Злодейка своего романа – 2. Героиня Чужого мира - Мамлеева Наталья - Страница 11

Когда я вернулась в комнату, то обнаружила на ширме светло-розовое платье с таким декольте, что даже на плечиках оно выглядело вопиюще скандальным, не говоря уже о том, как это будет смотреться на фигуре Дейры. Я округлила глаза и остановилась, с ужасом смотря на это безобразие.

– Олли! – рыкнула я, и горничная выскочила из ванной как чёрт из табакерки, при этом вид был виноватый, словно понимала, за что её будут чихвостить. – Это что?

Я указала на ширму. Смотреть туда не хотелось. Просто там дело не только в декольте, но и во множестве рюш и в самой ткани, которая буквально кричала о том, что в неё должна быть замотана сама королева. Манёвр Олли легко считывался и поддавался логике, но я лично хотела услышать от неё версию происходящего.

– Ну-у-у, – протянула девушка и вытянула губы. – Просто вчера вечером вернулась леди Хатворт и за одно только утро сменила два платья, а ещё – проводила завтрак и обед в столовой вместе с его величеством! – Тут Олли надулась, словно оскорбили её лично. – Вы не можете сегодня вечером выглядеть хуже, чем она! И вообще… она так ужасно обращается со своими служанками. Говорят, она места себе не находит и на всех срывается, даже на лакеев.

– Сплетни, Олли, – прищурилась я. – Это всё сплетни. Разве мы с тобой их достойны?

Девушка опустила взгляд и пожала плечами. В итоге отрицательно покачала головой.

– Именно. Мы выше всего этого. К тому же, свадьба его величества и леди Хатворт неизбежна.

– Но ведь!..

– Олли! – прикрикнула я. – Это решённый вопрос. Найди и подготовь мне другое платье, лучше тёмное, с закрытыми плечами. Ты меня поняла?

Девушка кивнула, всё ещё обижаясь на мои слова. Но служанка у меня была отходчивая, поэтому уже во время макияжа она без умолку рассказывала последние новости столицы. Например, поведала об именах некоторых участников турнира – среди них должны быть даже выпускники лучших академий. А вот когда подошло время примерить платье, с виду вполне приличное, тёмно-синее, с глухим воротом и длинными рукавами, я оценила всё коварство моей служанки. Спина была открыта! Начиная от застежёк на шее сзади и заканчивая третьим позвонком от копчика. Взвыв от досады и бросив укоризненный взгляд на Олли, которая старательно отводила глаза, я посетовала на долгую шнуровку и время, которого у меня уже не было, подхватила шаль, чтобы закрыть непристойность, и поспешила на выход.

Карета уже ждала у входа, в ней меня дожидался магистр Ксенорс. Даже здесь он читал какую-то книгу, которую не отложил до самого прибытия к площади – впрочем, ехать нам было недалеко, минут пять. Могли бы дойти и пешком, но не по статусу – карета подъехала к ограждённому входу, к трибунам, на которых уже сидели представители высшей аристократии.

Трибуны возвышались над ареной для магических дуэлей, украшенной флагами. Первый этап был групповой, против расставленных по полю артефактов-мишеней, и сейчас на поле присутствовали только организаторы, тщательно проверяя каждый подвешенный в воздухе сферический артефакт, а вот самих участников не было видно.

Я села вместе с магистром Ксенорсом на правой трибуне, и едва успела разместиться, как зазвучали фанфары, а вскоре усиленный магией голос глашатая объявил о прибытии его величества. Я тут же обернулась в сторону выхода, как и другие гости. Владыка вышел из кареты и подал руку своей невесте. Бель была чудо как хороша в платье цвета слоновой кости с большими рукавами-буфами, с неглубоким декольте, которое лишь делало намёк на прелести герцогской дочки, но совершенно не давало повода считать его развратным, наоборот – элегантным и достойным самой будущей королевы. Тонкую талию подчёркивал корсет, расшитый серебром и бисером, да и в целом её наряд действительно выглядел роскошно – если бы я не знала истинную дату свадьбы, решила бы, что они после этого отправятся в храм.

Вздохнув, резко отвернулась. Слишком болезненно смотреть на Риона и его невесту, и сколько бы я ни напоминала себе о словах магистра Ксенорса, что его величество не для меня, унять неугомонное сердце никак не могла.

Я влюбилась. Влюбилась в мужчину, с которым не могу быть вместе.

Зрители на трибунах шептались. Восхищались красотой королевской невесты, статью и мужеством Владыки и вообще – какая они чудесная пара. Я смотрела вниз, на арену, словно нет ничего интереснее артефакторов, проверяющих сферические мишени. Но не выдержала. Подняла взгляд туда, где стояло возвышение с троном, и была поймана в капкан чужих глаз. Рион неотрывно смотрел на меня. В то время, когда по правую руку от него сидела красавица-невеста, которой все вокруг восхищались, он смотрел на меня.

Восхищался красотой Дейры? У него на это было достаточно времени, однако раньше он этой красоты не замечал. Значит, его интересовала не внешняя оболочка, а душа. Или же я слишком многое себе придумываю? Слишком хочу верить в его чувства, которые на самом деле могут вполне оказаться обычной страстью или простым интересом?

Вновь фанфары. Теперь после короткого представления глашатая слово взял Рион. Он благодарил людей за веру в него, за любовь, за силу воли. Его голос звучал уверенно, властно и вместе с тем – трепетно, так, словно он обращался к каждому подданному, проникал в душу всем, кто находился на трибунах, и когда его речь подошла к концу – люди молчали еще полминуты, заворожённые, прежде чем разразиться аплодисментами.

– Да начнётся Турнир! – объявил Рион, когда рукоплескания стихли, и передал белый платок Белатрикс.

Девушка поднялась с места и бросила его вниз, сразу после этого прозвучали трубы, а на арену начали выезжать верхом на конях или вылетать на сейхорах маги. Особенно эффектными были всадники крылатых созданий – они спускались, кружась, с неба, и люди зачарованно следили за их движениями.

Турнир начался. Коней и сейхоров увели загонщики – видимо, животные были нужны чисто для эффектного появления. Сферические артефакты активировались автоматически, и заклинания они раздавали во все стороны. Участникам приходилось уходить не только от заклинаний артефактов, но и от случайных заклинаний соперников, целившихся в артефакты. К счастью, на первом этапе не допускалось использование сильных заклинаний, его цель – вывести из строя артефакты. И на чьём счету будет больше артефактов – тот заработает себе дополнительные баллы и пройдёт дальше.

Среди участников сразу же появился лидер. Он легко уворачивался от чужих атак и при этом предельно точно попадал в цель. Заметив мой интерес, Ксенорс произнёс:

– Каспиан Лауд, выпускник столичной академии. Хорошо его знаю, один из моих учеников. Смышлёный, целеустремлённый, правда, никогда не тяготел к военному делу, предпочитая науку. Я удивлён, что он решил принять участие в Турнире. Видимо, подвиг его величества вдохновил его.

– Вы ведь знаете, что было тогда в лесу на самом деле. Мы рассказали вам.

– Что ни капли не опровергает мои слова, – кивнул Ксенорс. – Рион в одиночку бросился сражаться с Братьями – это отвага высшего уровня. Правда, – тут Ксенорс нахмурился, – я всё-таки удивлён его безрассудством. Ради чего он так поспешил? Мог бы дождаться сперва подмогу.

И за это время меня, возможно, убили бы. Но я вдруг только сейчас осознала, насколько Рион рисковал. Рисковал ради меня или в общем для спасения лагеря? Он ведь знает, насколько ценна его жизнь. Как и жизнь любого Даэра.

– Вижу, ваш ученик тоже на поле, – произнесла я и кивнула. – Олиос, кажется?

– Да, это он, – нахмурился Ксенорс. – И этот туда же – за подвигами. Впрочем, Турнир ведь не обязывает их сразу идти на военную службу.

– Они просто не знают, какой контракт в один конец мы подготовили для победителей, – буркнула я, вспомнив истинную причину, по которой Рион согласился на это всё.

Первый тур закончился неожиданно быстро. В это время по трибунам разнесли прохладительные напитки и закуски, а сразу после объявили второй. Осталось тридцать участников, которых распределили по пять пар – каждая «десятка» выступала по очереди. Итого в третий тур прошли пятнадцать человек. Их разделили на команды – да, неравномерно, но согласно силе и результатам. Это было важно – понять, кто сможет действовать сплочённо. И уже из них судьи отобрали десятерых.