Принятие (СИ) - Хайд Адель - Страница 61

Ирэн попыталась уговорить Картузова не спешить:

— Иван Иванович, пусть он сначала буммашину доработает, а уже потом вы за веломобиль возьметесь

— Дохтар ханум, — обратился к Ирэн Али-Мирза, который вместе с Морозовым уже давно наблюдал за этой занимательной беседой, — я тоже хотел бы посмотреть на «железного коня»

Ирэн улыбнулась и почему-то представилось, как какой-нибудь потомок Али-Мирзы, арабский шейх приобретает себе в коллекцию очередной гоночный автомобиль, потому что нравится ему «железный конь».

А вслух ответила:

— Конечно, Али, мы завтра обязательно зайдём к Иван Петровичу, я всё равно до отъезда хотела с ним про эту машину поговорить

Картузов тут же заявил, что он тоже прямо с утра приедет.

Леонид Александрович улыбнулся и сказал:

— Вот Пелагея-то обрадуется,

Чтобы обед плавно не перешёл в ужин, как это все любили делать в Стоглавой, Ирэн попросила всех поторопиться, чтобы успеть ещё с Танюшей поиграть.

Перед отъездом ещё раз проверили все договорённости, заглянула в книжечку и увидела там обещание расширить производство косметического мыла.

— Лилия Артамоновна, у меня же к вам ещё одно дело было, я же уезжаю, а мыловаренная фабрика наша захлёбывается, не может все заказы выполнить, — Ирэн говорила, а сама понимала, что если Краснова откажется, то она не будет биться, а отложит это на потом, потому как очень ей хотелось нефть сначала найти.

Но Краснова, выслушав, по-деловому кивнула и посмотрела на Леонида Александровича, который стоял рядом:

— Ну что, Леонид Александрович, пока Ирэн будут по горам ездить, сделаем мы с вами ещё одну фабрику?

И Ирэн увидела, как отец вдруг улыбнулся, даже стал выглядеть моложе и ответил:

— Конечно, Лидия Артамоновна, с вами да не сделать, обязательно сделаем.

А Ирэн показалось, что они совсем не про фабрику говорят.

Дорогие мои Читатели!

Добавляйте, пожалуйста, книгу к себе в библиотеку. Я очень признательна вам за лайки и комментарии и награды!

Времени катастрофически не хватает, поэтому на первом месте "прода вовремя", но я читаю все ваши комментарии, наслаждаюсь ими, и постараюсь обязательно ответить каждому

Вы лучшие!

Глава 45.

Утром в поместье Лопатиных заехали сразу два почтовых курьера. Один вёз почту для Морозова, а другой привёз разного рода корреспонденцию, в основном письма для Ирэн, как личные, так и с предложениями о сотрудничестве.

После мануфактурной выставки многие фабриканты стали активно предлагать сотрудничество, но Ирэн в силу нехватки времени не все могла рассмотреть подробно.

Ей казалось, что возможно в этом кроется ошибка с её стороны, потому как прогресс нельзя сдерживать и, если он будет расходиться как «круги по воде» от брошенного камня, то в этом и есть его смысл. А если всё стараться удержать в одних руках, то никому от этого лучше не будет.

Ирэн получила письма от Елизаветы Тумановой, от Анны Строгановой и от Софьи Обуховой.

А вот Морозов, получив свои письма, извинился, сказал, что должен поработать один и занял кабинет, поэтому Ирэн пришлось идти к себе в комнаты, чтобы прочитать, что же написали подруги.

Лиза сначала писала про то, что она уже познакомилась с семьёй генерала.

«…Ирэн, у него замечательные дети, правда немного грустные. Хочу тебя попросить, чтобы ты мне выслала свои игрушки, нужны солдатики для мальчика и бродилка, может ещё ту замечательную игру с цветными кругами. Не знаю, как ты её называешь, но принцы назвали её «раскорячка».»

Следующей новостью в письме Лизы было то, что оказывается граф Забела неожиданно подал в отставку и уехал, оставив инструкции своему управляющему, чтобы тот закрыл дом, потому как граф не собирается возвращаться в столицу ближайшее время.

