Эй ты, бастард! Том III (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 48

— Простил…

— Простил!

— Простил?

— Простил.

И с каждым словом в разум Елисея вливалась та мёртвая сила, которой был пропитан остров.

Он ничего не мог противостоять. Только дрожал, испытывая острое чувство вины.

— ПРОСТИЛ МОЮ СМЕРТЬ, УЧЕНИК!

— Довольно, — спокойной мыслью я вмешался в эту ментальную пытку. Волна моей силы смыла мёртвую энергию, как волна смывает песчаный замок. — Елисей, тебя пытаются сломить, чтобы ты не прошёл дальше. Слушай мой голос. Игнорируй его.

Он тут же перестал дрожать всем телом. Сухими губами он что-то шептал, но звука не было.

Зато были слова в его сознании.

— Я не отомстил… я простил его убийство… учитель…

— Учитель сам бы всё простил, — твёрдо сказал я. — Вспомни, что ты обещал сам себе.

Он завис.

К его голове пошёл новый поток мёртвой силы. Но был легко остановлен и отброшен моей псионикой, как и в прошлый раз.

— Я обещал остановить зло…

— Именно. Но для этого тебе придётся взять себя в руки и заставить «Зубастый Алтарь» открыть нам проход.

— Заставить… — он оскалился. — Я заставлю! — он резко распахнул глаза, в которых сиял красный свет. — Я заставлю!

Все остальные навострились, готовые в любой момент остановить его.

Но я сделал успокаивающий жест рукой. Наша связь не пропала. И я знал всё, о чём Елисей думал в этот момент.

— Пустите, — велел я. И Хельг со Святобором послушали.

— Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ! — выкрикнул Елисей в центр острова и рьяным укусом порвал кожу на собственной руке, проливая кровь. Она брызнула на камни, впитываясь в них, словно в в губку.

— Он опасен… — прохрипел один из контрразведчиков, отбрасывая колпачок со взрывателя. Его взгляд застыл.

А палец устремился к кнопке.

А потом взрыватель плавно вырвался из руки, ухваченный телекинезом и перекочевал в мою ладонь. Через миг то же самое произошло и со взрывателем в руках второго.

— ОН ОПАСЕН! — в отчаянии крикнул и второй контрразведчик, выхватывая из ножен шпагу.

Только тогда я заметил, что с самой земли в их ауру заливается поток мёртвой силы этого острова. «Зубастый Алтарь» переключился на них.

— Ошибаешься, — мягко сказал я, смотря в глаза контрразведчика. Но он не отвечал. Его взор был направлен строго вперёд и видел какую-то другую картину.

Псионическим Импульсом его не оглушить.

— Яр, — поморщился Хельг. — Что-то дурное тут творится…

— Ага, — сжал зубы Святобор. — Надо… — он выдохнул. — Надо убить кого-нибудь, — его рука потянулась к топору.

Но я был быстрее.

Удар в точку между подбородком и шеей — Святобор отправился в отключку.

Контрразведчики были захвачены в областях шеи. И вскоре свалились от лёгкого придушения.

А Хельг покачивался из стороны в сторону, медленно моргая.

Они какие-то… бесполезные.

Если оставлю их, то могут и в спину ударить.

Может, утопить их?

И тут на моём лице выплыл оскал. Я громко закричал на весь остров: — Твои игры со мной не пройдут! — и рассмеялся, параллельно нащупывая, каким образом в мою голову закралась безумная мысль избавиться от своих товарищей.

Дорожка мыслей шла через Елисея.

Сам он стоял и сдавливал свою окровавленную руку, отрешённо наблюдая за капающим на скалы ручейком крови.

— ХОЗЯИН! — всполошился Златик. — М-МНЕ СЛОЖНО! — его некогда гордый голос зазвучал с жалобностью. «Алтарь» давил и на него.

— Терпи, дружище, сейчас я всё сделаю! — и моя псионическая сила пошла в ответное наступление.

По связи через иглу Златика, потом через разум Елисея, она мощным потоком ударила по отправителю зловредных идей.

И он встрепенулся. Но не так, как это делают живые. А так, как бьётся в агонии раненный насмерть зверь.

Но я здесь был не при чём.

Эта агония была для него последним проявлением жизни, которая оборвалась уже давным давно.

Щёлк.

ЩЁЛК!

Зубы стучали.

Запах крови. Вкус металла на языке.

Я чувствовал, какого было этой сущности.

А потом услышал её истинный голос, похожий на лишённый эмоции шёпот.

