Записки нечаянного богача (СИ) - Дмитриев Олег - Страница 28

- Другие за такое бы жизнь отдали, - с непонятным посылом проговорил Петров, - а Вам и вспомнить нечего?

- Если Вы объясните, чем и как именно я могу быть полезен Вашему ведомству и Родине, - а я именно так и сказал, с большой буквы, - то разговор будет более конструктивным.

- Если коротко, то известный Вам Второв М.А. неоднократно замечен в сношениях и контактах с представителями иностранных государств. С вероятным противником, - весомо уточнил он. - А что Вы так выжидательно смотрите?

Что ж за неделя такая — то Головин тиранит, то агент по недвижимости, то контрразведка…

- Да я на визитке Вашей не разглядел ни факела, ни глобуса. И вопроса не услышал ровным счетом ни одного. Вот и жду сижу, - так, тут надо поспокойнее. Я с разведчиками общался нечасто, кто их знает, как надо правильно. Но я хотя бы точно не вру.

- Я прошу Вас сообщать обо всем, что касается возможной угрозы интересам и территориальной целостности Российской Федерации, со стороны господина Второва - внезапно выдал Петров. Я, исключительно поскольку держал лицо почти что обеими руками, выдержал невозмутимую паузу и ответил:

- Обещаю при первой возможности сообщать Вам лично по полученному номеру о выявленных мной фактах угрозы интересам и территориальной целостности Родины.

Полковник прямо расцвел. Пожал мне руку и потом благостно махнул ей же, давая добро на «покинуть автомобиль». Чем я не преминул воспользоваться сразу же. Майоры кинулись на борт не прощаясь, и баварский катер с органами отчалил.

Проводив их взглядом, далеким от дружелюбного, я закурил. Как там в анекдоте про дедушку Ленина? «А мог бы и полоснуть!». Странно, но за последние пару дней моя, и без того не самая здоровая, подозрительность стала бурно расти и колоситься. Наверное потому, что появилось, что терять. Странная мысль, я решил додумать ее до конца. Есть такая техника: «а зачем?». Ну, у нее ещё есть матерное название, но речь не о нём. Смысл в том, чтобы в поисках ответа на какой-то вопрос постоянно спрашивать у себя: «А зачем?». Например, «хочу денег».

- А зачем?

- Большой дом куплю и путешествовать поеду.

- А зачем?

- Новые места посмотрю.

- А зачем?

- Ну, прикольно, интересно там, наверное.

- А зачем?

- А мне не нравится, как я сейчас живу.

Бинго, поздравляю, Вы дошли до финиша. Работайте с результатом. Единственный минус техники – сперва регулярно хочется на однообразный вопрос отвечать нецензурно, мол «да задрал ты одно и то же спрашивать! За «надом»!». Но если приучиться – помогает, полезная штука, хоть и медленная, не вполне отвечающая духу нашей нервной и суетной эпохи.

Подумав, я решил, что мне сильно не хватает вводных. И где их взять – ума не приложу. Набрать Михаилу Ивановичу с вопросом: «дайте, пожалуйста, ума – что ответить органам, которые Вами так пристально интересуются?» я не могу – у меня его номера нет. Серый главбух контактов тоже не оставил. Головин тоже сказал, что связь у него со Второвым по системе «ниппель»: Артёму позвонить могут в любое время, а он – нет. Ладно, аж голова заныла. Буду есть слона кусками. Пока меня не приняли – уже хорошо. Просто замечательно.

Сев в машину, я решил погадать. Мы, гуманитарии, народ тонкий и любим чуть что — искать знаки и сигналы Вселенной. Я люблю, по крайней мере. Решил в известном музыкальном приложении запросить случайный плейлист и прослушать песню номер семь. Ну а чего бы и нет? Еду медленно, на соседнем сидении лежит трудовая книжка, а дома ждет семья и холодильник, которого я прозвал Борманом. Хотел было Геббельсом, но вспомнил, что тот был невысоким шустриком. А мой хладоагрегат – фигура весомая, значительная. Так, не пропустить бы, вот и седьмой трек! Ну-ка?

Динамики взорвались хорошим металлом старой школы, вполне в духе AC/DC или Iron Maiden, как мне показалось. И после энергичного проигрыша вокалист проорал мне:

- Волчьи тропы ведут на Север, там – отчий дом! От рассвета до рассвета – гон, забыв про сон.