Лиза писала, что император рвёт и мечет, а императрица обиделась, потому как считала, что уж ей-то граф мог бы рассказать, что у него за дела.

Ещё императрица передавала Ирэн привет и просила напомнить о важном обещании.

На этом письмо заканчивалось. Правда на обратной стороне Ирэн обнаружила приписку, видимо Лиза сделала её в последний момент:

«Виленский выглядит очень мрачным»

Анна Строганова писала о том, что готовится к свадьбе, и злится на батюшку, которому непременно нужна большая и пышная свадьба, а ей придётся ждать осени. Она бы уже хотела выйти замуж как можно скорее.

«…Николай много работает, скорее всего после свадьбы придётся нам много ездить, потому что его назначили ответственным за все уезды, чтобы по больницам новые методы и приборы внедрялись.

А ещё мы с ним ездили смотреть новый дом, оба хотим купить его в столице, чтобы непременно можно пешком по набережной прогуливаться до Кремля.»

Написала Анна и про то, что рассказала батюшке про идею венчаться в Никольском новом храме, он сразу, конечно не ответил, но задумался.

Письмо от княжны Обуховой было крайне эмоциональным. Софья писала Ирэн, что все планы её поехать вслед за ними в Горное княжество поломались, потому как брат получил повышение и теперь никак не сможет её отвезти.

«…Ирэн Леонидовна, сами посудите, уедет Давид и женят его там на кавказской невесте, а я останусь старой девой слёзы лить. Очень прошу вас посодействуйте, чтобы брат меня с вами отпустил. Я знаю, он выглядит иногда недружелюбным, но, уверяю вас, он к вам прислушается, он вас уважает, он сам мне говорил, что «немыслимое это дело орден такой силы, женщине давать»

На этом моменте Ирэн стало весело. Она представила, как Обухов, скривив красивое породистое лицо, чванливо объясняет сестре, что женщина для ордена не походит, а Софья, видимо, просто не поняла, что брат её, наоборот, возмутился, что такой женщине как Ирэн дали такой замечательный орден.

Но Ирэн хотелось помочь Софье Обуховой. Нравилась ей эта «железная» феечка. Да и чувства, похоже, между Давидом и Софьей были настоящие.

Поэтому она сразу написала письмо князю Обухову, что, в случае если он надумает отправлять сестру в Горное княжество, то она, Ирэн, готова взять на себя ответственность за юную княжну.

Если решение примет, то пусть сообщит, Ирэн в этом случает подстроит даты поездки под приезд Софьи.

Посмотрела на написанное и решила, ещё уведомить княгиню Дадиани. Подумала, что, если бабушка Нино тоже даст «свои гарантии», то вместе им удастся убедить князя Обухова.

Читал письма и Якоб Морозов. Читал и мрачнел. Виделось ему в письмах не то, что было написано.

Первое письмо от Шувалова, как ответ на его запрос про Забела. Александр Григорьевич писал, что Забела неожиданно подал в отставку и укатил в неизвестном, но теперь-то, конечно, известном, направлении. Император очень зол на него, а ещё больше зол Виленский, который, когда узнал, что тот укатил в Никольский, то, говорят, что сломал чью-то трость. Кого-то из вредных старцев всё ещё пытающихся сопротивляться нововведениям в государственном совете.

«…кстати, Виленский просил тебя держать Забела подальше от Ирэн.»

Прочитав это, Морозов с горечью подумал, что у Виленского был шанс в столице, но он его упустил, теперь пусть не обижается. Забела Морозов к Ирэн точно не подпустит, ему соперник не нужен, но и Виленскому придётся посторониться.

Писал Шувалов также и о том, что вместо Забела привлёк к работе князя Обухова.

«…парень толковый, но вот сестрицу свою распустил. Пришла прямо в Кремль ко мне в кабинет с претензией: вы говорит, Александр Григорьевич, моему счастью нарочно жизни не даёте, я пострадала от террористов, а мне даже замуж выйти не дают.

Ты представляешь, Яша, прямо так и сказала мне в глаза, наглая девица. Стал выяснять, оказалось, что сговорена она за князя Дадиани и должен был Обухов её везти в Горное княжество. А я его, значит на службу взял и не отпускаю.