Грани Света. Падший (СИ) - Четвергова Юлия - Страница 33

Набросив поверх пижамы махровый халат, так как дело шло к середине осени, и было холодно в домах, я спустилась вниз и двинулась в сторону улицы, влекомая внутренним голосом, который нашептывал, что дома мне душно. Нужен глоток свежего воздуха, чтобы привести мысли в порядок.

Ночной воздух встретил меня довольно-таки сурово — тут же обжег голые лодыжки холодом. Я поежилась, сильнее кутаясь в халат, но осталась стоять на пороге дома. Взгляд сам собой устремился в сторону леса. Мрачный и таинственный, он серебрился под Луной в кронах, становясь тем чернее, чем глубже я всматривалась в лес.

Меня охватила непонятная тревога. И чем дольше я смотрела в черноту леса, тем сильнее она становилась. Беспричинный страх сковал грудь льдом. Дыхание участилось, будто за мной кто-то наблюдал.

Внезапно вдалеке раздался шум хлопающих крыльев, и в небо взмыла стая испуганных ворон, сопровождая свой вынужденный полет карканьем.

Крик застрял в горле, так и не вырвавшись наружу. Я обнаружила, что сильно сжимаю кулаки, а ногти впились в ладони. Взгляд, вопреки неведомому страху, так и оставался прикованным к тому месту, откуда вылетели птицы. Я не понимала, почему до сих пор не вернулась домой и стояла на пороге дома, словно ожидая чего-то. Вот только чего?

Около нескольких минут стояла зловещая тишина, а затем я увидела нечто невероятное.

В небо взмыли пять огромных птиц. Я таких еще никогда в жизни не видела. Луна затемняла их образы, летающие вдалеке, делая одними сплошными черными точками с четко выделяющимися крыльями. Они кружили друг с другом, и их движения напоминали танец. Вот только чуть позже до меня дошло, что это совсем не танец, а в небе кружили вовсе не птицы, потому что крылатые создания с каждой секундой подлетали всё ближе и ближе.

Теперь не просто страх, а ужас сковал грудную клетку, и я непроизвольно ущипнула себя за руку, чтобы проснуться. Но это был не сон. Как бы сильно я не щипала себя, проснуться не получалось.

Господи…

Мозг будто отдельно от тела анализировал ситуацию, в то время как тело застыло в оцепенении, наблюдая за открывшейся картиной.

Четверо крылатых, человекоподобных созданий, сильно напоминающих Ангелов или Демонов, атаковали одного, который успевал только защищаться, ибо те четверо были быстры и стремительны в своих ударах. В руках у крылатых, нападающих на того, кто защищался, были длинные копья, сверкающие золотом даже в свете Луны. А еще у них были белоснежные крылья, в отличие от их безоружного чернокрылого противника.

Я брежу, да? Этого просто не может быть…

Звуки борьбы становились все громче, потому что сражающаяся в небе пятерка постепенно продвигалась в сторону нашего дома. Но «белых» сильно тормозил «черный», пытаясь увести в другую сторону. Вот только атакующих, оказалось, не интересовал чернокрылый, скорее они пытались убрать его со своего пути.

Теперь мне стало видно отчетливее из-за их приближения.

В какой-то момент, видимо, «ленивый» бой им надоел, и они остановились, зависнув в воздухе. И судя по всему, разговаривали. Больше всех говорил чернокрылый, которого я видела только со спины, активно жестикулируя при этом, словно пытался их в чем-то убедить, что-то доказать. Параллельно продолжая преграждать путь «белым».

В конце концов, белокрылые разозлились, наставив острие золотых копий на чернокрылого. Но тот даже не сдвинулся с места. Более того, одиночка широко раскинул крылья, резко взмахнул ими и вместе с воздушным потоком, который откинул в стороны белокрылых, полетели черные перья, которые даже с моего ракурса напоминали острые кинжалы.

А вот теперь разразилась настоящая бойня. Четверо окружили чернокрылого, и стали смыкать кольцо, не давая одиночке выбраться. Каждый раз, когда он пытался рвануть в сторону, острие копий не давало ему покинуть смыкающийся круг.

Я прижала руку ко рту. Все внутри сжалось от жалости к чернокрылому, несмотря на то, что я все еще не до конца верила в реальность происходящего. Они же его убьют! Силы не равны!

