Ревизор: возвращение в СССР 23 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 30

Надолго задерживать министра со свитой не стал. Быстро объяснил на пальцах свою идею, показал на карте направления и зоны.

— В зависимости от зоны будут выставляться счета обслуживаемым предприятиям, — рассказывал я. — Сборные грузы позволят уменьшить пробег при том же количестве выполняемых заявок предприятий, и, соответственно, уменьшится и нагрузка на автодороги.

— Для нас это немаловажный фактор, — переглянулся с коллегами министр. — Мы, поэтому и принимали участие в обсуждении этого эксперимента.

— Правда, тут есть и оборотная сторона медали, — вставил своё слово замминистра. — Начнёте сейчас машины под завязку грузить, или, вообще, с перегрузом, так нагрузка на дорожное покрытие только увеличится. А потом ремонт станет в копеечку, и вся экономия насмарку…

— Ну зачем же нам свои машины перегрузом гробить? — возразил я.

— Это вы так только говорите, — отмахнулся он от моих возражений.

— Ну, выборочный весовой контроль на дорогах решит все эти проблемы, — ответил я. — Читал недавно, американцы сделали дорожные весы на тензодатчиках, взвешивают машины прямо на ходу.

— Ну уж, прямо на ходу? — с сомнением возразил мне замминистра.

— Да, на скорости до ста десяти километров в час, — ответил я. — Если мне память не изменяет.

Надо расписать это изобретение для Межуева, — подумал я, — раз о нём, получается, даже, специалисты не знают. Думал, так себе изобретение, даже выписывать его себе не стал. Где я про это читал?.. Много всего придется по новой поднимать в спецхране…

Святославль.

Столкнувшись в горкоме у гардероба с начальником коммунальных предприятий города Поляковым, Шанцев специально медленно одевался, чтобы выйти вместе с ним на улицу.

— Что нового, Василий Игнатьевич? — спросил он, как только они оказались на площади перед горкомом.

— Да что у нас нового? — расстроенно махнул он рукой. — У нас всё тоже. Жители жалобами завалили исполком, что городская канализация — одно название. Очистных сооружений, как таковых, как не было, так и нет. А водопровод? Эту воду же пить нельзя!

— Ну, вода, и правда, у нас жуть, — осторожно произнёс Шанцев.

— А что я могу сделать? — воскликнул Поляков. — На новую водонапорную башню фонды выделили, а на них подъездную дорогу заасфальтировали, вместо того, чтобы саму башню поменять.

— Это как же? — поразился Шанцев. — Разве так можно?

— Нельзя, конечно! Это нецелевое расходование средств.

— И как же?

— А вот так. Мол, нельзя строительство начать, пока дороги к другому объекту нет. Выговор кто-то получил и всё. Уметь надо…

— А что за дорогу-то сделали? Где?

— Александр Викторович, забудьте вы об этом, прошу вас, — сразу же начал осторожничать Поляков, как дело перешло к конкретике. — Мало ли, что я наговорил, дурак старый.

— Ну, уж и старый, — с подозрением взглянул на него Шанцев. — Вы ещё, даже, не на пенсии.

— Александр Викторович, мне меньше полгода до пенсии осталось, ну, дайте мне уйти спокойно, пожалуйста.

— Скажите мне только, что это за дорога? — поднял Шанцев ладони вверх, показывая, что сдаётся. — Заинтриговали и на попятный. Нельзя так.

— На Шамордино, — недовольно ответил Поляков.

— Спасибо, Василий Игнатьевич.

Значит, на Шамордино, — отметил про себя Шанцев. — Так-так.

Тут в диспетчерскую заглянул Яковлев и шепнул что-то Савельеву на ухо. Тот прокашлялся и пригласил всех пройти к нему в кабинет и продолжить беседу за столом. Начальство уговаривать себя не заставило, и мы покинули диспетчерскую, слишком тесную для такого количества гостей.

— Павел, а откуда ты министра знаешь? — поравнялся со мной Савельев, когда я немного отстал, решая, а не слинять ли мне прямо сейчас?

— Ну, так получилось, — ответил я. — Его дочь вышла замуж за моего хорошего друга.

