Падай, я ловлю (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 26

Вообще, Денис довольно милый. Черты лица немного женственные, но вкупе с низким ростом и субтильным телосложением, смотрятся вполне гармонично. К тому же, раньше он был самым легким из всех моих знакомых на подъем и с бесчисленным запасом идей, как весело и бюджетно провести время. Неплохой парень, по сути. И понять его можно попытаться. Но я не буду.

– Ну! – внезапно после минутного молчания басит Туманов.

– Я приехал с продуктами, а она мертвая! – выпаливает Денис и зажмуривается. – Ей уже все равно, а мне проблемы не нужны! И она холодная уже была, а лужа под ней начала засыхать… я не видел, кто это сделал! Не видел!

– Мужик где? – продолжает допрос Родион.

– Какой мужик? – обалдело бормочет Денис. – Не было никого мужика, только она.

Смотрит еще так, что не поверить сложно, но Туманов решает проверить.

– Поиграть захотелось? – хмыкает и напирает на него грудью. – Давай поиграем, принцесса.

Делает Денису подсечку и тот плашмя падает навзничь, постанывая от боли. Звука хоть и было предостаточно, расшибиться, падая с высоты своего роста он не мог, так что я лишь закатила глаза, Зотов шумно зевнул, а Родион наклонился и схватил парня за лодыжку.

– Что? – бормочет Денис, нервно дергая ногой. – Куда? Зачем?

Туманов молча тащит его по полу, собирая ковровую дорожку гармошкой. Когда проходит в одну из комнат, голова Дениски шмякается с горки ковролина на ламинат и тот затихает, смирившись с судьбой и перестав предпринимать свои жалкие попытки высвободиться. Но возле окна, которое широко распахивает Туманов, вновь оживает.

– Что вы делаете? Зачем?! Я не виноват! Я просто не хотел проблем! Клянусь!

– Как знать, – Родион флегматично пожимает плечами и дергает рукой вверх, поднимая Дениса в воздух, но сердце замирает у меня.

– Обожаю, когда он такой, – с наслаждением шепчет Зотов.

– Мужик, – напоминает Туманов Денису. – Раз.

– Да не видел я никакого мужика! – верещит парень.

– Два.

– Да клянусь! Зашел, она одна, даже тачки во дворе нет!

– Три, – хватает Дениса еще и за руку, скручивая в бараний рог и подвешивая в таком состоянии над подоконником, слегка раскачивая.

«А ведь мы почти одной комплекции», – успеваю подумать с тоской, прежде чем Денис своим поросячьим визгом не выбивает из головы все мысли, кроме одной – закрыть уши.

– Пиздец, – с отвращением бросает Зотов, также, как и я, приглушив сирену ладонями.

Родион же с невозмутимым видом и крайне бережливо опускает парня на пол и закрывает окно.

– Похоже, он не в курсе, – равнодушно сообщает нам результат своих умозаключений под всхлипы Дениски.

– Все равно гандон, – бурчу себе под нос и первой выхожу из квартиры.

Возле машины Туманова вижу угрюмого Даню и намерено сбавляю скорость до черепашьей, дожидаясь остальных.

– Привет, – здороваюсь тихо и опускаю взгляд.

– Привет, солнышко мое, – ласково приветствует Даня, наплевав на присутствие Туманова. Или в попытке что-то кому-то доказать, не знаю. – Что там?

– Да глухо, – отвечает Зотов недовольно.

– Это тот хер, на даче которого пряталась Кристина? – предполагает Даня. – До Сергеича так и не дозвонился. Его ищем?

– Безрезультатно, – паясничает Зотов, разводя руки в стороны и кланяясь.

– Не знаю, как вы, лично я начну с того места, где он точно был, – пожимает плечами Даня и, слабо улыбнувшись мне, идет к своей машине.

– На удивление здравая мысль, – сквозь зубы цедит Туманов. – Пристегнись, – бросает мне, едва я сажусь в машину.

Хоть и предчувствую грядущую гонку, а все равно почти полчаса еду с закрытыми глазами, борясь с тошнотой, пока два вроде бы взрослых мужика играют в шашечки на пустынной трассе. Не выдерживаю, набираю Борисову по громкой и, чуть только он отвечает, грожу сразу обоим водителям:

– Если вы немедленно не перестанете, я выйду на ходу!

И оставшиеся сорок минут еду относительно спокойно, обняв себя за сводящий в неясном предчувствии живот.

Глава 28

– Ну и дыра, – брезгливо морщится Зотов, сунув руки в карманы явно недешевых брюк. – Прям как та, в которой я провел детство, – хмыкает неожиданно и шумно втягивает носом ароматы луга и компоста.

Зябко ежусь в своей футболке и шортиках и поддерживаю разговор на отвлеченную тему, краем глаза видя, как Родион возвращается к машине:

– Ты рос в деревне?

– До средней школы и каждое лето после. Лучшее время в моей жизни, – делится Зотов с ухмылкой. – Не ожидала? – интересуется самодовольно.

– Удивлена, что только до средней школы, – роняю, разглядывая ясное небо, усыпанное звездами. Красиво до невозможности, если абстрагироваться от цели нашего визита и вообще от реальности.

– Стерва, – прыскает Зотов беззлобно, а я задираю подбородок повыше, любуясь видом и пропускаю момент, когда подходит Родион и опускает на мои плечи мягкий тонкий плед.

– Спасибо, – бормочу, почему-то смущаясь.

– Начнем из дома, – Родион звякает связкой ключей, подбрасывая их на ладони.

Когда открываем калитку низкого заборчика колышками и подходим к дому, замечаю Даню, разглядывающего траву. Зотов свистом обращает на нас его внимание и кивком подзывает.

– Пошли, покажешь, где лежала.

– Тут, – кивает на пол в просторных сенях, больше напоминающих закрытую террасу. Окна во французском стиле поделены на секции и тянутся по двум стенам. Диван, два кресла, полукруглый обеденный стол, рукомойник. Крошечные подушечки, пледы, скатерть. Днем тут, должно быть, очень уютно и светло.

– Как? – открывает рот Туманов.

– Есть разница? – огрызается Даниил.

– Есть, – спокойно отвечает Родион и даже поясняет, хотя, думаю, больше для меня: – Можно прикинуть, как стоял убийца и что он в этот момент видел.

Даня с недовольным лицом приседает, а Зотов язвит:

– Не ссы, хозяин тут все вылизал, почище твоих яиц будет.

– Хочешь исправить ситуацию с моими яйцами? – в тон ему отвечает Даня. – Валяй, у меня так давно никого не было, что может даже понравиться.

Туманов тихо хмыкает, также как и я уловив главный посыл этой мерзкой перепалки, но диалог продолжает по делу:

– Где было пулевое отверстие?

Даня приставляет к своему лбу пистолетик из пальцев и имитирует выстрел, а я отворачиваюсь к окну, не желая смотреть этот спектакль. Пока Родион бродит по помещению, выискивая нужный ракурс, замечаю, что одной из нижних секций окна отсутствует стекло и начинаю движение в том направлении одновременно с ним.

– Здесь все такое ухоженное, сложно представить причину, по которой хозяева так пренебрежительно отнеслись бы к окну, – размышляю вслух.

– Как раз напротив, – замечает Родион. – Если там пулевое отверстие и ты хочешь скрыть этот факт – проще вынуть стекло, а уж после заморачиваться с новым. Но это второй выстрел и предназначался он кому-то другому. От первого след на ножке стола, прикрыт чистой скатертью. Прогуляемся.

По пути он достает из кармана фонарик, но включает лишь когда подходим к нужному окну с улицы. И только в тот момент я понимаю, почему: он ультрафиолетовый.

– Напрягаемся и ищем темные пятна, – говорит разом всем. – Это кровь.

Трава и листья причудливо отражают ультрафиолетовые лучи, я просто пялюсь на них, как завороженная, пока мужчина топчутся вокруг пятачка света, старательно вглядываясь.

– Он стоял примерно вот так, – позирует Зотов у окна, быстро потеряв интерес к траве. – Если попали не прямо в яблочко, на земле ничего не будет. К тому же этот деятель, что прибирался, мог окатить тут все водой из шланга.

– Верно, – кивает Родион и возвращается в дом, а через пару минут выходит и начинает исследовать уже редкие ели. – Кажется, что-то есть, – отпускает ветку, идет до самого забора, рассматривает его и удовлетворенно выключает фонарь. – Бинго.

– Итого мы узнали, что какой-то мудак палил в окно, – кривляется Даня.

– Нет, мы узнали, что мудак попал, – отражает Туманов самодовольно. – Я нашел пулю и на ней следы крови. Но вряд ли оставили одну, а забрали другого, так что наш детектив ушел сам. Вопрос – куда? И еще один. Если ты проезжал мимо и видел машину, а пока ставил свою, ее не стало, какого хуя не слышал два выстрела? Ночь, деревня, звук хорошо разносится и никакой глушитель не поможет.