Один из белокрылых в итоге настиг одиночку, и полоснул сзади копьем. Чернокрылый увернулся, но слишком поздно — орудие достигло цели и посеребренная лунным светом кровь, пролилась с неба, будто капли дождя.

Раненный взревел так, что даже я услышала. Крылья его стали топорщиться, и их резкий удар снес сразу двоих. Не дав оставшимся «белым» опомниться, чернокрылый тут же рванул к одному из них и сбил точным ударом крыла третьего.

Тот, кто остался, не стал медлить и ринулся в атаку. Чернокрылый ловко уходил от яростных выпадов копья. Безоружный, он в какой-то момент просто поймал и зажал между ладонями золотое орудие белокрылого, крепко ухватился за него и швырнул противника вниз, пока тот не успел выпустить копье из рук.

Пока «черный» был занят боем, один из ранее обезвреженных белокрылых воспользовался этим и подло ударил одиночку в спину, вонзив копье в тело. Проткнув чернокрылого насквозь. Он замер. Крылья сбились с ритма взмахов на мгновение, но этого хватило, чтобы одиночка накренился в бок и начал падать вниз.

Черные крылья обессилено падали вверх, в то время как тело одиночки стремительно летело в самое сердце леса. Белокрылые победно взмыли вверх, выстроившись в два ряда, и спокойно продолжили путь, даже не посмотрев вниз.

Сердце пропустило удар. Они летели точно в мою сторону. Еще немного и меня заметят!

Но тут случилось то, чего никто не ожидал. Ни я, ни белокрылые.

Словно из ниоткуда, за спинами «белых» возник чернокрылый и безжалостно пронзил копьем сразу двоих, повторив те же действия острием своего правого крыла, которое тут же быстро вынул из их тел, чтобы стабилизировать полет.

Он жив? Невероятно… После такого удара не выживают…

Почему-то я безумно обрадовалась. Вероятно потому, что происходящее было несправедливым и подлым по отношению к одиночке.

Белокрылые, пронзенные насквозь, не упали. Их большие крылья продолжали сбивчиво двигаться в воздухе, но, несмотря на это, было видно, что чернокрылый нанес им серьезные увечья, особенно тем, кто был пронзен их же копьем.

Один из «белых», не дожидаясь нового удара одиночки, резко взмахнул рукой, и меня ослепила вспышка белоснежного света. Я инстинктивно прикрыла глаза рукой, а когда убрала ее, белокрылых уже не было.

Одиночка остался один посреди темно-синего неба. И будто растратив последние силы, пошатнулся в воздухе, хотел было полететь вперед, но крылья его подвели и он, крутанувшись, камнем полетел вниз. Прямиком в кромку леса.

Возможно, я сошла с ума. Возможно, мой мозг был в состоянии шока от увиденного. Теперь и не узнаешь. Но я кинулась в черноту леса, даже и не задумываясь о последствиях. Что мной двигало в тот момент, — любопытство или желание спасти мифическое создание, — я до сих пор не понимаю.

Знакомые с детства места давали преимущество. Я бежала со всех ног, подсвечивая путь фонариком телефона, и пытаясь примерно начертить в уме траекторию места, куда мог упасть крылатый. Колючки и другая враждебная растительность царапала голые лодыжки, но я даже не обратила на это внимания, не сводя глаз с черноты лесных глубин.

Если я не спасу то создание, возможно, оно умрет.

Удивительно, но я с первого раза отыскала место падения чернокрылого. Не скажу, что он упал удачно для себя, а вот для меня — точно. Будь это не поляна, а густая поросль деревьев, я бы вряд ли его отыскала так быстро, если бы вообще отыскала.

Он лежал посреди неровной поляны, окруженной деревьями. Одно крыло накрыло его сверху, прикрывая от лунного света, который просочился и сюда. Я осветила создание фонариком, не решаясь подойти ближе, чем уже подошла. Меня мелко потряхивало не то от холода, не то от страха. Не то от нереальности происходящего.

Он был весь покрыт кровью. Своей или чужой — непонятно. Скорее и тем и другим вместе. И после этого я отчетливо поняла, что если я сейчас ему не помогу, то он умрет. И словно подтверждая мои мысли, крылатый издал судорожный хрип, испугав меня до чертиков, кашлянул кровью, и вновь затих.