Записки нечаянного богача (СИ) - Дмитриев Олег - Страница 30

Состоялся еще один, более обстоятельный, разговор с Надей. Я объяснил желание и уверенность в том, что мне нужно сменить на время локацию и окружение, чтобы не пополнить списки тех бедолаг, на которых свалилось неожиданное богатство. Удачно попалась подробная статья, где было несколько десятков таких примеров — один хуже другого. Кроме этого, намекнул, что поездку мне советовал очень важный человек, которому стоит верить безоговорочно, как папаше Мюллеру. И что персональный интерес ко мне некоторых специально обученных людей лучше переждать где-то вдали от столицы. Жена покричала и поплакала, конечно, потому что мы впервые планировали расстаться на такое долгое время. Потом поругалась и предположила, что я наверняка поеду по бабам. Логика, пытавшаяся убедить ее, что для этого нет никакого смысла лететь в Якутию, расплакалась и убежала. Дальше Надя еще немного порыдала, прочитав страховки и завещание, которые я ей оставлял. Там русским по белому было написано, что и как делится и кому сколько достается в случае, если я не вернусь живым из диких краев. Потом мы полночи мирились и успокаивали друг друга, и утро в очередной раз выиграло у вечера — за завтраком жена, рассеянно поглаживая полированную столешницу цвета тайн озерных глубин, сказала: «Ну, надо — так надо. Но если с тобой что-то там случится — я тебя убью!». Явственно раздался всхлип, переходящий в истерический вой — это логика, подуспокоившись и решив вернуться, напоролась на Надин тезис и убежала обратно. В лес, наверное.

Маму я предупредил, что улетаю в командировку на месяц, где не будет связи. Напомнил, что за статусом страховки на машину поручил следить в мое отсутствие, поэтому все остается в силе.

Дальше совершил действие, от которого меня всячески отговаривал Серега. Перевел друзьям по три миллиона, предварительно отбив сообщения о том, что выиграл в лотерею, но сейчас вынужден уехать на месячишко, а как вернусь — все расскажу. Попросил в случае чего помочь Наде и детям. Лорд уверял, что поступок этот эмоциональный и смысла в нем нет. Что этим я могу и обидеть друзей, и родить лишние вопросы, и создать угрозу семье. Я выслушал, кивнул в трубку, как будто он мог меня видеть, и сказал, что сделаю, как решил.

У меня всего три старых друга. Но тут все по классике, по Ремарку, Хемингуэю, Крапивину и прочим, кто понимал толк в настоящей дружбе. Ну, или чьи представления о ней стали и моими тоже. В друзьях я был уверен, пожалуй, больше, чем в себе самом. Это те, кто в случае «нужна помощь» появляются рядом всегда, причем быстро. Нас связывало детство, юность, куча общих тем и шуток, включая те, о которых не стоит говорить вслух и даже вспоминать. Ничего особенно криминального, но дети 90-х — это дети 90-х. Я не представлял, что мог поступить как-то по-другому. И предсказуемо каждый из них перезванивал мгновенно после отправки денег и встревоженно уточнял, что произошло и чем надо помочь. Я просто повторял легенду, отправленную в мессенджере: вернусь — встретимся, потрещим. Но завтра меня в столице уже не будет, так что срываться никуда не надо, все в порядке. Приглядите за Надькой и детьми, если что.

Потом я обдумывал этот поступок и сам признал его полностью идиотским. Поверить в сказочку про лотерею и тягу к путешествиям для раскрытия новых чакр могут, наверное, идеалисты типа меня, или еще какие-нибудь деятели на высочайшей ступени астрального развития. Реалисты подумали бы все, что угодно, кроме этой мутотени с лотереей. Да я и сам через некоторое время и после некоторых произошедших событий скорее предположил бы, что-то типа «Дима где-то поднял бабла, и явно незаконно, поэтому сваливает в туман. Что не смог пристроить — прислал мне и наказал беречь его семью. Значит, им что-то угрожает. Значит, точно блудняк какой-то с этими деньгами». Вырос, наверное. Или поумнел внезапно. В общем, «детства чистые глазенки / покатились по щебенке».

