Развод под 50. От печали до радости (СИ) - Султан Лия - Страница 19

-Поехали, - сказал Дулатов и, достав из кармана мобильный набрал генерального директора автоцентра. - Нариман, приветствую. У меня просьба к тебе. Пусть кто-то из твоих ребят подъедет в клинику “Гиппократ” и заберет с парковки белый Фольксваген Поло. Серик привезет ключи. Там, скорее всего, полетел стартер. Но это не точно. Поставь на ТО к себе вне очереди, и скажи ребятам, что это лично мое распоряжение. Пусть сделают полную диагностику. Если надо что-то еще менять, пусть делают.

-Принял, Ансар Идрисович, - ответил Нариман, которого сам Дулатов заприметил, когда тот еще работал в одном из его салонов начальником отдела.

-И поручи еще, чтоб хозяйке позвонили, а то она переживает.

-Не вопрос. А хозяйка у нас кто?

-Педиатр моей внучки, - ответил Дулатов, посмотрел в окно и увидел в отражении ее растерянное, но вместе с тем прекрасное лицо.

Глава 20. А.Д.

Мира

Мира открыла настежь окно в кабинете, впуская прохладный летний воздух. Последние два дня были дождливыми, а сегодня на улице такая благодать, что хотелось гулять и лопать мороженное, как в детстве. Но работу никто не отменял. С утра пациенты шли один за другим, благодаря чему она смогла забыться и не думать о том, как там ее крошка “Поло”. Позавчера звонили из автоцентра и сказали, что поставили ее на ремонт. Дело действительно в стартере. Она сидела на иголках и все ждала, когда же сможет забрать ее.

В эти дни Мира вспоминала Ансара. Мысли о нем возникли из ниоткуда, но задерживались в голове, пока она занималась домашней рутинной. Например, вчера, она подошла к окну с кружкой горячего чая, посмотрела вниз и ей показалось, что у бордюра стоит черный Лексус, похожий на танк. Сознание тут же нарисовало портрет его хозяина - голубоглазого мужчины с аккуратно подстриженной бородой и привлекательным лицом. А уж об энергетике говорить нечего - она такая мощная, мужская, особая. Усмехнувшись своим странным мыслям, Мира сделала глоток сладкого чая и прикрыла глаза от удовольствия.

Долгожданный звонок из центра застал ее во время осмотра маленького пациента. Мира быстро ответила и спросила, когда может забрать машину. Но мужчина ответил, что сам подгонит ее, когда будет удобно. Мира сначала опешила, а затем попросила привезти машину в обеденный перерыв - с часу до двух. Сотрудник салона, которому поручили доставить Фольксваген хозяйке, не подвел и ближе к двум позвонил Мире и предупредил, что на месте.

Выйдя на крыльцо клиники, Мира обвела взглядом парковку и увидела, наконец, свою красавицу. Вот только трудно было поверить, что это действительно ее машина. Белоснежная, кристально чистая, отполированная - аж в глазах зарябило. Если бы не родной номер, Меруерт бы прошла мимо.

-Здравствуйте! - подойдя к Фольксвагену, Мира протянула руку парню, который звонил ей пять минут назад. - Меруерт.

-Здравствуйте. Эльмурат. Я от Наримана Абдуллаевича.

-От кого простите?

-А, ой, извините. Его центр занимался вашей машиной. Вам поставили новый стартер, аккумулятор, заменили масло и фильтры. В салоне может еще немного держаться запах шампуня после химчистки. Так-то не пугайтесь.

-Химчистки? - удивленно переспросила Мира и приложила ладонь ко лбу. - Простите, но я…Господи, это все, наверное, очень дорого? С кем поговорить по поводу оплаты?

-Какой оплаты, тате? У меня нет никаких распоряжений. Извините, пожалуйста, мне надо в центр вернуться. Вот ключи, - парень протянул ключи и Меруерт забрала их и нажала на пульт.

Сев в салон, она едва не задохнулась от восторга. Машина была как будто новая, а внутри пахло не шампунем, а цветами. Мира обернулась и только сейчас увидела на заднем сиденье шикарный букет сиренево-кремовых роз, перевязанных лиловой лентой.

-Молодой человек! Подождите! - Мира выбежала из автомобиля и окликнула парня. - Вы забыли цветы!

Он обернулся, странно усмехнулся и ответил:

-Это вам. До свидания.

-Как мне? - растерялась Мира, но ее уже никто не слышал.

Вернувшись в салон, она взяла букет в руки, вдохнула потрясающий аромат крупных, красивых бутонов и внезапно нащупала карточку, прикрепленную к ленте. Аккуратно оторвав открытку, она поднесла ее к ближе и прочитала послание:

“Поужинайте со мной завтра в 19.00. А.Д.”

