Спасти злодея в царстве бессмертных (СИ) - Смаил Ева "Ева Смаил" - Страница 22

Она вопрошающе приподняла бровь, а мой мозг наконец подал признаки жизни.

Нужно как-то сгладить свою глупую ошибку. Не хочу, чтобы она из-за меня грустила.

Мой свет ясно дала понять, что ей нравится, когда я веду себя мило… Значит, если так сделаю, то она улыбнётся, верно?

— В-вы очень красивая. — Я по-настоящему смутился от сделанного мною комплимента. Наверное, потому что впервые сделал его искренне.

Она безумно красива, что душой, что телом. А как красиво улыбается…

Мастер секты даже согласилась придумать мне имя… Свое настоящее я уже давно забыл. После того как отец его дал мне, никто меня им не называл. В демоническом павильоне ко мне обращались лишь так: «сын», «молодой господин», «сын мастера павильона». А в Секте Медицины никто и подавно его не знал.

Из-за слов того неразумного кошака я не осмеливался полностью доверять своей благодетельнице и постоянно проверял… Однако, стоило мне только подумать, что она хочет мне навредить, как каждый раз мой свет показывал свою более добрую, более красивую и более ласковую натуру.

Мастер секты завалила меня всевозможными подарками, заставляя… испугаться, ведь это впервые, когда ко мне так относились. Так заботливо, так щедро, так ласково, так искренне, так по-доброму… Грудь наполнялась теплом с её каждым следующим действием…

Но… я совершенно не понимал, почему же она это делает для меня.

— … Так вы правда хотите меня сделать своим учеником? — Спросил тихо и неуверенно, сжимая в руке кольцо с пространственным хранилищем.

— Конечно. — Сказала очень уверенно.

Неужели она и правда просто добрая душа, которая выбрала именно меня, чтобы спасти?

Если бы она хотела убить, то зачем так заморачиваться? Если хотела навредить, то зачем делать своим учеником? И…

— … Что будет, если я откажусь?

— Если не захочешь, то ничего не поделаешь. Ты свободен и волен уйти куда угодно. В любом случае оставь всё себе. Это мои тебе подарки… Но не спеши отказываться. Подумай ещё немного. Может, я не настолько плоха, как ты думаешь… я многое могу тебе дать как мастер. Как насчёт того, чтобы сначала посмотреть секту, узнать меня получше…

С ней так комфортно и хорошо. Всего лишь своим присутствием она очистила всю комнату от клякс и наполнила пространство свежим ароматом. Она согрела моё израненное сердце своей трепетной заботой, от которой я безумно не желал отказываться.

Возможно, я всего лишь маленький мотылёк, что летит навстречу яркому пламени… Но даже зная, что оно может сжечь меня дотла… я хочу ей верить.

Я нашёл единственный свет в этом мире и не собираюсь глупо от него отказываться из-за слов первого встречного. Но… даже если, предположим, мой свет правда захочет мне навредить и убить… Всё равно не смогу забыть о ней.

Нет, конечно же я убегу… и стану настолько сильным, что она не сможет со мной ничего поделать. А после… вернусь и буду рядом. Буду смотреть на неё издалека, и пусть швыряется в меня хоть тысячей смертельных заклинаний. Я стойко встречу их могучей грудью! Вот!..

Но пока она не захочет мне сделать больно… хочу остаться рядом. Хочу стать её учеником.

Вот только… как сделать церемониальный чай?

Кажется, у меня проблема.

Глава 17

У Лунсян

После того как я переоделся в одежду, которую подарила моя благодетельница, мы вышли в коридор. Он должен был напоминать внутренность кишечника, пропитанную черной слизью. Но этого не произошло.

Для меня стало откровением, что, находясь в пределах трех метров от ее тела, я переставал мучиться от грязи. Я продолжал видеть ее, но будто периферийным зрением. Если не сосредотачиваться специально, то и не заметно.

Везде, где она проходила, черные сгустки начинали шипеть, дергаться и испаряться, словно их жарили на сковороде. Коридор становился чистым на глазах.

