Паладин развивает территорию! Том IV (СИ) - "Greever" - Страница 45

Теперь он герцог и мыслить должен соответствующе.

Рыцари и солдаты лишь его слуги и должны знать своё место в иерархии, а также видеть в нём исключительно своего господина.

Иггдрасиль являлся одним из самых больших секретов лорда, а Виктор не понимал, к чему может привести раскрытие тайны мальчика, и это было самое страшное.

Неизвестно, кто или что пожелает навредить древу жизни, но, учитывая, что кто-то отравил озеро в Вечном лесу, в которое никто посторонний не может попасть просто так, лорд боялся не суметь защитить мальчика.

Существо, способное проникнуть в лес, в котором живут эльфы и охраняется самим древом, контролирующим каждую травинку в нём, должно быть очень опасным, и Виктор хорошо это понимал.

Наблюдая, как Иггдрасиль завершает создание кресла и небольшого деревца со сферообразной верхушкой, которое стало дополнением после слов богини о кристалле памяти, Виктор, обойдя мальчика, уселся в кресло.

Как только лорд, расположившись поудобнее, закрыл глаза и сосредоточился на своих рунах, по креслу побежала голубоватая энергия, проходившая по ветвям, что начали оплетать лорда, а затем потянулись к деревцу в шаге от него, сплетаясь ветвями уже с ним.

Виктор в своём сознании стоял в пространстве других деревьев, где, как и в прошлый раз, можно было видеть эльфийскую деревню с домами из белого камня, переплетённого с зелёными корнями.

В это место попадало сознание тех, кого впускали деревья, и лорд решил, что и Александра можно будет затянуть сюда.

По его просьбе, Иггдрасиль создал деревце, способное ощутить любую энергию, витающую вокруг, для чего использовал сознание Виктора.

Кресло стало проводником для паладина, а тот, в свою очередь, должен был связать сознание графа с деревцем, сфера которого служила своего рода хранилищем.

Пока Виктор стоял, озираясь по сторонам, в пространстве рядом с ним появился маленький мальчик, одетый в белые эльфийские одежды, и, заметив отца, показал рукой в сторону деревни, после чего вновь исчез из пространства, чтобы контролировать происходящее снаружи.

Лорд перевёл взгляд в указанную сторону и в сотне шагов от себя увидел размытую фигуру человека, которая с каждой секундой становилась всё отчётливее.

Даже в таком виде герцог не сомневался, кто этот человек. Он пошёл в его сторону, наблюдая, как существо с размытыми очертаниями становится всё более отчётливым.

Виктор прибавил шаг, ощущая смятение в состоянии Александра.

Всё сознание графа проходило через паладина и попадало в деревце, а оттуда проникало в это пространство, и, разумеется, лорд ощущал весь спектр эмоций, которые испытывал его отец.

Боль, страх, ненависть, горечь, радость, словно бурный поток, проходили через Виктора, отчего ему хотелось одновременно прыгать от счастья и плакать.

Если бы не опыт контроля над рунами, Виктор поддался бы этим эмоциям, но он умел сдерживаться и среди этого бурного потока сумел выделить конкретно свои эмоции.

С радостной улыбкой на лице герцог широкими шагами шёл по зелёному полю под голубым небом и, уже подойдя вплотную, посмотрел на Александра, который в недоумении разглядывал свои руки, не понимая, что произошло.

Одетый в чёрный военный мундир, в высоких чёрных сапогах и с двуручным мечом на поясе, мужчина наконец заметил сына и встревоженно разглядывал его лицо.

— Я же умер! Что с твоим лицом? Я не справился? Андрос и Мелиса? Как долго я здесь? Где мы? — Граф выпалил сразу столько вопросов, что Виктор не знал, с чего начать.

Лорд только сейчас вспомнил о шраме, потому что давно привык не обращать внимания на свою травму. Неосознанно поглаживая уродливый шрам на левой щеке, он начал спокойно отвечать, всем видом давая понять, что всё хорошо.

— Отец, ты совсем справился, а это случилось из-за моей оплошности, — спокойно ответил Виктор, указывая на шрам, при этом счастливо улыбаясь, видя, что граф рассуждает и ведёт себя вполне здраво. И после некоторого молчания добавил: — Матушка и Андрос тоже в порядке.

