Мама для наследника альфы (СИ) - Никос Алекса - Страница 13

— Я не забуду, мама, не надейся, — строго отвечает сын.

— Родной, я хочу еще тебе рассказать одну интересную историю Послушаешь? — спрашиваю его, уклоняясь от предыдущей темы.

— Если недолго. Раз это — теперь мой дом, у меня много дел, — смотрю на эту деловую колбасу, размышляя, как ему рассказать об оборотнях.

— Мы с тобой изучали разных животных, я рассказывала тебе о кошках, собаках, лошадках, помнишь? — уточняю у него.

— Да. Кошка говорит "мяу", лошадка "ого-го".

— "Иго-го", — машинально поправляю его, — Есть такое животное — волк.

— Как в песенке? "Придёт серенький волчок и укусит за бочок" — напевает Ник.

— Да, как в песенке. У волков бывает шерсть разного цвета, они очень полезные животные. Живут в лесу, любят охотиться. Когда-то давным-давно, один волк полюбил женщину, что часто приходила в лес, потому что любила тишину и одиночество. Он гулял вместе с ней, был ей другом и мечтал стать мужем.

— Мам, ну это же невозможно! Люди не женятся на животных! — возмущается сын. Ох, милый, как много ты еще не знаешь в этой жизни. Есть дама, которая за ковёр персидский замуж вышла. А тут какой-то волк, он, хотя бы, одушевлённый.

— Волк это понимал. Но очень хотел. А когда чего-то очень сильно хочешь, иногда случается чудо, и это происходит, — перевожу дыхание, — Когда луна на небе была круглой, волк взвыл и попросил её о помощи. Он хотел быть вместе с любимой. Луна услышала его, волк стал человеком.

— Как это? — пораженно вздыхает сын.

— Внутри него всё равно продолжал жить лесной хищник, но внешне, он выглядел, как обычный мужчина. Единственным его отличием от остальных людей было то, что этот мужчина мог становиться волком, по своему желанию. Когда его возлюбленная снова пришла в лес, он познакомился с ней, как человек. И рассказал о том, что он — тот самый волк, который гулял вместе с ней. И признался, что влюбился в неё с первого взгляда. Его возлюбленная призналась, что тоже полюбила волка, даже когда он был еще просто волком. Они поженились и у них появились дети, которые, как папа, умели превращаться в волков. Таких людей называют оборотнями, — корявенько заканчиваю свою сказку.

— Круто! Это всё правда? — восхищенно спрашивает Ник, — Это как бэтмен? Он умеет летучьей мышью прикидываться!

— Летучей мышью, — поправляю я, — Почти. Только бетмэн надевал костюм. А оборотни превращаются в настоящих, больших волков.

— И ты — оборотень, Ник. Ты можешь становиться волком, — подключается, наконец, к беседе Брендон, что всё это время внимательно слушал.

— Становиться волком? — недоверчиво уточняет ребёнок.

— Именно. Надо только немного позаниматься, научиться и у тебя получится. — улыбаясь, кивает отец.

— И ты умеешь? Покажи! — глаза вспыхивают нетерпением.

— Хорошо, — Брендон встаёт, мгновение — и перед нам уже стоит чёрный волк с умными глазами. Он подходит к Николасу, кладёт ему голову на колени и виляет хвостом. Сын гладит волка по шерсти, заливается смехом, когда тот лижет его нос.

— Мама, смотри какой он большой и красивый! — восхищенно шепчет сын, обнимая волка за шею, приникает к нему всем телом и вдыхает запах — Мой папа — самый лучший! Даже без грузовика! Я тоже так смогу?

— Сможешь, — киваю я, глядя на эту картину, — Папа научит тебя, как это сделать. Да, папа?

Спрашиваю у волка, но, через мгновение, передо мной появляется мужчина.

— Научу, — твёрдо отвечает он, — Завтра мы с мамой отведём тебя в новый детский сад и познакомим с такими же детьми-оборотнями, как ты.. Надеюсь, что ты найдёшь друзей среди них.

— А девочки там красивые есть? — спрашивает сынок.

— Вот завтра и уидим, — отвечает Брендон, — Мы посмотрели еще не весь сад, продолжим прогулку?

Сын радостно хватает Брендона за руку. Я встаю и облегченно выдыхаю. Всё прошло куда лучше, чем я предполагала.

Глава 15

— Мы идём? Я уже хочу увидеть садик с волчатами! — нетерпеливо подпрыгивает на месте Николас. Мы стоим около дома втроем и ждём Лесли.

