Принятие (СИ) - Хайд Адель - Страница 50

Компаньонка попыталась ещё что-то сказать, но Софья так зыркнула неё, что та побежала искать извозчика.

Уже вскоре князь был устроен в гостевой спальне в доме Обухова, ждали доктора.

Софья на всякий случай ещё послала записку Ирэн, побоялась писать княгине Дадиани. Брату пока тоже не стала писать.

Пусть спокойно работает, — подумала Софья, а уже домой придёт и я всё ему расскажу.

***

Москов. Дом наместника Гайко

Ирэн после завтрака занималась с детьми, когда ей принесли срочную записку от Софьи Обуховой.

Прочитав записку, Ирэн ужаснулась. Взрыв. Неужели это всё князь Мещерский. Но зачем? И почему князь Дадиани?

Ирэн подхватилась, надо было «поймать» Путеева, пока он не уехал. Доктора перехватили уже на выходе.

— Николай, поедемте вместе в дом князя Обухова, там, — Ирэн оглянулась, и уже тише сказала, — там Давид, пострадал от взрыва.

Путеев в ужасе посмотрел на Ирэн.

— Ну что вы на меня смотрите! Берите, что у вас есть, скалпрумы, шприцы, «хлебное вино» и поехали.

Путеев махнул саквояжем. С которым никогда не расставался, потому что всё медицинское богатство, появившееся благодаря Ирэн всегда носил с собой.

Ирэн тоже как была в простом почти домашнем платье, с пучком, без причёски, залезла в ожидавший Путеева экипаж, только предупредила дворецкого, чтобы говорил всем, что они уехали с доктором Путеевым по делам.

Уже через полчаса они были в доме князя Обухова. Встретила Ирэн бледная Софья.

— Спасибо, что приехали, там у него как раз доктор, —сказала Софья и вопросительно взглянула на Путеева

— Проводите меня, — сказал Путеев и тут же приказал слугам закипятить воду не меньше ведра и сразу принести в комнату вместе с корпией.

Доктора Путеева проводили в комнату, где лежал князь. Женщин пока туда не пускали.

— Всё будет хорошо, — как-то дежурно сказала Ирэн, и плюнув на этикет, просто обняла Софью.

Так они и стояли некоторое время.

Наконец дверь открылась и вышел Путеев.

Ирэн и Софья посмотрели на него.

— Вы можете пройти, — сказал доктор, — но не разговаривать, только посмотреть

Они прошли в комнату, Ирэн заметила, что Софья старалась не смотреть в сторону брошенных на пол простыней, на которых были пятна крови. Но в целом держалась хорошо, только сжала губы так, что они побелели.

Князь пока так и не пришёл в себя, но дыхание было ровное и спокойное.

Вышли из комнаты. Путеев сказал, что у князя осколок попал чуть выше живота, поэтому сломано два ребра, но внутренние органы целы. В себя он не приходит, потому как получил «оглушение» и ему нужно ещё немного времени, чтобы вернуться в сознание.

После этого он ещё раз поклонился Ирэн:

— Ирэн Леонидовна, если бы не вы и ваши скалпрумы, я бы сегодня не смог провести эту операцию так, что князь уже через два дня будет бегать.

Вздохнул и продолжил:

— Осколок застрял и раскрошился и, если бы мне пришлось рассекать мышцы медицинским ножом как раньше, то эти раны бы заживали гораздо дольше.

Софья бросилась к Ирэн и обняла её.

— Спасибо, спасибо!

Ирэн сказала:

— Надо бы послать за княгиней Дадиани, а то она нам с вами этого не простит.

Бабушка Нино приехала быстро, а вместе с ней ещё несколько таких же шумных родственников, в основном женщины.

Они буквально «напали» на Путеева, чтобы он им всё рассказал. Путеев снова сказал про то, что большая часть здесь заслуг Ирэн, которая придумала все эти медицинские устройства.

Семейный доктор Обуховых с восторгом смотрел на Путеева. Ещё бы сегодня ему удалось ассистировать самому известному и прогрессивному доктору Стоглавой.

Никто не хотел уезжать. Поэтому Софья распорядилась накрывать обед на всех в большое столовой зале.

