Развод под 50. От печали до радости (СИ) - Султан Лия - Страница 33

Воспоминание резко оборвалось, когда в ледяных глазах Дулатова заблестели такие редкие слезы, но он вытер их прежде, чем они покатились по щекам. О том эпизоде бизнесмен давно не вспоминал. Как и о том, что в тот момент он сотрудничал с силовиками, которые уже давно “вели” ту организованную преступную группировку. А Марьям так и не узнала, что он тогда поехал на реальную “стрелку”, с которой мог и не вернуться.

Но он сдержал свое слово, и вскоре жизнь наладилась, а бизнес стремительно пошел в гору. Ансар подарил Марьям весь мир и продолжал любить не только до ее последнего вздоха, но и много лет после.

Менялись женские лица, тела, ароматы, но в сердце властвовала только она. А теперь в нем что-то случилось, и оно забилось с новой силой. На пороге стояло новое чувство, переминалось с ноги на ногу, боялось постучать, чтобы не беспокоить хозяина. А он слышал эти тихие шаги и думал: “Могу ли я снова полюбить? Имею ли я на это право?”

Теплый ветерок пролетел над могилой Марьям и невзначай задел Дулатова, оставив на его щеке короткий, прощальный поцелуй. Щемящее чувство ностальгии не покидало Ансара, но поборов себя, он бросил последний взгляд на надгробие, тихо сказал: “Спи спокойно, родная” и направился к выходу.

Глава 32. Вишневое варенье

Мира

-Мирунь! Мирунь! - забежав на летнюю кухню, Белла светилась как гирлянда и обмахивала себя ладонями. Они обе сегодня встали ни свет, ни заря, приехали на дачу, собрали вишню и начали варить варенье. Несколько банок отправятся Карине в Прагу, другие - детям Миры и родителям Беллы, кому и принадлежит шикарная дача в массиве “Широкая щель”, что расположен высоко в горах.

-Что? Что? - убрав набежавшую пенку, засмеялась Меруерт.

-Жорик приехал! С мясом! - улыбка до ушей очень шла Белле, а романтическая эйфория делала ее на лет десять, а то и больше моложе.

-С замаринованным хоть? - усмехнулась Мира, вытирая руки о кухонное полотенце.

-Обижаешь, Мирунь, - Белла подбежала к подруге, обняла ее сзади за талию и положила голову на плечо.

-Чего тебе?

-Мирунь, подруга дней моих суровых…

-Голубка дряхлая моя, - закончила Мира.

-Я такого не говорила. Но ты же сама здесь справишься, да?

-А что? - повернув голову к подруге, подмигнула Меруерт.

-Я Жорику хочу показать дачу, огород, сад, дом. В общем, все свои владения.

-Прям все? - прыснула Мира.

-А чего мелочиться? - рассмеялась госпожа Бакунц. - Если есть чё показать.

-Ладно, - театрально вздохнув, отпустила Меруерт. - Иди. Я тут сама все сделаю.

-Уааай, мама! - Белла схватила подружку за щеки и расцеловала ее. - Спасибо, дарагая! Мира-джан, Родина тебя не забудет!

-Не за что. Только, Белл, рассказать тебе, во сколько нынче обходятся дети? - пошутила Мира.

-Дурная, - махнула рукой гинеколог. - Какие дети! Все, я убежала.

-Подожди, - Мира положила ложку, которой снимала пенку, на тарелку. - Поздороваюсь хоть с твоим Жориком.

Меруерт лишь один раз видела Георгия Васильевича, когда он однажды приехал за Беллой в кафе, где они отмечали День Медика с коллективом. Уже тогда она поняла, что господин Хутиди настроен решительно по отношению к госпоже Бакунц, а уж как смотрел на нее - не передать словами. И рядом с ним Белла была ну совсем девочкой, которую нужно оберегать, холить и лелеять, как нежный цветок.

-Жорик, таможня даёт добро! - счастливая Белла выбежала навстречу своему Георгию, а Мира вышла следом.

-Здравствуйте, Мира, - поздоровался он и обнял свою женщину за плечи.

Меруерт отметила, что они красиво смотрятся вместе. Хутиди был высоким, крепким и широкоплечим мужчиной пятидесяти лет. Волосы - густые и черные, но на висках уже проступала седина. Большие глаза Георгия казались добрыми, а ладони даже издалека мощными. Впрочем, подумала Мира, у человека такой комплекции не может по-другому. С виду он казался грозным, но в душе, судя по рассказам Беллы, был тем еще романтиком. Как правильно заметила однажды Меруерт: “Жорик надышаться не может на мадам Бакунц” и это было чистейшей правдой. Его волосатая рука лежала на ее плече. Она же стояла, прижавшись к мужчине и поглаживая его кисть с длинными пальцами.

-Здравствуйте, Георгий, - поприветствовала его Меруерт.

-Украду у вас Беллочку?

-Конечно, - улыбнулась Мира. - Она вся ваша.

Встретившись взглядами, подруги обменялись молчаливыми колкостями и только им понятными шутками.

-Пойдем, Жорик, - взяв инициативу в свои руки, Белла потянула его в сторону огорода. - Я покажу тебе кусты.

Заметив красноречивый взгляд Миры, она покраснела и добавила:

-Малины в смысле.

-Показывай, - громко посмеялся он и последовал за хозяйкой.

На ухоженной и продуманной до мелочей территории находился дом, баня, огород, сад и отдельная летняя кухня. В саду, среди яблонь и груш стоял деревянный стол, за которым завтракали, обедали и ужинали, когда приезжали сюда с ночёвкой. Последние дни в Алматы выдались жаркими. На смену дождливым будням пришел настоящий июльский зной, от которого на даче можно было скрыться только в прохладном доме, где после экскурсии по владениям семейства Бакунц и спрятались Белла с Василичем. И их не было не видно-не слышно уже больше часа.

Мира не раз бывала на этой даче и все здесь для нее было привычным и родным, поэтому она чувствовала себя, как дома и знала, что-где лежит. В этот знойный день на ней помимо платья были фартук с косынкой, поэтому белый настольный вентилятор, работающий правда не на полную мощность,хоть как-то ее спасал. Ягодный аромат витал в воздухе, а от огня становилось еще жарче. На лбу и шее Меруерт выступили крошечные капельки пота, а одна даже скатилась вниз, уходя в ложбинку между грудей.

-Хозяева! Есть кто живой? - со стороны ворот послышался знакомый голос, и Меруерт чуть не уронила ложку в таз. - Мира?

Женщина быстро выключила газ, подбежала к раковине, сполоснула руки холодной водой и не успев их протереть вышла из кухни. По плитке участка уверенно шагал мужчина, от которого ее мгновенно бросило в жар. Ансар Идрисович Дулатов в белых брюках, кремовой футболке-поло, светлых туфлях и темных солнцезащитных очках словно сошел со страниц дорогого глянцевого журнала. Мира же выскочила во двор в голубой косынке с ромашками, в фартуке поверх льняного бежевого сарафана и в удобных коричневых шлепках.

-Ансар? Ты откуда? - спросила она и пошла к нему навстречу.

-С работы, - он снял очки, сложил их и убрал в карман.

-Как ты узнал, куда ехать? Неужели с Беллой говорил? - оказавшись в шаге от него, она улыбнулась и призналась самой себе, как он ее волнует.

-Прости, что без предупреждения, но я очень хотел тебя увидеть , - не ответив на вопрос, Ансар обнял Миру за талию. - Соскучился.