Любовь возврату не подлежит. Второй шанс (СИ) - Рейнс Анна - Страница 36

— Хочешь сказать, что первый контакт между Айо и Землей был инициирован вторыми?

— Именно.

Иго махнул рукой, и картинка сменилась. Та же комната, та же поза у одержимого загадкой императора, лишь ночь сменилась днем, а напротив стола появилась фигура, завернутая в плащ. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что ей была вовсе не Солейн…

— Император думал, что Безликий Бог откликнулся на его мольбы, но на самом деле я просто любил совать нос не в свое дело и играть в Бога. — Иго зло усмехнулся и продолжил рассказ. — У меня тогда и сил-то не было, лишь те крохи, которыми сестра сумела меня одарить.

— Зачем ты забрал бумаги?

— Хотелось найти своему существованию хоть какое-то применение. Быть бессмертным круто первые лет двести, а потом… все, что когда-то дарило радость, становится пресным. Приедаются женщины и вина, опостылеют деньги и власть.

Иго пригубил напиток и вновь махнул рукой. Картинка поменялась.

— Где это ты? — Я с удивлением уставилась на свод пещеры, в центре которой сидел Иго. Деревянный стол, стул, самодельная лежанка в углу: скорее походило на временное пристанище бездомного, нежели пристанище почти Бога. Почти все свободное пространство было заклеено исписанными листами бумаги.

— Это мое секретное место. Там, где все началось.

— Секретное? — Переспросила я. Воспоминаний Солейн почти не оставалось в моей голове, и я уже не могла с уверенностью сказать, что ей о нем было неизвестно.

— Видишь эти синеватые вкрапления? — Иго подошел к стене и сковырнул небольшой камешек в стене, словно она была настоящей. Я и сама подошла к ней и осторожно провела рукой, поражаясь реалистичности иллюзии. Растерла между пальцами синеватую крошку и даже понюхала — она пахла влажной землей. Иллюзорный Иго продолжал творить за нашими спинами, не обращая никакого внимания. Он увлеченно собирал какой-то механизм, постоянно сверяясь с записями.

— Что это? — Вернулась я к разговору.

— Это азорий. Редкий природный минерал, который гасит любую магию. Обнаружить меня в этом укрытии было невозможно: ни одно заклинание там попросту не работало. Даже добраться туда можно было только ножками, а другие Боги такое не жаловали.

Я хмыкнула. Вернулась к разглядыванию чертежей.

— Над чем ты здесь работал? Что прислали с Земли?

Иго махнул рукой и, дернувшись, картинка снова сменилась. Листов, наверно, стало раза в два больше, а на столе стояла машина неизвестного назначения. Я увидела несколько торчащих из нее проводов и магические накопители рядом. Электричество в мире Айо не изобрели, но Иго каким-то образом умудрился его заменить.

— Я чувствовал себя избранным. — Прервал тишину голос блондина. — Десять лет ушло на то, чтобы расшифровать все записи и собрать этот механизм. Они называли его межмировой коммуникатор.

Иго продолжал говорить, а я, как завороженная, смотрела на его иллюзорную копию, запускающую машину в первый раз. Мелкие электрические разряды пронзали пространство, буквально искрившее голубоватыми всплесками энергии. Дрожащими пальцами Иго нажал какие-то кнопки и уставился на механизм полными надежды глазами. Издав ужасающие скрипучие звуки, оно внезапно погасло. Иго вскочил.

— Нет, нет, нет! — Вскрикнул он, кружась вокруг своего изобретения. — Что я сделал не так?

Шли минуты, но ничего не происходила. Оно оставалось безответным ко всем попытками включить его или реанимировать.

— Что за херня? — Взревел он, метаясь между искленными листами стенами и столом. Злость на его лице сменялась отчаянием, растерянностью, возвращаясь снова к гневу. В порыве ярости он принялся срывать со стен бумагу, крушить все, что попадалось ему под руку. Лежанка была отброшена к противоположной стене. Стул пролетел в считанных сантиметрах от устройства, чудом не задев его.

Я смотрела на безразличное лицо Иго из настоящего, что взирал на свои прожитые эмоции с долей любопытства. Ему словно самому было интересно, что произойдет дальше.