Серега приехал вечером в четверг. У меня уже была проведена работа над ошибками, поэтому дрова имелись, даже с запасом. Еще нашлась такая хитрая штука на сварной станине и системе подвесов на цепях — костровая чаша. Ну, на упаковке так было написано. Ее я нашел в цокольном этаже, где помимо чаши обнаружились сауна, небольшой, но уютный спортзал, винный погреб и всякие технические помещения, снабженные заламинированными инструкциями. Очень удобно. Чаша же была таким здоровенным казаном, который вешался на станину, а огонь можно было разводить хоть под ним, хоть в нем самом. Сегодня я к приезду Ланевского нажег углей внутри этого «дедушки всех воков мира» и сейчас неспешно переворачивал шампуры на решетке. От края до края там было больше метра, таких шампуров я не нашел, а вот решетка с ячейкой шириной сантиметра 3-4 шла в комплекте с чашей. В общем, когда гость вошел на задний двор, первая партия была готова. Вся семья и наш банкир расселись за столом в ожидании мяса. Овощи и лаваш уже стояли на местах, в окружении напитков.

- А вот и мы! А ну-ка, под горячее! - скомандовал я, но поздно. Народ за столом собрался неглупый и чуткий: лорд обеспечил Надю и Антона сухим вином, Аню — яблочным соком, ну а нас — ей, родимой.

- Так, на правах гостя прошу право первого тоста! - сказал он, помогая мне снимать мясо в миску на подложенный лаваш.

- По праву хозяина — предоставляю, - важно ответил я ему прямо в ухо — мы столпились над столом голова к голове, больше мешая, чем помогая друг другу.

- Итак, семья Волковых! - начал Ланевский, а я отметил, что сегодня Антона это ничуть не задело, он зажал в одной руке вилку, в другой — бокал с белым сухим, и слушал Сергея Павловича, как слушали покойника-Джобса на презентациях его гаджетов. - Я очень рад сегодня быть с вами. Дима, Надя, спасибо, что пригласили. Вы знаете, я долго работаю и живу в мире денег и Больших денег. Так вот там очень мало места для человека, его чувств и эмоций. Там математика: статистика, математический анализ, линейная алгебра и другие штуки, от которых Диму клонит в сон. Вы можете верить, можете не верить, но я вправду рад, что у меня появился клиент, которого я с радостью и гордостью считаю другом. Поэтому первый тост сегодня — за то, что бывают исключения из правил. Бутерброд падает маслом вверх. Случается не только то, чего всегда ждал Эдвард Мерфи. Дима, за тебя! Ты — исключение из всех правил, которые я знаю!

Мы посидели широким составом еще часик примерно. Мясо улетало, не успев упасть в миску с шампура. Овощей Надя подреза́ла еще пару раз. Дети вели себя ангельски. Внутренний скептик кривил рожу, ежесекундно ожидая подлянки от Вселенной, но молчал. Потом жена забрала детей домой — ложилась роса, стало прохладнее. Мы с Серегой остались у стола вдвоем, справа от меня в чаше тлели угли, изредка пощелкивая. За забором стоял лес, темнея с каждой минутой.

- Дим, у тебя полтора ярда, - ровно сказал Ланевский аккурат в то время, когда его лицо осветил уголек сигареты, которой он как раз затянулся. Я автоматически кивнул в ответ. А потом уставился на него, словно на нем одновременно высыпали узоры и стали расти цветы.

- Развей тему, - я даже голос свой не узнал — прозвучало так, как будто я отсидел голосовые связки.

- Информация от «Главбуха» отработала, на счетах под моим управлением и на твоих личных сейчас в сумме чуть больше полутора миллиардов рублей, - лорд ответил еще ровнее, чем начал.

- Прогнозы? - я вспомнил анекдот про «приборы» и «двести», потому что логично и здраво оценить ситуацию был явно не готов.

- Полагаю, в течение месяца приблизимся к трем. Это нижняя граница по прогнозам, - видимо, говорить скучным и равнодушным тоном становится привычкой не только у меня, но и у всех, кто меня окружает.

- Риски? — было сильное опасение, что если попробую построить фразу больше, чем из одного слова — остальные, все до единого, окажутся матерными.

- Не выше стандарта. Очень ровные прогнозы. Я такого в личной практике не встречал никогда, но про подобные случаи нам рассказывали. В контексте формирования новых элит. Когда на некоторые факторы реагирует только определенный круг участников, и рубит на этом самый максимум. Мы, Дима, удачно прислонились к схемам астрономического масштаба, и во мне бьются страх и восторг, - он крайне удачно описал мое состояния.