Эй ты, бастард! Том III (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 21

— Мы делаем для этого всё необходимое, — пообещал Антон. — Я знаю, где сейчас твои невеста, мачеха и сестра. Я выделю лучших бойцов, чтобы они присоединилсь к охране особняка Амурских. Но тебе придётся кое-что сделать…

— Что же?

— Пока что всё выглядит так, что ты под подозрением. И это наше преимущество. Пусть враги думают, что мы клюнули на их уловку. Так мы выцепим тех, кто сейчас высунет голову и попробует тебя добить.

— Разумно, — согласился я.

— Для этого тебе нужно будет явиться в суд и ответить тем, кто обвиняет тебя.

— Кто именно?

— Заявление Амурской аннулировано. Но ещё двое аристократов обвиняют тебя в угрозе уничтожения их кланов.

Я фыркнул.

Пусть имперский закон и защищал безопасность кланов.

Но ни один уважающий себя аристократ не стал бы обращаться в суд, чтобы защититься. Это сокрушительно било по статусу клана и рода.

Ведь если ты не можешь защитить себя, то какого чёрта называешь себя аристо?

А Антон продолжил:

— Первый — барон Юрий Каланский. Кроме обвинения в угрозах, он также требует немедленного возврата просроченного долга.

Подгадал момент и вылез из-под колоды, змей!

— Второй — Эскулап Петухов, который обвинил тебя в угрозах своей жизни и всему роду Петуховых. Его брат — Махаон, поддержал обвинение. Оба судебных заседания назначены на сегодня, сразу друг за другом.

— И чего они хотят добиться? Будто у них есть шанс выиграть.

С моими связями, которыми я оброс во Владивостоке, это попросту невозможно.

Особенно с учётом того, что я мог предъявить в ответ.

Петухов шпионил.

А Каланский путём махинаций загнал мой род в долги.

— Мы заранее подобрали тебе лучших адвокатов, — заявил Антон. — Я всё же не верил, что ты настоящий предатель. Но в суд тебе всё равно нужно явиться.

— Да будет так. Я отстою право своего рода на существование!

Потому что это была битва не за юридический статус… не за Империю… и даже не за клан… а за саму жизнь для меня и моих близких.

С грохотом я распахнул дверь, широким шагом заходя в зал суда.

Пустые скамьи.

В зале только судья, Эскулап Петухов со своим старшим братом — Махаоном — и ожесточённо спорящие друг с другом юристы.

— Обвинения сфальсифицированы! Нет ни единого свидетеля! А обвинитель имеет серьёзный мотив, чтобы дискредитировать моего подзащитного! — железным тоном заявил высокий мужчина в строгом выглаженном фраке. На его правильном носу сидели очки с тонкой оправой.

— Угрозы подсудимого слышало несколько человек, — неуверенно сказал щуплый молодой человек в форме. Со вжатыми плечами, чуть согбенный. По его лицу были рассыпаны прыщи. По всей видимости — начинающий прокурор. — Сразу несколько работников больницы.

— Перекрёстный допрос выявил неточности и несоответствия в показаниях свидетелей! Они сходятся только в том, что слышали некую угрозу со стороны господина Кальмарова! — и тут мой адвокат усмехнулся. — Кто-то из них видел, что господин Кальмаров показал свою силу, а кто-то — что он взялся за шпагу. И всё это — ложь!

Адвокат звучно ударил по столу, добавляя огня в свою речь.

— И уже поверьте, я этого просто так не оставлю! — он крепко сжал кулак. — Каждый из клеветников будет осуждён и наказан по всей строгости закона!

И тут заговорил судья. Мощным голосом он заговорил на весь зал:

— Довольно! Суд выслушал обе стороны и удаляется для вынесения вердикта! — судья смерил меня строгим взглядом.

Моё опоздание на целый час, вызывало у него отнюдь не тёплые чувства.

Но такова была наша с Антоном легенда: я задерживаюсь в ДКРУ, а потом подхожу в самый конец заседания. И пусть враг думает, что захочет!

Судья вышел.

— Господин Кальмаров, — посмотрел на меня адвокат. А затем и щуплый прокурорчик, вместе с Петуховыми. Эскулап аж вжался в кресло, когда я бросил на него свой многообещающий взгляд.