Александр, казалось, выдохнул после этих слов и, выпрямив спину, слегка задрал подбородок и посмотрел на сына с самодовольством, разглядывая платиновый герб на его груди.

Усмехнувшись, он вновь заговорил.

— Я должен обращаться к тебе «Ваша светлость»? Или для отца сделаешь исключение? — спросил граф.

Виктор неосознанно потянулся к гербу на левой стороне груди и, поглаживая, с ухмылкой замотал головой.

— В этом нет необходимости, граф, — снисходительно ответил он.

Александр сделал шаг навстречу и, схватив сына, крепко прижал к себе, отчего у Виктора затрещали кости.

Граф прижимал сына и стал прерывисто дышать, на что лорд также обнял его.

Виктор понимал, что отец плачет, и, не желая смущать, продолжал обнимать его, пока тот не успокоился и спустя несколько минут не отпустил сына.

Отступив назад Александр вытер слёзы и радостно начал озираться по сторонам, не узнавая это место.

Только теперь он понял, что это было какое-то неизвестное ему место, со странной эльфийской деревней вдалеке.

— Где мы? — повторил свой вопрос граф.

Лорд, оглядевшись, начал спокойно объяснять, что это за место и как Александр оказался здесь.

На удивление, тот воспринял свою смерть довольно легко. На самом деле, он был больше удивлён тому, что смог выжить хоть в каком-то виде, поэтому его это даже немного обрадовало.

— Хочешь сказать, что я смогу вернуться в мир людей? — спросил он.

Виктор кивнул в знак согласия.

— Я уже думаю над тем, как создать новое тело для тебя. Если всё получится, мы вернём тебя в мир людей. — Сказав это, лорд задумался, так как было много вещей, которые необходимо сделать перед возвращением старшего Шерманина.

Конечно, это понимал и сам Александр, поэтому, видя смятение на лице сына, похлопал его по плечу.

— Не делай ничего, что поставит под угрозу твоё будущее, — по-отцовски заявил он.

Воскрешение людей являлось щепетильной темой и относилось больше к некромантии или, в худшем случае, была связана с демонами, во всяком случае, в это верили люди в нынешнее время.

Ни то, ни другое не поощрялось, а некоторые аристократы и вовсе боялись этого.

Если начнут возрождаться их давние враги или предки, чьи места они занимают, дворяне легко могут потерять всё, поэтому было опасно сообщать, что Александр воскрес.

Для его возвращения в мир людей необходимо было придумать историю, в которую поверят все и при этом не будут опасаться глобальных последствий для себя, что являлось нетривиальной задачей.

Лорд подробно описал, что собирается сделать, и, по правде говоря, большая часть являлась лишь теорией, но даже останься граф в этом месте навсегда, Виктор не считал это чем-то плохим.

У него были обширные планы на пространство деревьев, которое было похоже на виртуальную реальность с полным погружением.

Мечта на Земле стала реальностью в этом месте, где люди могли, оставив своё тело, оказаться в пространстве, в котором возможно всё.

Он не пытался объяснить это Александру, всё ещё надеясь на то, что сможет воскресить отца, поэтому, попросив просто потерпеть, вместе с ним направился в сторону деревни, по пути рассказывая в общих чертах то, что происходит в мире за пределами этого пространства.

Лорд избегал тех тем, которые хотел представить в будущем наглядно, желая похвастаться в полной мере и в нужной обстановке, чтобы увидеть реакцию отца на все свои достижения.

Оказавшись на центральной улице, где не было никого, Виктор обратился к нему.

— Тебе придётся пожить здесь какое-то время одному, а мне надо уйти, но обещаю, что буду навещать тебя, как только появится свободное время.

Виктор стоял с озадаченным лицом, так как не знал, что графу делать в этом месте и как развлечь себя, ведь от одиночества можно легко сойти с ума.

Александр заметил это и, вновь похлопав сына по плечу, самодовольно усмехнулся и высокомерно, чуть ли не переходя на ругань, обратился к нему.