А может… избавиться от всех производящих грязь людей и яо, а потом попросить мастера секты пройтись по всему миру для очистки…?

Что-то я слишком замечтался.

За мыслями не заметил, как мы вышли из здания аукциона.

Вид снаружи стал для меня шоком.

Всю жизнь я видел мир иначе. На стенах, полу и людях всегда багрились мерзкие кляксы, а в воздухе стоял смрад.

Так вот как все его видят? Оказывается, для других он такой живой, пестрый и… вкусно пахнущий. Ммм, как же пахнет мясом… Хочу куснуть.

— Интересно? — спросила благодетельница, а я постарался не пустить слюнку.

— Очень. Особенно интересно покушать. Много покушать. А потом еще покушать. И еще…

— Тогда давай прогуляемся. Проведу тебе экскурсию.

Я чуть ли не расцвел от счастья. Это невероятно. Кто бы мне вчера сказал, что вместо операционного стола, где меня расчленят, мне будет показывать чистый и ароматный город самый влиятельный человек мира, я бы послал его в долгое пешее путешествие к монахам для очищения мыслей…

И тут мой свет начала спускаться со ступенек.

Десять лет в воде плавал. Мне и ходить тяжело, а тут лестница. Я уже и забыл, как это делать… Честно говоря, не упал только благодаря ее помощи.

Мастер секты взяла меня за руку… заставляя кровяное давление подняться настолько, что мне даже показалось, что уши задымились. Это такой интимный жест, а она сделала его так просто… Со мной никто и никогда такого не делал, да и мне не хотелось из-за грязи.

Чувствовать тепло чужого тела так приятно… Ее рука была такой мягкой и хрупкой, без единой мозоли, словно у принцессы. Она явно не занималась в своей жизни физическим трудом и не обучалась оружию… Такая нежная.

Мы сошли с высоких ступеней прямо на шумную и людную улицу.

Толпы людей, как море, плыли между прилавками, создавая бурлящий поток энергии.

Хотя в начале я несколько растерялся, потом вошел во вкус. Следуя советам своего света, научился лавировать среди толпы.

В воздухе витали вкуснейшие ароматы еды. Как же сильно мне хотелось наброситься на прилавки и смести с них все подчистую…

Но… мне запретили.

— Дело не в том, что я не хочу тебе дать поесть, просто не могу. Если смертный долго голодал и съест острое жареное мясо на пустой желудок, он может и не выжить. Тебе нужно постепенно возвращать нормальный режим питания… Обещаю, что уже через месяц ты сможешь это съесть.

Грустно. Очень грустно. И непонятно. Я уже ел острое жареное мясо и ничего со мной плохого не было!

Печально. Жалко. И очень несправедливо.

Ничего не поделаешь. Если она считает, что так правильно, то… ради нее… я очень постараюсь…

Да, мне придется очень-очень сильно постараться, ведь она купила для меня чуть ли не все прилавки с едой. Я обливался слюной на нормальную еду, но пил только бульон…

Несмотря на это, я был искренне счастлив, рад и безумно ей благодарен.

У меня никогда такого не было. Это впервые. Все впервые.

Впервые видел мир настолько прекрасным.

Впервые держался за руки.

Впервые гулял по городу.

Впервые мне было так хорошо с человеком… И все благодаря ей.

Я тоже хотел сделать ее чуточку счастливее, поэтому начал тайком за ней следить. Так мне удалось заметить… что ей очень нравилась похвала. На лице появлялась яркая улыбка, а подбородок гордо приподнимался. Мой свет, услышав комплимент, выглядела будто птица, гордо распушившая свои перья.

Поэтому начал подражать торговцам, постоянно выискивая возможности сделать ей приятно. И сам получал от этого невероятное удовольствие.

Может если она правда это делает чтобы мне навредить… просто позволить ей это? Так сказать, умру счастливым…

Но кто бы мог подумать, что умереть счастливым придется так скоро. Почему так быстро, я еще не готов! Еще не решил! Остановите летающий меч, я сойду!

Переход из благоприятного района, полного детского смеха, пестроты товаров и приятных ароматов, в грязный, подозрительный и опасный преступный район был довольно резким.