Медиум идет по следу - Каури Лесса - Страница 8

Взяла Дарча под руку, и мы направились к выходу, как пара влюбленных голубков.

– В деревнях и стены имеют уши, вам это известно? – спросила я, когда мы спустились с крыльца.

– Я вам скажу больше, в городе уши есть у каждого камня в брусчатке, – неожиданно подмигнул он. – Откуда вы знаете об освидетельствовании?

– Граф Ревин проговорился, – призналась я. – Из услышанного я сделала вывод, что вы умеете не только напиваться вдрызг и ухлестывать за горничными.

– Дедукция?! – восхитился Дарч. – Как это мило с вашей стороны, леди Торч!

– И все-таки?

– Я не обязан разглашать следственные мероприятия, – хмыкнул он. – Думаю, об этом вам тоже должно быть известно.

– Естественно, господин Дарч, – холодно улыбнулась я, – как и о том, что вы обязаны держать в курсе происходящего владельца территории, где произошло преступление. То есть, мою бабушку, поверенным лицом которой я являюсь в данном случае.

– Приятно поговорить с умным человеком, – пробормотал дознаватель. – Ну хорошо, ваша взяла!

Я уже внутренне праздновала победу, когда Дарч остановился и заявил:

– Но проблема в том, леди, что состава преступления нет, а значит, преступления, как такового, не существует.

– То есть как? – удивилась я, выдергивая свою руку из его. – А несчастные девушки?

– Девушки как раз существуют, – пожал плечами дознаватель, – и их показания похожи друг на друга как две капли воды. Но пока единственное, в чем я могу их подозревать – это в сговоре, заключенном с неизвестной мне целью. Именно поэтому я хочу провести освидетельствование.

Я на мгновение представила, как бесхитростные девы Воральберга собираются в тайном месте, чтобы выдумать леденящую душу историю про «проникновение».

– Да чушь собачья! – использовала я любимое выражение Бреннона. – Наши люди просты и добры, они не склонны к тайнам и заговорам. Я могу ознакомиться с протоколами допросов?

– Их нет, – хмыкнул Дарч и в ответ на мой возмущенный взгляд постучал себя пальцем по лбу: – Все здесь, леди, слово в слово. Какие именно подробности вас интересуют?

Его вопрос прозвучал настолько двусмысленно, что я вспыхнула и отвернулась, желая скрыть смущение.

– Ох! – заметив это, воскликнул он. – Я не хотел вас смутить.

– Я не хотела смущаться, но так вышло, – пробормотала я и посмотрела на него. – Со сколькими девушками вы поговорили?

– С пятью. Две проживают здесь, и три – в отдельно стоящих хуторах.

– Они, действительно, ничего не видели?

– Действительно. Только… – дознаватель запнулся, явно подбирая приличное слово, – …ощущали.

– Я могу задать им вопрос?

– Почему нет? – удивился Дарч. – Вы на своей земле, леди, они – под вашей защитой. Но я хотел бы присутствовать.

Я кивнула.

– Тогда отведите меня к одной из тех девушек, что живут в Старом Мосоле.

– Отведу, – улыбнулся он, – но вас, кажется, ждет запеканка, а меня – бритва и чистая одежда. Я зайду за вами в трактир через час, не возражаете?

– Не возражаю, – я разглядывала его с недоумением. – Откуда такая тяга к чистоте?

– Все очень просто, леди, я устроил себе выходной, а через час буду при исполнении, – рассмеялся Дарч. – Это совсем другая история и другой я! Сейчас вы имеете счастье лицезреть мою светлую половину.

– Скорее уж, неумытую… – фыркнула я и пошла к трактиру.

– Можете называть меня Демьен, я не арестую вас за это! – крикнул он мне в спину, все еще смеясь.

Я мысленно пожала плечами. Интересно, «темная» половина Демьена Дарча меня больше устроит?

Дарч был пунктуален. Явился минута в минуту, как раз тогда, когда я отложила салфетку и собиралась вставать из-за стола. Но замешкалась, потому что увидела его.

Этот Демьен сильно отличался от уже виденного мной человека с похмельным синдромом. Идеально выбритый, с гладко зачесанными назад белыми волосами, в строгом форменном черном сюртуке, узких брюках и до блеска вычищенных сапогах, теперь Дарч действительно походил на старшего дознавателя Особого отдела Департамента имперского сыска.