— Сынок, сейчас мы дождёмся тетю Лесли и пойдём, — отвечаю ему.

— А зачем нам тетя Лесли? Она что, тоже в детский сад идёт? — спрашивает ребёнок.

— Она хочет с нами прогуляться, посмотреть на твой детский сад, — объясняю ему. Мне уже, если честно, тоже надоело её ждать. Мы стоим здесь уже минут пятнадцать, — Брендон, может ты поторопишь свою пассию? Как можно, так долго собираться?

— Это ты её пригласила, ты иди и торопи, — равнодушно отвечает Брендон.

— А кто такая “пассия”? — вклинивается в наш спор Ник, услышавший незнакомое слово.

— Но это ты с ней живёшь! Я всего лишь проявила вежливость.

— Не я с ней живу, а она живёт у меня, — раздраженно поправляет меня мужчина.

Ну да, ну да. Слышала я, как она "просто живёт у него". Вчера ночью. Когда сдуру пошла воды попить. Привыкла я, что на тумбочке, возле кровати, всегда стоит бутылка с водой. А со всеми событиями, переездом, совершенно забыла с вечера её поставить. Вот и шла, крадучись, в два часа ночи на кухню. Стоны и крики Лесли было слышно, мне кажется, почти на весь дом. Я даже про воду забыла, развернулась и ушла обратно в наше крыло.

— Послушай, не придирайся к словам. Ты с ней спишь, это твоя самочка, вот и поторопи её, — шиплю ему на ухо.

— Да с чего ты взяла, что я вообще с ней сплю? — возмущается Брендон.

— Звукоизоляцию сделай нормальную! А то на весь дом слышно, как она просит тебя не останавливаться, — говорю я, глядя на раздраженного мужчину.

— Я не понимаю, ты что, завидуешь? "Дядя Игорь" не заставлял тебя стонать? — ехидно спрашивает он.

— Какой дядя Игорь? — переспрашиваю, уже забыв о том, что вчера сын упоминал моего брата, что как-то ночевал у нас.

— А у тебя их много? Или ты имён не запоминаешь? Зато Николас прекрасно помнит, как ты мужиков к себе в кровать таскаешь.

— Послушай, Брендон, — вкрадчиво начинаю я, — Ты мне не муж, чтобы моей кроватью интересоваться и теми, кто в ней ночует. Своей постелью занимайся. О, ну наконец-то! Лесли, доброе утро! Мы заждались.

— Доброе утро! Если бы я знала, что вы так рано соберетесь идти, я бы не пошла с вами, — зевая во весь рот, здоровается волчица, — Я заснула только в пять, а в семь уже служанка разбудила.

— Мама, когда мы уже пойдем? — ноет Ник, подбегая ко мне, — О, тётя Лесли, привет. Ты причесаться забыла? Тебя с нами в сад не пустят!

Только теперь обращаю внимание на, правда, странную причёску девушки. Отворачиваюсь, скрывая улыбку. Ник смеётся

— Это модный начёс! Я его полчаса делала! — возмущается она, покрываясь красными пятнами. Если этот дом на голове — модный начес, то либо у них тут странная мода, либо он у неё не получился. Выглядит, будто она с самосвала свалилась, — Брендон, скажи своему сыну, что это не смешно!

— Лесли, он просто ребёнок, не обращай внимания...

— Да пойдёмте уже! Мы долго будем тут стоять? — хнычет сын

— Я не пойду, пока он не извинится, — топает ногой Лесли, показывая пальцем на ребёнка, — Сразу видно, что он в варварском мире вырос. Никакого воспитания и уважения к старшим!

Эк её понесло. Беру Ника за руку и веду к выходу, пусть сами разбираются. Потому что если я услышу еще что-то плохое о моём ребёнке, я ей вмажу. А это пошатнёт наши, и без того, не слишком хорошие отношения.

— Ма, а почему тётя Лесли так злится? Потому что причесаться забыла?

— Нет, дорогой. Просто тётя Лесли не выспалась.

— А она — сестра папы? — наивно спрашивает ребёнок, — Если дядя Алекс мой дядя и брат папы, значит тётя Лесли моя тётя и сестра папы, да?

— О чем разговор? — догоняет нас Брендон, которого под руку держит Лесли.

— Тётя Лесли — твоя сестра, да? — второй раз спрашивает Ник, снова рассказывая свои умозаключения, — Если дядя Алекс мой дядя и твой брат, значит тётя Лесли моя тётя и твоя сестра, да?