Нормально? Как говорится, в знаки можно верить, можно не верить – знакам все равно. А песенку я эту, пожалуй, сохраню в тот плейлист, где у меня Ария, Метла, Темнозорь и прочие мелодии и ритмы беспокойной юности. Приятная композиция.

Тут раздался звонок. Я глянул на экран – «Головин НП». В смысле «Незабываемое путешествие», а не «наблюдательный пункт». Хотя...

- Дима, привет! Ты сейчас где? – и сразу к делу, в этом весь Артём.

- Привет! На МКАДе, – ответил я в его же духе.

- МКАД большой и круглый, как ж.., ну, большой, в общем. Конкретнее давай! – настойчивость на грани хамства – тоже его фирменная фишка, как я понял.

- Между Новой Ригой и Волоколамкой, в сторону Волоколамки, на внутреннем кольце, – в километрах я путаюсь, поэтому обозначил, как смог.

- О, класс! Сейчас скину точку, подскочишь на полчасика буквально, можешь же? – и тут НЛП, ну что ты будешь делать.

- А что случилось? - вообще отвечать вопросом на вопрос не в моих правилах, но Головина надо было как-то тормознуть, пока он опять меня не заспамил.

- Пока ничего, но начинать-то с чего-то надо? Вот и начнем с обмера.

- С кого? – удивился я.

- С чего, а не с кого. Смотри, я подъезжаю уже к производству нашему, жду тебя тут. Мерки будем снимать. Давай, у меня вторая линия, – и он отбил звонок.

Тут же пришло сообщение с каким-то адресом в промзонах, которые чудом сохранились среди прущих в небеса человейников. Всегда поражался этому – выехал за кольцевую, проехал минут десять – и попал в другой мир, где старые дома, люди и машины. Чудеса! Но в таких местах мне чаще было даже комфортнее.

Через пару километров навигатор вывел меня на развязку, с нее – на какую-то отворотку вдоль забора из бетонных плит. Еще два поворота – и я уперся в шлагбаум, который, впрочем, сразу поднял дедок в застиранном камуфляже.

- Давай вперед метров полтораста, там за ЗИЛо́м направо – и до упора, – энергично помогая себе сразу обеими руками сориентировал он.

- Спасибо, отец! – я махнул ему, проезжая.

Местечко было колоритным. Вдоль убитой двухполосной дороги стояли ряды построек - то ли цеха, то ли склады. Кое-где сохранились даже оконные стекла, но запыленные так, что от фанеры не отличить издалека. Без видимой системы по краям на ободах стояла разная техника. Явно долго стояла – проползая рядом с ГАЗоном со сгнившими в труху бортами, я заметил, что диски на ладонь погрузились в асфальт. Украшала весь этот постапокалиптический пейзаж лишь зелень, что пробивалась отовсюду: тянулась к солнцу сквозь дорожное покрытие, просовывала ветви сквозь выбитые окна первых этажей. Маленькая, в локоть высотой, березка росла даже в открытом кузове того самого ЗИЛа, про который кричал мне дед у шлагбаума.

Повернув, я проехал по таким же декорациям метров триста до тупика и увидел машину Головина. Алый Хаммер смотрелся тут так же органично, как королева Англии в трущобах Мумбаи. Или как глаз на спине. Словом, резко диссонировал. Я поставил машину за ним и достал телефон – куда идти было непонятно. Но тут зашевелилась стена здания. Выглядело это настолько нереально и неожиданно, что, играй я в какой-нибудь «Сталкер» – уже швырнул бы туда гранату и высадил весь «рожок». Ровный прямоугольник стены, где-то метр на два, бесшумно выдвинулся вперед и отъехал вправо. Изнутри раздался голос Артема:

- Чего замер, проходи, комаров напустишь!

Я зашёл и обмер. Территория внутри ничего общего не имела с бардаком и разрухой за дверью. Это было похоже на огромный ангар, где порядком, казалось, даже пахло. Полы размечены широкими желтыми линиями. Между галереями под потолком замерли два крана, длинные такие, по швеллерам вдоль стены ползают, не знаю, как правильно называются. Строительные вагончики-бытовки в 1-2 уровня стояли явно по продуманному плану. В глубине визжала циркулярка, но как-то странно тихо для такого большого закрытого помещения. Подошедший из-за стоящего слева погрузчика Головин сунул мне ладонь: