Пожарский 4 (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 44

Змей махнул рукой и над гладью Енисейской воды повисла овальная рамка портала.

— Как любят говорить фокусники, — Горыныч неожиданно подмигнул одной из хорошеньких целительниц, — следите за руками!

Портальная рамка нырнула вниз, на треть опустившись в воду, и начала стремительно двигаться вдоль канала, а из неё постепенно выдвигалось здоровенное суковатое бревно.

— Оп! — портал закрылся, и бревно закачалось на воде, медленно сдвигаясь по течению. Горыныч обернулся к публике, ещё более напомнив иллюзиониста: — Мы привыкли, что портал — это статичная рамка, в которую мы прыгаем, почти как в дверь. Но при должном уровне навыков портал в ваших руках может быть движущейся рамкой, вроде обруча или сачка. И пройдёт в неё то, что вы сможете поймать.

— Вы поймаете корабль! — восторженно завопила Звенислава.

— Именно, барышня! И не один! И начнём мы прямо сейчас, пока у них ещё ночь. Час перед рассветом, самый сладкий сон. Попрошу всех занять свои места!

Маги спешно разобрались по группам согласно полученным указаниям. Горыныч сосредоточился. На этот раз светящийся овал был гораздо, гораздо крупнее. Внутри него синела последняя часть Московской ночи. Овал задвигался. Вот неторопливо показался нос огромного корабля с штандартом Швеции на носу. Аккуратно… чтобы ничего не повредить…

И так же вальяжно, как вылезал чужой корабль, Змей отдал приказ:

— К бою!

Берег расцвёл рунами и кругами защиты.

Вряд ли шведы поняли, что происходит. Капитан даже не успел дать приказ на разворот пушек, как на корабле все уснули. Подбежавшие мужики из возничих команд споро перебросили на борт сходни и принялись вязать шведов и паковать в сани. Не дожидаясь окончания этого мероприятия, Горыныч отдал команду:

— Смещаемся!

Отряды магов перешли на следующий отрезок канала, и Змей почти сразу открыл второй портал. Здесь уже кричали и кто-то суетливо бегал, но противопоставить что-либо трём элементалям и слаженным группам боевых магов они ничего не смогли.

Точно так же споро раздербанили третью барку, за ней и четвёртую.

Глядя на то, как ловко наши старички и новобранцы под руководством Горыныча шинкуют шведские кораблики, я развернулся и отошёл к Ярене. Она тоже присутствовала тут, в небольшом шатре, присматривая за разделкой и одним глазом успевая подглядывать в свой поднос. Хмыкнула, завидев моё приближение:

— Что, Царевич, дела не нашлось?

— И не говори. На такую толпу мелковата цель, на раз-два разбирают. Ты мне лучше вот что скажи. На что это наш дорогой друг Горыныч намекал? Про порталы и время?

Ярена как бы невзначай обошла стол и остановилась, обратившись ко мне живой стороной лица. Вздохнула тяжко:

— Когда ты ушёл в Разрыв, Змей… он как не в себе стал. Метался, всю библиотеку перетряс по портальной магии и по… временно́й. Вернуться хотел в тот момент. Исправить. Или энергии тебе кинуть. Или ещё дальше, чтоб тех остановить… Многие сочли, что он умом тронулся. Потом перемешали причину и следствие и стали говорить, что он из-за порталов свихнулся. В общем… Как это бывает, преувеличенные слухи сыграли с общностью магов злую шутку. А Горыныч… так у него ничего и не получилось.

— Хм. А может, и получилось? Я же здесь? Не Змея ли это заслуга?

— А ведь верно!.. — пробормотала Яга.

Шведская флотилия почти закончилась, и тут мы с Яреной разом рассмотрели, какие приготовления происходят на самом последнем, самом тяжёлом шведском корабле! Я бросился к каналу. Последний экземпляр протискивался в портал впритык: огромный, с двумя чудовищными башнями, каждая на два ствола монструозных пушек.

Команда бронированного исполина успела изготовиться и явно была готова дать пару залпов немедленно по прибытии. Магостатическими зарядами, между прочим! Я на бегу вдруг подумал, что зря мы не используем порталы так широко, как могли бы. И поставил сразу четыре — на все его орудия. А вывел их в то место, о котором думал — на тот лагерь на бугре сразу за шведскими кораблями, на котором я видел пышные походные палатки различных государственных представительств. Пусть тоже проснутся с огоньком, не всё же шведским морякам жизни радоваться.

Дальше всё пошло по отлаженному на первых десяти барках сценарию, хотя, как сказал потом Горыныч, в этого последнего умудрились даже какую-то магическую защиту вплести.

Тем временем в поднос Ярены можно было наблюдать, как забегали и засуетились в стане «евросоюзников», получив неожиданную магическую плюху. А спустя короткое время изображение начало сбоить и рябить, словно поверхность озера под ветром и дождём.

— Эх! Нашла канал! — досадливо цыкнула зубом наша магиня. — Перенастраивать придётся!

— К битве-то управишься?

— Конечно! Спрашиваешь!

Итак, шведские корабли закончились. Команды повязали и сгрузили на сани, как дрова. Пусть работают, кровушкой и потом причинённое России зло искупают.

23. УЛЬТИМАТИВНОЕ

ЯВЛЕНИЕ ЕНИСЕЯ

Змей довольно оглядел ряд слегка покачивающихся корабликов, и тут волна заметно усилилась, аж лёд в ноги толкаться начал.

— Чего это?.. — успела сказать скорая на слово Звениславка — корабли раздались в стороны, воды расступились, и на лёд вышел сам Енисей.

Вот уж кого тут видеть было удивительно! Судя по последним сведениям, их роман с лисой протекал бурно, и, по идее, он сейчас должен был бы быть весьма занят. Ну, зная темперамент лис… А тут стои́т, воротник дорогой собольей шубы оглаживает. Вот, кстати, а почему шуба? Может ему вообще быть холодно, чтоб меха таскать, или это больше для форсу? Кто их знает…

— Будь здрав, Енисей-батюшка!

— И тебе не хворать, князь. Да какой я, к слову, тебе батюшка, коль у тебя сама Умила в настоящих бабках ходит? Да и не затем я пришёл, чтоб с тобой чинами меряться. Не о том разговор хочу вести.

Толпа расступилась, пропуская Горыныча, и велеречивые приветствия прошли по второму кругу.

— Ну, раз дело серьёзное, — Змей скроил чинную мину, — то мы внимательно слушаем.

Енисей приосанился и начал солидную речь о том, как вежественно он встречает наших новых переселенцев, угощая их и рыбой, и чистой водою, не чиня лишних каверз ни хворями, ни судорогами. Я быстро сообразил, куда ветер дует. А и верно, недолго мы живём на его территории, но уж больно вольготно. И если хозяину реки что-то поглянулось, надо бы узнать — что? Надеюсь, не девка, иначе у них с лисой мира не будет… Отвечали мы как положено — также длинно и витиевато, мол, благодарны мы и прочее, и хотелось бы отдариться, да не знаем — что господина Енисея больше порадует?

Тот страшно обрадовался, и недолго думая, ткнул в последний из вытащенных Горынычем кораблей:

— Князюшки, отдайте мне вот его!

Неожиданно.

— Удивил, — честно сказал я. Мы со Змеем переглянулись и кивнули друг другу. Трофей наш общий, а если бронированный транспорт понадобится, уж сделаем. С хозяином реки спорить не резон.

— Ты потешь моё любопытство, — попросил Змей. — ЗАЧЕМ? Зачем тебе эта махина?

— А ни у кого такого нету! — Енисей упёр руки в боки, довольно оглядывая конструкцию. — Жить в нем буду! Как дворец плавучий будет! Ты представь себе, ни у Лены, ни у Ангары, ни даже у Байкала такого нету! А у меня будет!

Я рассмеялся. Змей неторопливо качнулся с носков на пятки и заявил:

— Ну значит будет! Только пушки снимем. Пушки нам сейчас позарез нужны.

Со стороны первых взятых кораблей уж слышался стук-грохот. Бригады мастеровых снимали орудия.

Целая вереница гранитных лафетов была уже подготовлена Горушем на берегу. Сейчас в них установят пушки, и заготовленные конструкции превратятся в полноценную систему обороны. Почему на берегу? О, это был следующий пункт удивительного Змеевого плана.

ИДУ НА ВЫ

Объединённая ставка Европейской Коалиции и Альбиона

Командующий франкским тяжёлым механизированным корпусом генерал ля Бузьен с трудом скорчился на полу и отполз под стол. Кажется, он легче всех остальных присутствующих перенёс эту магостатическую бомбардировку. В голове метались мысли: «Откуда⁈ Как⁈ Ведь говорили, что у русских нет ни снарядов столь сильного действия, ни соответствующих орудий???» Остальных участников совещания ломало и выворачивало, так что страшно было представить, что они переживают.