Потусторонний криминал - Ищенко Евгений Петрович - Страница 46

Священник стал читать молитвы. Вокруг грохотало, как при артобстреле. Летали банки, бутылки, тарелки, что-то лилось, сыпалось… На Василия-младшего самое большое впечатление произвело ведро с водой, которое само по себе поднялось и опрокинулось, словно кто-то выпил из него воду и бросил оземь. Предметы летали не по прямой, а по каким-то замысловатым траекториям. Самовар вылетел из угла комнаты и упал рядом с Валентиной. За ним последовала фарфоровая ваза, которая разбилась об угол подоконника. Но — удивительное дело! — никого из присутствующих все эти летавшие и падавшие предметы не задевали, а в доме уже находились не только хозяйка и священник с сыном, но и двое соседей, которых отец Василий позвал в качестве свидетелей.

Все участники событий в один голос утверждали, что чувство, которое они испытали, было сильным и неприятным, но это не был страх. «Такое впечатление, — говорит Валентина, — будто кто-то над нами издевался». Отец Василий, призвав на помощь веру, решил для себя: это бесы его должны бояться, а не он их. Только однажды у него похолодело внутри: когда металлическая чесночница просвистела у самого уха и упала на стол прямо перед ним.

Отец Василий молился в доме больше часа, кадил, кропил. И там, где он прошел, все стихало. Особенно его поразили два эпизода. Когда он кропил святой водой одну из комнат и поднял глаза кверху, то увидел, как прямо с потолка (сквозь него) упали две банки — пустая и полная. А в кухне на столе стояла тарелка с недоеденной килькой. Вдруг рыбки разом поднялись, как рой пчел, и вылетели из комнаты. И тут же во дворе завизжала собака, на которую они, видимо, напустились. Потом рыбки преспокойно вернулись на тарелку…

Когда священник освятил весь дом и двор, бесчинства прекратились. Но несколько дней спустя все повторилось, правда в более слабом варианте. На этот раз, отправляясь в осажденный нечистой силой дом, отец Василий предварительно помолился в храме, а дома облачился в рясу по полной форме. На руках, как положено, были поручи (своего рода плотные нарукавники), но когда он вернулся, то обнаружил под совершенно целой тканью ранку и припухлость. Можно считать, получил боевое ранение.

Теперь, когда бесы изгнаны из дому, надо полагать, навсегда, отец Василий доволен. Для священнослужителя это — настоящее боевое крещение, возможность испытать себя. Но что же это было? И почему? Валентина считает, что интерес племянника к книгам по черной магии, которых сегодня развелось видимо-невидимо, мог спровоцировать активность темных сил, дремавших в доме. У отца Василия свое объяснение. Он убежден, что Бог специально допустил это бесовство, чтобы предупредить людей о неблагополучии в городе. «Это же конец света, — горячится священник, — если город населяют только сектанты и атеисты! В храм ходит один человек из тысячи».

В общем, версий предостаточно: у каждого, кто слышал об этой истории, своя. Нет только ее у Госстраха, куда Валентина обратилась по совету отца Василия, чтобы ей возместили причиненный ущерб. А там растерялись: никогда не имели дела с подобным, нужно с Одессой советоваться…

А вот еще одно нетипичное проявление полтергейста. «Начались наши мытарства с зимы. Из квартиры стали исчезать крупные суммы денег. Сначала решили: собаки находят и рвут, особенно после того, как обнаружили несколько разорванных купюр. Лупили их нещадно. Потом убедились, что животные тут ни при чем», — рассказывает хозяйка очередной «нехорошей» квартиры в Жуковском Людмила Флавиевна. Она пригласила московского уфолога В. Малахова разобраться в невероятных событиях, уже почти полгода происходящих в ее жилище. Милиция, к которой она обращалась, оказалась бессильной. Опыта борьбы с невидимыми подселенцами участковый не имел. А буквально вломившийся в жилье «шумный дух» (как выяснилось впоследствии, даже толпа таких духов) вел себя очень странно.