Он подал мне руку, помогая выбраться из-за стола, и до меня донесся тонкий аромат «Дыхания дракона» – модного в столице мужского одеколона.

– А чем занимается Особый отдел? – поинтересовалась я, размышляя над размером зарплат в Департаменте имперского сыска, позволяющих сотрудникам приобрести последний писк парфюмерной моды.

– Вам на самом деле интересно или вы спросили, чтобы поддержать разговор? – уточнил он.

– На самом деле, – кивнула я, стараясь не смотреть на него – новый Дарч оказался слишком проницательным.

– В основном, запутанными преступлениями, – сообщил он, – иногда необъяснимыми случаями, как те, ради которых я здесь.

– Вы маг?

– Нет, – спокойно ответил он и тут же переспросил: – А вы, леди?

– Очень слабый, – призналась я.

Он коротко взглянул на меня.

– Вас это заботит?

Я подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. Глаза тоже стали другими – внимательными, холодными. Надо же, как меняет человека кружка рассола!

– Нисколько, Дарч, – ровно ответила я. – Так к кому мы идем?

– Мы уже пришли, – он взбежал на крыльцо добротного сельского дома, соседствующего с трактиром, и постучал в дверь.

Эту семью я не знала, поэтому замешкалась перед тем, как подняться по ступенькам.

Дверь открыла крепкая, еще не старая женщина. Руки у нее были мокрые, из чего я сделала вывод, что она стирала или мыла посуду. Увидев дознавателя, она недовольно поджала губы и проворчала:

– Опять вы?

– Мне нужно задать вашей дочери пару… – начал Дарч, но она прервала:

– Вопросы все те же? Вы ей не поверили, тогда зачем их снова задавать?

– А вы ей верите? – вмешалась я неожиданно для себя самой.

Женщина окинула меня оценивающим взглядом и неуклюже поклонилась.

– Я верю своей дочери, леди. Она такое выдумать не могла! У нее с умом все в порядке, в отличие от племяшки моей, прости господи.

Что-то в ее словах меня задело. Что-то неуловимо знакомое, но я не придала этому значения.

– Так мы войдем? – уточнил дознаватель.

Женщина крикнула вглубь дома:

– Мирина, иди сюда!

Следом за хозяйкой мы вошли в горницу, и я увидела рослую румяную девушку, как две капли воды похожую на мать. В ее взгляде, направленном на Дарча, читалось явное разочарование.

– Леди Торч хочет услышать вашу историю, – произнес дознаватель, – расскажите еще раз, пожалуйста.

Я? Услышать историю? Я вовсе не желала подробностей, хотя…

– Ее Светлость, герцогиня Воральберг, выражает вам свое сочувствие, – этично поправила я Дарча, – если вам что-то нужно, только скажите.

– Благодарю вас, леди, – девушка поклонилась, – мне ничего не нужно, кроме правды. А еще я хочу, чтобы мои подруги не боялись ходить поодиночке.

– Вполне вас понимаю, – кивнула я. – Расскажите, что произошло. Коротко, без… подробностей.

Дарч, с которым я познакомилась утром, наверняка хмыкнул бы на этом моменте. Этот Дарч стоял неподвижно, с осанкой человека, проглотившего трость.

– Хорошо, – без энтузиазма произнесла Мирина. – Я собирала землянику в лесу, отсюда недалеко, на берегу ручья. Как вдруг что-то схватило меня и повалило на землю… Дальше… произошло то, что произошло. Я еще какое-то время лежала, ни жива ни мертва от страха, потом поднялась и пошла домой.

– Вы крепкая девушка, – оглядев ее с ног до головы, сказала я. – Это нечто было сильнее вас?

Мирина нахмурилась, раздумывая.

– Не сильнее, леди, – наконец, ответила она. – Я смогла бы дать ему отпор, но тогда была слишком испугана.

– А как бы вы охарактеризовали его силу? – продолжала спрашивать я. – Как силу мужчины или очень сильного мужчины?

– Не очень сильного, но напористого, – ответила девушка. Похоже, мои простые примеры помогали ей вспомнить подробности. – Он все делал быстро, будто… ему было невтерпеж.

Осознав, что она только что выдала, Мирина яростно заалела щеками, хотя они и до этого не были бледны.