— Правда, что ли? — удивился он и мне показалось в его взгляде промелькнуло разочарование. А что, интересно, он хотел услышать? Что я внебрачный сын министра, которого он прятал от общественности? Странно, Санта-Барбару еще же не сняли, и уж точно в СССР не показывали, откуда любовь к таким страстям?

Оказалось, Яковлев, пока я развлекал министра в диспетчерской, успел организовать в кабинете директора целый банкет. Повара из рабочей столовой умудрились накрыть щедрый стол с салатами, с пирожками, стояла и нарезка колбасная, рыбная, солёные огурцы, сало, целое блюдо маленьких котлет. От картошечки пар шел, а водочка запотевшая.

Все быстро расселись вокруг стола. Застолье, как всегда, началось с пафосных речей, а как выпили первый тост, понеслись шутки и хохот.

До конца рабочего дня оставалось всего ничего, мужики с удовольствием налегли и на водочку, и на закуску. Сало смели в первую очередь! Очень необычно приготовлено, чеснока много мелко натёртого.

Яковлев подскочил и самолично ещё дорезал.

— Это тёща моя такое сало делает, — благодушно улыбаясь, сообщил он собравшимся. — Золотая женщина. Раз в месяц поезд с Украины встречаю, представляете? И когда звонит, говорит, я зятю передачку отправила. Обратите внимание: зятю! Это мне, значит. Не дочке своей!

— За такую тёщу надо выпить! — зашумели мужики, а я подумал, а что ж мне-то такая ведьма досталась? Тоже, ведь, с Украины… А как не повезло… Я бы тоже лучше салом брал, чем телеграммами сомнительного содержания…

В какой-то момент, когда открыли окно покурить, ко мне подсел Костенко.

— Как дела в университете? — спросил он. — Слышал, у вас сменился секретарь университетской комсомольской организации?

— Да, Самедов на повышение пошёл. В аппарате президиума Верховного Совета сейчас трудится, — специально сказал я, чтобы посмотреть на его реакцию. Это же со Светки Костенко всё началось, это она вынюхивала под дверями кабинета Самедова, а потом скандал разгорелся и ему пришлось уйти. Наверняка, без Костенко старшего тут не обошлось. — Мы пересекаемся там с ним периодически.

Николай Иванович не смог скрыть своего разочарования. Значит, верны мои догадки, что это его рук дело.

— Ну и как тебе новый секретарь? — тут же сменил он тему.

— Нормальный, — кивнул я. — Ответственный. О студентах беспокоится.

— Ну, хоть что-то хорошее, — ответил он.

Долго сидеть с мужиками не стал, извинился, сославшись на грудных двойняшек, и тихонько ушёл.

Дома мне жена сообщила, что Фирдаус звонил, напросился в гости сегодня вечером.

— Очень хорошо, — обрадовался я. — Просил его встретить?

— Нет, ничего такого не говорил, — растерялась Галия.

— Ну, значит подарков не так и много, сами донесут, помогать не надо, — обратил я в шутку свой вопрос. Похоже, в этот раз ничего секретного обсуждать не планируют, разговор у машины, где нет прослушки, не нужен.

Успел только поужинать, перекинуться парой слов с тестем, державшим на руках Русика, сам потетешкался с Андрюшкой, как и Эль Хажжи приехали. С шампанским и шоколадными конфетами.

— У нас такая новость! — сделала Диана загадочное выражение лица.

— Аист телеграмму прислал, чтоб встречали? — с замиранием сердца спросил я.

— Да ну, нет! — рассмеялась сестра. — Мы в марте едем в Монако. Я буду участвовать в конкурсе красоты «Мисс путешествия».

— Какая же ты мисс? Ты уже миссис, — покачал я головой, видя, как радуется сестра. — Вы бы узнали, сначала, правила конкурса. А то отберут потом корону, когда выяснится…

— Ну, пусть попробуют отобрать, — спокойно глядя на меня, ответила сестра и я расхохотался, вспомнив про «ее» колбасу. И как она на мафию поперла с автоматом…

— Да уж, им проще правила изменить, — заметил я, просмеявшись.

Жена и мама позвали нас за стол. Диана тут же вывалила на них все эти новости. Все опешили сначала, потом начали недоверчиво переглядываться с удивлёнными лицами.

— Ну, а что вы так удивляетесь? — спросил я их, улыбаясь. — Любую из вас можно, хоть сейчас, на конкурс. Наши женщины самые красивые!