась я в ответ. – Да и вообще, чего это мне вдруг стало страшно?»

Подошла и встала напротив.

– Сука! – процедила сквозь зубы Наташка. Причем получилось выразительно и смачно. – Проститутка!

– Наташа…

– Дрянная девчонка!

– Девочки! – окликнула нас невесть откуда взявшаяся соседка Зина.

Я оглянулась. Она стояла с подругой. Ее я тоже видела пару раз, когда выносила мусор, но хорошо была знакома только с Зиной. Она заходила к Наташке по своим бытовым делам и брала в долг пятьсот рублей. У нее был подслеповатый муж и малолетний ребенок, на велосипед которого мы с завидным постоянством натыкались.

– Здравствуй! – поприветствовала я ее как можно приветливее и улыбнулась.

– Вы чего расшумелись? – спросила Зинка.

– Не твое дело! – прорычала Наташка.

– У-у-у! – протянула Зинка.

– Пойдем, поговорим, – соизволила пригласить меня в дом Наташка.

«Вот так-то лучше! – обрадовалась я. – Уличу момент и карту прихвачу».

– Я вещи заберу?

– Зачем? – удивилась она.

– Не бойся, не останусь, просто украдут ведь.

– А вон Зинка и присмотрит! – нашлась Наташка.

– А вы долго? – поинтересовалась Зинка.

– Пару минут, и я ее отпущу, – заверила Наташка и направилась в подъезд.

Я стала подниматься по лестнице, а Наташка подошла к лифту. По-видимому, ей его пришлось еще ждать, поскольку на этаже мы оказались одновременно.

– Наташа, ну чего ты, – начала было я, но все заготовленные слова в оправдание предательства вылетели из головы.

Она прошла по коридору, остановилась, медленно развернулась и помахала перед собой банковской картой.