С сегодняшнего этого «петушка» ждут очень большие проблемы. И связанные с законом — далеко не самые страшные из них!

— Вы уже одержали победу? — я повернулся к адвокату.

Он чуть растянул губы в улыбке.

— Как решит суд.

Ха-ха! По его физиономии уже всё понятно, что победа у нас в кармане.

Недаром мне обещали лучшего юриста. Да и прокурора явно подбирали не самого матёрого, явный новичок на полях юридических сражений.

Теперь осталось только дождаться вердикта и…

Красный!

Насыщенный алый цвет волнами исходил из-под пола там, где я должен был сидеть рядом со своим адвокатом!

Истинное Виденье, которое я использовал на всякий случай, входя в новое помещение, показало что под моим местом находился мощнейший источник проклятья.

— Живо уйдите с того места! — крикнул я адвокату.

Пусть он выглядел солидным и выдержанным, но даже он смутился от моей резкости, поправляя очки.

— Господин Кальм…

К чёрту его болтовню, решил я! Телекинетические частицы схватили адвоката и живо отнесли его к выходу.

— Убирайтесь из зала, все! Немедленно! Объявите эвакуацию!

— Что это значит⁈ — возмущённо крикнул адвокат, вставая на свои ноги. Он с укором подошёл ко мне.

Молодой прокурор, как и Петуховы, недоумённо переглядывались друг с другом. А охранники на всех входах смутились.

Даже Эскулап Петухов не в курсе ловушки… да его банально использовали, чтобы заманить меня сюда.

А аура проклятья после моих слов начала стремительно набирать силу.

— А НУ БЫСТРО ВЫВЕЛИ ВСЕХ ЛЮДЕЙ ИЗ ЗДАНИЯ! — рявкнул я так, что по всему залу появились телекинетические частицы, надломившие деревянные скамьи.

И вот тогда все шустро зашевелились!

Охранники стали спешно выводить всех из помещения… но было уже поздно.

Место, где я должен был восседать, вспыхнуло красным пламенем. Столб испепеляющего огня выстрелил вверх, сжигая всё в радиусе нескольких метров, и прожигая деревянный потолок суда.

Благо, что людей там не было. Я никого не Чуял.

Все уставились на ужасное, но одновременно с тем завораживающее пламя.

Кроме меня. Ведь с помощью Истинного виденья я всматривался в источник проклятого пламени. И он быстро терял силы.

Это была магическая печать, с заложенным в неё зарядом. Мощная, но краткосрочная.

Она иссякла всего за несколько секунд, не причинив никому вреда.

Но это никак не могло быть главной опасностью.

Просто потому что для моего убийства этого бы никак не хватило.

— Мобилет. Живо, — скомандовал я, протянув руку.

Не растерялся лишь адвокат, который протянул мне свой мобилет.

Я схватил его и живо набрал номер Амурского.

— Виталий, — я не дал ему даже поприветствовать меня. Времени не было. — Вводи режим чрезвычайной ситуации. Сегодня будет жарко. Собери лучших людей у особняка и защити его любой ценой. Будь готов к атаке на жандармерию и генерал-губернатора.

— Кальмар, — глухо ответил он. — Мы перерыли вверх дном весь Владивосток! То, что случилось на Дне Города, сейчас уже невозможно!

— Плевать. Мы должны быть готовы ко всему! Ты понял?

Молчал. Но я чувствовал, как в нём кипит раздражение.

Ещё бы, мой командный тон мог выглядеть для него наглостью.

Но он знал, что я не шучу.

— Будем. Но я спрошу с тебя, если это окажется паранойей!

— Я сам с себя спрошу, если окажется так, — я выключил телефон и отдал его адвокату.

А затем отправился на выход. И Истинное Виденье было моими глазами.

— Зырик, на выход. У тебя работа, прикрой меня сзади и сверху. Я хочу видеть всё! — скомандовал я.

— Зырик готов! — решительно ответил глазастик и выскочил из кармана, когда я выходил из дверей зала суда.

На улице уже собрались все, кто в эту минуту был в здании.

Жандармы суетились. Они вооружились ружьями и заняли позиции на всех входах и выходах из здания. Ко мне подошёл один из них. Судя по погонам и звёздам на них — капитан.

— Ваше сиятельство, мы отвечаем за вашу безопасность, так что просим вас оставаться здесь.