Мне было больно смотреть на него. В любом времени. За показной веселостью скрывалась агонизирующая душа, желающая всего лишь признанной. Близкими людьми или чужими, — не думаю, что для него уже была принципиальная разница. Хотелось подойти и обнять его… что я почти и сделала, как вдруг искрящийся напряжением воздух прорезал громкий звук. Листы медленно планировали на пол, а Иго как-то потерянно смотрел на появившийся перед ним очередной листок.

Спотыкаясь, он подскочил к устройству, поднимая послание как величайшее сокровище. Сумасшедший смех отскочил от стен пещеры. Не теряя ни секунды, он потянулся к какому-то ежедневнику, принимаясь сопоставлять уже имеющиеся слова и полученный текст.

Мне же перевод был не нужен.

«Мы тебя услышали», — гласил он.

— Что было дальше? — почему-то шепотом спросила я. Иго из настоящего словно очнулся ото сна. Он рассматривал себя из прошлого с примесью отвращения и жалости. Словно нехотя, он махнул рукой, и изображение пропало. Мы вновь оказались в моей комнате.

— Правительство Земли уже многие годы работает над проектом по поиску нового обитаемого мира. Я не знаю, какие технологии они использовали, но по имеющимся у меня сведениям, они отправляли послания в разные миры. Я мало что понимал из их объяснений… кажется, они создали машину, способную разорвать пространство.

— Не может быть… — одними губами произнесла я.

— Еще как может. Кажется, я стал единственным, кто смог расшифровать их послания и создать коммуникатор. С каждым годом он становился все совершеннее и совершеннее, пока однажды он не дал мне возможность говорить с человеком в другом мире напрямую, представляешь? — Он сделал короткую паузу, и я заметила в его взгляде смятение. — Ее звали Мария. Девушка, чей журнал ты нашла.

— Это с ней ты общался?

— Поначалу были и другие, но вскоре осталась она одна.

— Почему?

Иго не ответил. Темная комната сменилась пляжными видами острова, на котором я была совсем недавно. Портальная рамка была совсем маленькой — метра полтора в высоту.

— Они делились со мной знаниями о своем мире. Я рассказывал о своем. Рассказывал про магию, про другие расы. Про свое бессмертие. Про Солейн и остальных Богов. Рассказывал даже то, в чем не решался признаваться самому себе. Мария… ее голос стал для меня лучом света в ночи. Она всегда говорила то, что буквально переворачивало все внутри меня. Заставляла верить, что мое существование имеет какой-то смысл. Она понимала меня, как никто. Поэтому, когда она спросила, хотел бы я с ней увидеться, я без раздумий согласился. И совместными силами мы создали первую межмировую портальную рамку.

— У тебя же не было столько сил. — Не сходилось в моей голове.

— У меня — нет. А вот у человеческих магов — да. Солейн слишком часто уклонялась от своих обязанностей, и мне не составило большого труда заставить их делать все, что я скажу. Новый мир, где люди занимали главенствующее положение, выглядел заманчивым.

Иго неспешно направился прочь от пляжа, углубляясь в тропические заросли. Я отправилась за ним. Я поняла, что мы направляемся к зданию, что мы с Тейном недавно обнаружили на острове. Мне было непонятно, почему он просто не сменит иллюзию, как делал до этого.

— Что ты чувствуешь, находясь в этом месте? — Спросила я.

— Тоску. — Он усмехнулся. — Желание что-то изменить.

Мы продолжали идти в том же темпе, но деревья вокруг нас начали проноситься с огромной скоростью. Ветер засвистел в ушах, возникло желание нахмуриться. Дверь лаборатории возникла перед нами внезапно. Дезориентированная происходящим, я мечтала лишь об одном: сесть и закрыть глаза.

— Что здесь произошло?

Вместо ответа Иго потянул за дверную ручку, и мы зашли внутрь. Остановились у одного из кабинетов. Дверь была распахнута настежь. За массивным столом сидела молодая женщина лет двадцати восьми. Несмотря на жару, одета она была в строгий костюм. Стена за ее спиной была увешана какими-то табличками. Подойдя поближе, я распознала в них сертификаты.