Несколько секунд Мира пялилась на карточку, снова и снова собирая расплывшиеся буквы в слова. Приглашение на ужин от дедушки пациентки - это как? Зачем? Почему? Это свидание или просто дружеский ужин? Столько мыслей роем кружили в голове женщины, которая в последний раз ходила ужинать с малознакомым парнем на первом курсе университета. И то, как ужинать? Двадцать восемь лет назад Бахытжан предложил погулять после пар и купил ей чебурек с колой в жестяной банке. Пища богов! После развода она ни с кем не встречалась, хотя новый гастроэнтеролог однажды предложил сходить на обед в кофейню рядом с клиникой, но она отказалась. Не хотелось и не тянуло.

И тут приглашение Ансара - как гром среди ясного неба. Мира перевернула открытку, но на обратной стороне не было ни адреса ресторана, ни номера телефона того самого А.Д.

“Какая самоуверенность”, - ухмыльнулась Меруерт, и аккуратно перехватив букет, вышла из машины и направилась в больницу. А там сходу, как пчелки на мед, налетели девочки из регистратуры и медсестры.

-Меруерт Асхатовна, какие цветы!

-Красота какая! А как пахнут! Вот вы вошли и тут же такой аромат классный пошел!

-Меруерт Асхатовна, а это ваш поклонник?

-От пациентов благодарность, девочки, - на ходу придумала Мира, прижимая груди охапку шикарных роз. - А у вас вазы не найдется, а то моя недавно разбилась?

-Да, конечно. Я принесу вам из подсобки, - пообещала одна из девушек.

-Спасибо, Бота, - Мира благодарно улыбнулась и пошла к лестнице.

Кабинет Меруерт находился на втором этаже. Дальше по коридору принимала ее лучшая подруга Белла и возле ее кабинета все еще сидели две женщины. А вот у Миры было окошко - основной поток всегда приходится на утро, потому что мамочки приводят деток пораньше из-за садика, школы или работы. Через пять минут на пороге кабинета появилась менеджер Ботагоз с большой вазой в руках. Она даже предусмотрительно набрала воды.

-Рахмет, Ботик, - благодарно улыбнулась Мира. К приходу девушки цветы лежали на ее столе, и она уже успела осторожно снять с них крупную лиловую ленту.

-Не за что, Меруерт Асхатовна. Цветочки - огонь! - восхитилась она, выходя из кабинета.

Мира осторожно, чтоб не уколоться, опустила розы в воду - одну за другой, и так все тридцать пять штук. Они еле влезли, но зато смотрелись невероятно красиво в ее светлом, уютном кабинете с белой офисной мебелью и расписной стеной, вдоль которой стоял детский столик с игрушками, которыми она отвлекала маленьких пациентов.

Через полчаса в дверь три раза постучали, а потом без объявления в комнату ворвалась Белла Борисовна Бакунц.

-Весь первый этаж жужжит, что у тебя здесь…Ох, мама дарагая! - не договорив, подруга прижала руки к груди. - Не соврали! Это что за шик-шак-шок? Скажу Жорику, чтоб мне тоже такие подарил!

Жорик, или Георгий Васильевич - любимый мужчина госпожи Бакунц, с которым ее свела сама судьба, когда она уже собиралась “помирать” от пульпита. Личная жизнь Беллы Борисовны лихо закрутилась весной этого года, после того как она пролечила зубы в частной клинике “Сократ”. Там ее заприметил владелец и по совместительству стоматолог-хирург Георгий Хутиди, а для нее теперь просто Жорик или Зевс. Он был потомком греков, депортированных в Казахстан в годы Великой Отечественной войны, и очень весомым человеком в местной диаспоре. Большой, солидный и рукастый мужчина с греческим профилем не устоял перед пышногрудой красавицей с ярко-выраженным армянским профилем и идеальным чувством юмора. Сначала господин Хутиди столкнулся с ней совершенно случайно в своей же клинике, потом не взял денег за лечение пульпита и пары пломб, а затем зашлифовал красивые жесты ужином в ресторане. Разведенный Зевс мигом записал Беллу не в Геры, а в Афродиты (прости, Господи), начал активно за ней ухаживать и в июне свозил на Кипр, где живут его родственники, эмигрировавшие из Казахстана в конце 90-х. Вернулась Белла безумно влюбленная, загорелая, с волшебным блеском в глазах от регулярных ласк Жорика, про которого она теперь поет: “О Боже, какой мужчина. Я хочу от него сына”.