— Пахнет Кальмаром. Вкусно. Было. Когда я чувствовал. Когда я жаждал еды. А сейчас? Сейчас я не чувствую ничего. Только помню. Верни мне голод, Кальмаров. Иначе я мёртв. Я мёртв.

— Отпусти моих людей, тогда поговорим серьёзнее. Прямо в твоих чертогах, Мегалодон!

Глава 23

Земля под нашими ногами вздрогнула.

Полубезумный взгляд Елисея просиял, на нём выступило выражение триумфа.

— Я заставил! — с наслаждением прорычал он.

Но нет.

Дело было не в нём.

А в том, что Мегалодон — древний хозяин этого острова и истинный управитель «Зубастого Алтаря» — принял моё условие.

Потому что я был его последней возможностью не исчезнуть. Точнее тому, что от него всё ещё оставалось.

Дрожь земли усиливалась. Зазвучал грохот и треск ломающихся под ногами скал.

Впереди, в центре острова, камни разошлись. Между ними в небо вырастал широкий каменный алтарь в виде распахнутой акульей пасти, с десятками окровавленных зубов.

И кровь эта была свежей. А по энергетике напоминала Елисея, что наводило на мысли.

— Подходи. Говорить. Жить. Голод. Верни мне голод! — голос в моей голове прозвучал резче с нотками требовательного нетерпения. Он не просто желал вновь стать тем, кем был. Он жаждал этого всем своим существом так же, как хочет пищи находящийся на грани голодной смерти бродяга.

— Отпусти их, — железным голосом сказал я, формируя в нашей связи заряд мощной псионической силы. Достаточный, чтобы стать неприятной дубинкой по его голове, в случае отрицательного ответа.

— Забирай!

Аура моих спутников тут стала быстро очищаться от мёртвой силы Мегалодона. Быстро, но плавно, как сливающийся в воронку кисель.

Хельг перестал раскачиваться. Он сел на скалы, морща лицо.

— Поганое место, — хрипло сказал он, устало косясь на вышедший из земли «Зубастый Алтарь». — Ради вот этой дряни мы сюда пришли?

— Да. Это он, — просипел Елисей, тоже выйдя из своего транса. Он сплюнул на камни слюну с кровью и подтянул к себе свою раненную руку. — Вот эта дрянь сводит с ума людей, которые идут к её хозяину.

Я повернулся к духу золотого дракона, обращая к нему мысленный вопрос.

— Златик, ты как?

— Я ОПОЗОРЕН! — шумно выдохнул облако золотистой энергии. — ДАЛ СЛАБИНУ ПЕРЕД КАКИМ-ТО КАМНЕМ!

— Нет, — я покачал головой. — Это не просто камень, это останки почти убитого звериного бога. Судя по всему, некогда довольно могущественного. Так что тебе нечего стыдиться. Тем более, что я никому не скажу.

— ГЛАВНОЕ, ГЛАЗАСТОМУ НЕ ГОВОРИ! Я И ТАК ПОСТОЯННО ВИЖУ В ЕГО ПРОНЫРЛИВОМ ВЗГЛЯДЕ НАСМЕШКУ!

— Договорились, — с лёгкой улыбкой кивнул я. А затем повернулся к своим людями и сказал уже вслух: — Позаботьтесь об остальных. Если почувствуете, что эта дрянь возвращается или на нас нападают, растормошите меня. Но не в другом случае.

— Яр? Ты что задумал? — встревоженно спросил Хельг.

Елисей же посмотрел на меня с подозрением. — Ты не хочешь сказать, что собрался общаться с «Алтарём» напрямую⁈ Нет! — он тут же преградил мне путь. — Никто, кроме Каина, на это не способен! Наглецы, которые рисковали это поробовать, выдавливали собственные глаза с безумным смехом!

— Кто-то из них был сопоставим со мной по силе? — моя бровь вопросительно поднялась вверх.

На это Елисею не нашлось прямого ответа. Но он предложил: — Я хочу пойти с тобой! Прикрою, если «Алтарь» попытается тебя задавить.

— Нет, — отрезал я. — В этой битве ты будешь обузой, — я кинул оба взрывателя от его ошейника Хельгу. — Вместо этого ты прикроешь Хельга и остальных. Если Каин приготовил нам ещё какой-то сюрприз, то твои боевые навыки могут сыграть ключевую роль в моё отсутствие.

Ответил я и твёрдой походкой двинулся вперёд к «Алтарю», прямо на Елисея.

Разумеется, он отошёл в сторону. Пусть и не был доволен моим решением, но оспорить его не имел никаких полномочий.