Старшая жена. Любовь после измены (СИ) - Султан Лия - Страница 56

- Как Тамерлан? Вы его забрали?

- Он живет у мамы с папой. Его няню они оставили, чтобы ему было спокойнее. Но он спрашивает про маму и папу.

Рустам молча смотрел на сестру, не зная, что ответить. Столько раз он в мыслях просил у всех прощения, а сейчас слова застряли в горле.

- Рус, я знаю, что тебе нельзя волноваться, но не могу не спросить, - Самира достала из сумочки белую бутылочку, в которой был порошок. – Ты знаешь, что это?

- Нет, - покачал он головой. – В первый раз вижу. И что это?

- Это волшебный порошочек. Биологически-активная добавка для лечения эректальной дисфункции, - щеки сестренки заалели.

- Чего? – нахмурился Рустам.

- Так понятно. Я так и знала. Короче, этим БАДом потенцию повышают. Ну если есть проблемы.

- У меня их нет! Не было! – прохрипел старший брат. – Где ты это взяла?

- В твоем таунхаузе. В кухонном шкафчике над плитой, - губы Самиры превратились в тонкую нить. – Все приправки с этикетками, а банка с травами и вот это - нет. Твоя токал хорошо тебя кормила?

Рустам молчал, но мыслительный процесс был запущен. Его лицо исказила гримаса боли и гнева. И Самира поняла, что попала в точку.

- И что это значит? – спросил он.

- Я не думаю, что она знала, что именно тебе добавляет. И допускаю, что она была уверена, что это приворотное зелье.

- ЧТО? Какой бред! – Рустам потер ладонями лицо. – Какой приворот?

- Обычный. Влюбленные бабы делают такие, чтобы удержать мужчин. Но если ты не веришь в приворот, вот тебе другая версия: она добавляла тебе эти травы в еду и твой организм мгновенно на нее реагировал. И в подсознании у тебя выстроилась картинка: прихожу к любовнице, а у нее вкусная еда и крышесносный…- Самира вновь замялась, - в общем, вы же не крестиком вышивали. Отсюда – привыкание к ней, как женщине, ощущение, что ты ого-го какой мужик и так далее.

- Думаешь, она меня травила?

- Думаю, она просто дура, которая верила, что это какое-то приворотное зелье, чтобы тебя удержать, поэтому активно тебя им кормила. Ну и перестаралась.

И Самира рассказала ему обо всем: о словах ясновидящей, о том, что отправили травы и порошок на анализ, о веществе, которое нашли в лаборатории и о консультации с кардиохирургом. Рустам слушал внимательно, но в какой-то момент заскрипел зубами, сжал кулаки и ударил ими по матрасу.

- Прости, дорогой, - Самира накрыла ладонью его кулак. - Тебе нельзя волноваться. Но мне надо было знать, что случилось.

- Я сам все это начал, Сами. Запал на нее в первую встречу, когда Айлин была в Испании. Сам потащил в гостиницу. Я даже не подумал тогда, почему она так быстро согласилась. Это потом она мне призналась, что влюбилась в меня с первого взгляда, когда я только пришел в бутик, где она работала. Я не смог остановиться, даже, когда девочки приехали. Потом хотел расстаться, но понял, что люблю ее и не смогу без нее. Не знаю…полюбил, наверное, ее молодость, тело, то, как она на меня смотрела.

- Понятно, - громко вздохнула младшая сестра. – Значит, ты все сделал сам…

***

Мы сидим с Самирой на моей кухне, и я все еще не могу отойти от ее последних слов. Нет, я и до этого знала, что Рустам любит свою токал, но отчего-то на душе так паршиво. Видимо, все еще не затянулись раны и нет-нет, да кровоточат. Он не обманывал, когда говорил, что любит нас обеих. Он действительно в это верил. А теперь ни одной любви рядом с ним не осталось.

- Я не могу понять, зачем она добавляла ему это в еду, если у него все работало? Она мне сама говорила, что и как он любит!

Я все еще не могла до кона понять логику Томирис, которая в красках расписывала мне какой Рустам голодной и страстный любовник.

- Мне тоже стало интересно, тем более бабка-ясновидящая не сказала, что это какие-то лечебные травы. Она четко заявила: приворот, из-за которого брат держится за эту женщину, не может ее бросить и верит, что сильно любит. Когда я с ним поговорила, то поняла, что все совпадает. В этой головоломке не хватало только одного пазла – Томирис. И я пошла к ней.