Сначала, как рассказала хозяйка, исчезали деньги, причем пропадали только крупные купюры и валюта. Украинскими гривнами и отечественными сторублевками духи пренебрегали. Потом начались бесчинства в кладовой, где хранился запас растворимого кофе. Все банки были вскрыты, их содержимое высыпано на пол и облито шампунем.

22 марта полтергейст перешел, как говорится, к еще более активным действиям. Первый удар пришелся на иконы: все они были сброшены на пол и поцарапаны. Потом стал бить посуду, выворачивать лампочки, обливать одежду машинным маслом, рвать книги. Вставлять стекла в окна было бессмысленно: их сразу же разбивали вновь. Добрались и до украшений хозяйки: все цепочки и ожерелья были разорваны.

Единственными нетронутыми в квартире предметами оказались цветной телевизор с видеомагнитофоном и стоящая на нем классная японская аудиоаппаратура. Вокруг них почему-то образовался своеобразный островок безопасности…

Наконец, Людмила Флавиевна не выдержала и напрямую спросила своих незваных и невидимых гостей: «Кто вы? Что от нас хотите?»

С этого дня наладилась регулярная переписка между хозяйкой квартиры и ее невидимыми постояльцами. Людмила Флавиевна стала чуть ли не каждый день обнаруживать записки, написанные печатными буквами. Во-первых, ей сказали, что пришельцев много. Потом уточнили, что каждому из них нужны деньги. И предупредили, что записки, которые они пишут, следует обязательно сразу же уничтожать. Однажды женщина не послушалась, и бумага загорелась в ее руках.

Но Людмила Флавиевна не торопилась давать деньги. И тут произошло вовсе невероятное: хозяйка квартиры обнаружила в кармане халата записку от недавно умершего друга ее сына. Парень писал, что в квартире поселилась смерть и если хозяева хотят остаться живыми, то надо платить. В записке также говорилось о серии нераскрытых убийств в Жуковском. Все они были замаскированы под болезни, несчастные случаи и разобраться в их истинных причинах прокуратура и милиция не смогли. На этот раз хозяйка испугалась и стала оставлять деньги в местах, указанных злыми духами.

Каждый из духов требовал свою финансовую долю. Некоторым нужны были 30 тысяч рублей, другим — 10 тысяч, а один покусился всего на 750 рублей. Получив деньги, духи оставляли хозяйку на некоторое время в покое. Если же денег не было, возмущенные сущности начинали портить вещи, рвать документы. Сначала Людмила Флавиевна отдавала свои наличные деньги, затем стала снимать их со сберегательной книжки, потом — занимать и перезанимать деньги у родственников. И вот еще одно коварство непрошеных постояльцев: все необычайные явления происходили тогда, когда в квартире не было посторонних. Приход гостей на время утихомиривал коллективный полтергейст…

Евгений Иванович лежал на кровати и смотрел на свою дочь, сидевшую с книжкой на кресле возле двери. Девочка поднялась с кресла, и… на ее месте неожиданно возникла молодая красивая женщина лет двадцати двух, с гладко зачесанными волосами, в черной футболке. Евгений Иванович был уверен, что перед ним не призрак, а реальный человек. Он привстал, собираясь подняться с кровати и подойти к женщине, но та прислонилась к стене и вдруг исчезла. Перед ним снова была дочь.

Это произошло 18 ноября, а через 3 дня в московской квартире на Студенческой улице, где жил Евгений Иванович с дочерью, поселился полтергейст. Вскоре по просьбе хозяина в квартиру прибыл представитель Научно-практического центра биолокации Николай Александров. В 11 часов они вошли в прихожую, а через 5 минут в пустой комнате рухнул на пол сервант, и почти сразу же стрелка лежавшего на столе компаса повернулась на 90 градусов.

Хозяин и гость провели в квартире более шести часов. Скучать им не пришлось! За это время разбилось окно в спальне; как сумасшедшая, стала раскачиваться лампочка в коридоре; пронзив дверцу и оконное стекло, из закрытого шкафа на улицу вылетела чашка и разбилась прямо у ног дворника. Из стенки в большой комнате вывалилась статуэтка и тоже разбилась. Пострадал и сам Александров: его термос сорвался со стола, пролетел почти 2 метра и разбился об пол недалеко от балконной двери.