После обеда сама пошла в комнату, где лежал князь. Доктор сказал, что князь ненадолго приходил в себя и первым вопросом спросил всё ли в порядке с княжной, после того как ему ответили, что да, улыбнулся и уснул.

***

Князь Обухов заканчивал дела на службе, когда к нему подошёл один из сослуживцев.

— Николай, ты слышал? Сегодня снова был взрыв, где-то в парке, возле твоего дома. Говорят, что какого-то горного князя убило.

Николай так сжал кулаки, что документ, который он собирался переложить в папку, просто разорвался в клочья.

Ничего не говоря, он выбежал из здания штаба, взял извозчика и «полетел» домой.

***

То же утро Кремль.

Виленский шёл к кабинету Шувалова и размышлял о том, как бы так сообщить, чтобы не впутывать Ирэн. Чтобы ни у кого не возникло сомнения, что Ирэн не видела мальчика и не знает кто он.

В кабинете уже находился Забела, который судя по воспалённым глазам давно не спал. Виленский знал, что тот ищет в императорском архиве хотя бы какие-то зацепки.

— Как дела? Удалось что-нибудь найти? — спросил он, оглядывая мрачных коллег.

— Думали, что удалось, но вот сегодня выяснилось, что это пустой след, — обречённо произнёс Забела

— А что нашли? — Виленский надеялся, что Забела удалось найти в архиве упоминание о Софье Мещерской.

— Нашли, что до того, как подписать помолвку с данцигской принцессой, Николай долгое время встречался с княжной Мещерской и даже не просто встречался. Но сразу после того, как он умер она вышла замуж и родила ребёнка, — сообщил Забела

И что? Почему ты считаешь, что эта информация пустая? — сказал Виленский

— Потому что княжна Мещерская не имеет отношения к императорской семье, никакого, кроме разве предков, но это у всех князей, — устало ответил Шувалов

Виленский вздохнул и сказал: — у меня есть информация, что ребёнок княжны Мещерской, это ребёнок Николая.

Возникал тишина. Шувалов и Забела одновременно посмотрели на Виленского.

— Неужели шутка? — мелькнула мысль у Шувалова, но он давно знал Виленского и у того было не очень с чувством юмора и уж такими вещами он бы точно не стал шутить.

— Это информация проверенная? — спросил Шувалов

— Да, — ответил Виленский, он надеялся, что Ирэн не ошиблась.

— Тогда многое становится понятным, — задумчиво произнёс Шувалов

Операцию назначили на вечер.

Глава 36.

До назначенного времени оставалось около двенадцати часов. Теперь Забела знал, что искать и снова пошёл в императорский архив.

Через два часа он вновь стоял в кабинете Шувалова, куда они пригласили императора. Документы, которые нашёл граф, были совершенно невозможными. Однако сомневаться в том, что они были подлинными, не приходилось.

Согласно документам, наследник Николай был женат на княжне Софье Мещерской и состоялось это бракосочетание до того, как было объявлено о его помолвке с данцигской принцессой. И ребёнок, мальчик, который родился, был рождён в законном браке, а значит является наследником первой очереди и восшествие на престол Александра после смерти брата, является незаконным.

Мужчины сидели и молча смотрели друг на друга. Наконец тягостное молчание разрушил император:

— Вы уверены, что мальчик ребёнок Николая?

За всех ответил Виленский:

— Насколько это возможно в такой ситуации

Александр ещё раз обвёл всех взглядом:

— Тогда сначала арестовываете всех, потом убеждаетесь в том, что мальчик действительно наследник, и, если он об этом знает, то…

На этих словах он взглянул на Шувалова:

— Алекандр Григорьевич, угрозу спокойствию империи и моей семье необходимо будет устранить окончательно.

Все подавленно молчали. Никому не был жаль Мещерского, даже княгиню Софью, но мальчишку, чья вина только и была в том, что его родители проявили безответственность, а дед имел необоснованные амбиции, мальчишку было жалко.

Но таков мир царей, приходится принимать такие решения, с которыми потом придётся жить.

После этого разговора в кабинете главы Тайной службы, всего за несколько часов были нейтрализованы все, кто имел непосредственное отношение е делам князя Мещерского.