- Что ты сделала? – недоуменно воскликнула я.

- Пошла к ней. Она лежит в другом отделении. Айлин, ты бы ее видела! Жуткое зрелище.

- Так все плохо? Она же очень красивая женщина. И под «очень» я подразумеваю «безумно».

- Ну вот и лежит теперь эта красавица вся в гематомах, порезах, гипсе на руке, и в повязке на пол-лица. Осколок попал в лицо и у нее теперь глубокий порез на щеке. Это ужасно. Родители оплатили ей отдельную палату, отправили юриста, чтобы утрясти все с реабилитацией и операцией в косметологической клинике. Но это будет позже. Только условие поставили: чтобы она подписала документ, в котором отказывается от претензий к Рустаму. Он же был за рулем. Мало ли, что бы она потом придумала.

- Она что-нибудь сказала?

- Она сначала не поняла, кто я. Пришлось представиться. Она на меня посмотрела со злостью и такая: «Я все подписала». А я ей говорю: «Дорогая, я не за этим пришла». И поставила на тумбочку белую банку. Она тут же в лице поменялась. Страшно испугалась. Я не дала ей опомниться и в лоб спросила, неужели она думала, что приворот на моего брата сойдет ей с рук? Ну и пригрозила, что посажу. У этой дуры сдали нервы: она рыдала и клялась, что думала, там просто травы для приворота. Оказывается, когда она их в еду добавляла, еще какую-то херню под нос бубнила. Она боялась, что Рустам ее бросит, и поэтому подсыпала ему все это. Хотела, чтобы он безумно ее полюбил и бросил тебя. Она даже меня не с первого раза поняла, когда я сказала, что своими приворотами она посадила ему сердце, и инфаркт – это последствия.

- А как же ее прежний любовник? Он же тоже умер от инфаркта.

-Здесь уже ничего не знаю, - Самира развела руки в сторону. - Она так плакала, что меня выгнали из палаты.

Такое впечатление, что я попала в «женский сериал по субботам» на России 1. Муж, вторая жена, приворот, который вовсе не приворот, внебрачный ребенок, старый любовник. Подумать только, полгода назад я жила в счастливом неведении и думала, что у меня идеальный муж и крепкая семья. Но все разрушилось, как карточный домик И собственный дом оказался из песка.

Но я ошибалась, когда думада, что на этом потрясения закончились. Вечером того же дня мне позвонили с неизвестного номера.

- Да?

- Здравствуйте. Это Айлин Мустафина? - спросил приятный женский голос

- Балгабаева, - называю я девичью фамилию, которую вернула после развода. – Айлин Балгабаева.

- Ваш муж Рустам Мустафин?

- Бывший муж.

- Ох! Да, точно, - растерялась собеседница.

- Простите, а вы кто?

- Меня зовут Жанель Мансурова, - представилась она, а у меня внутри все похолодело, когда я поняла, кто это. – Я вдова Саида Мансурова. Я знаю, что вы пробивали его токалку.

- Я… - не нашлась с ответом.

- Я вас понимаю. И мне кажется, нам надо встретиться и поговорить. Я ведь, как и вы, тоже была когда-то старшей женой.

Глава 40

Айлин

Припарковалась у ресторана, где мы договорились встретиться с Жанель Мансуровой – той самой вдовой первого покровителя Томирис. Не могу унять дрожь и смятение перед разговором с женщиной, которую увижу впервые, но которую понимаю, как никто другой. Набрав воздуха в легкие, выхожу из машины и раскрываю зонт. Снова льет как из ведра, на пороге уже ноябрь.

Зайдя в ресторан, сразу же натыкаюсь на хостес и называю имя Жанель, которая заказала столик на свое имя. Приятная девушка провожает меня в ВИП-кабинку, что меня, конечно, удивляет. Она открывает мне дверь, и я вижу женщину, сидящую за столом и что-то бурно обсуждающую по телефону. Как только она видит меня, то бросает в трубку «перезвоню» и сразу же встает.

- Айлин, здравствуйте. Я Жанель, - она протягивает мне руку, и я не могу отметить, как эта женщина хороша собой. У нее очень мягкая, нежная кожа рук, красивый, дорогой маникюр и золотой браслет «Картье» на запястье. В ней все идеально: укладка, макияж, платье с длинными рукавами. Не могу понять, сколько ей на самом деле лет – может, чуть больше сорока?