Адвокат вольного города 6 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 52

— А можно мне? Ну, попробовать?

Константин очень внимательно и долго посмотрел на меня, повернулся боком и нейтрально сказал:

— Ну конечно, можно, Аркадий Ефимович.

Уточнять, что на колоду надо положить ладонь, я не стал, это было самоочевидно, да и, согласно моей легенде, я уже должен был с такой штукой не раз сталкиваться.

Положил руку на массивную породистую деревяху, по сути — старинный артефакт. Внешне ничего не происходило, хотя на магическом уровне она вступила в стыкующий контакт с моим магическим полем, нагло присосавшись к нему.

Над колодой, прямо в воздухе загорелись цифры 2/2.

— Это вроде значит, что я докачался до своего потенциала.

Константин расслабленно выдохнул:

— А Вы удивлены, Аркадий?

— Ну да!

— Чем же? — с хорошо замаскированной подозрительностью спросил он.

— Ну как же? Вы же наверняка пробивали меня. И знаете, что сюда приехал с единицей.

— Да, Аркадий Филинов приехал сюда с планами по трудоустройству, проблемами с алкоголем, нулевой дисциплиной, непримечательными знаниями и, среди прочего, единицей магического уровня.

От меня не укрылось, что говорил он обо мне в третьем лице.

— Ну, всё так! — я расслабленно плюхнулся на один из потёртых стульев. Последние напряжённые дни, долговременные полёты, утомительные походы так повлияли на моё восприятие, что сейчас и колченогий стул кажется мне комфортным.

— Так как Вы объясните свои замечательные метаморфозы? — с еле различимым подозрением спросил Константин и так же уселся за свой стол. Дмитрий тем временем забрал схему и пересел за свой стол. Таким образом, все уселись.

— Предок.

— Предок?

— Ну да. Вы же не думаете, что такой юный разгильдяй, как я, пьющий и ленивый, сам бы…

— Я вот не знаю, что думать, просто проявляю любопытство.

Я незаметно усмехнулся одним уголком рта. Знаю, что за любопытство. Профессиональное. Да и очевидно, что досье на меня пришло. И то, что там написано, здорово не соответствовало тому, что имелось сейчас.

— Предок с меня не слазил. Заставил меня бросить пить. Я тут ещё бандитам задолжал…

— Не знал об этом, — с непроницаемым видом отреагировал Константин. — Но как говорят, нет пророка в отечестве своём.

— Классное выражение! Вы, Константин, для меня кладезь мудрости, хотел бы я тоже, как Вы учиться… Короче, Предок меня гонял, как новобранца в армии, пить заставил бросить, по опасным Изнанкам отправлял, а я ведь даже стрелять толком не умею. Не умел, если точнее, сейчас-то поневоле немного научился.

— Поневоле?

— Это слово вообще многое описывает. Филин меня даже угрожал убить, между нами говоря. Бухать нельзя, по девочкам нельзя, играть нельзя.

— Один раз Вы играли, — недоверчиво вздёрнул бровь агент секретной службы.

— Да, было дело, только он меня в этот момент полностью контролировал и это нужно было для дела, с одним упрямцем сделку заключал. Не очень-то выгодную, на мой взгляд, но Предку же не прикажешь!

— Так Вы с Предком стали дружны?

— Я бы не назвал это дружбой. Он меня использует и гоняет, как зайца по кустам.

— Ну, Вы не в накладе.

— У меня нет выбора. Кстати, о выборе. Я чего пришёл-то…

— Поведайте.

— Как человек, сотрудничающий с секретной службой, сообщаю об успешном начале операции «Везунчик».

— Не припомню про такую операцию, — озадаченно нахмурился он.

— Так вот! — не дал сбить с мысли себя и продолжил. — В каганате Южный Алы Тау введена конституция. Финансовая система на основе рубля, назначены министры. Я назначен послом в Кустовом.

— Конституция? Послом⁈

— Послом. А ещё я министр иностранных дел, то есть по сути, мегапосол, уполномочен представлять интересы каганата на международной арене.

— Это… — Константин прервался и глубоко задышал, явно пытаясь максимально успокоиться. — Зачем Вы это сделали? Что вообще происходит⁈

— Каганат цементирует государственность. Абсолютизированная конституционная монархия. Что интересно, эта монархия направлена на дружбу с Российской империей. Как посол, я хочу заключить с ней договор о свободе торговли, хочу нитку железной дороги, договор о военной помощи и сотрудничестве, в том числе с правом расположить на территории каганата военных наблюдателей.

— Что Вы наделали⁈ Нам такое никто не разрешал! Вы создали нового участника международного права. Раньше это были просто участки Степи… Что скажет Британия⁈ А Китай⁈ Министерство иностранных дел нас с дерьмом сожрёт, — он в совершенной панике схватился за голову.

Дмитрий с любопытством крутил головой. Он, как боевик, не понимал причин для тревоги своего босса. Как вояка, он не оценивал многоуровневости походя созданных мной проблем.

— У Вас сейчас в голове ураган мыслей.

— У меня большое желание Вас арестовать и передать в центральное управление!

— Вот тут мы подошли к самому главному. Первое, Вы не можете меня арестовать, у меня дипломатический иммунитет.

Константин так сильно кашлянул, что даже подпрыгнул на стуле.

— Второе. Вы пытаетесь осмыслить ситуацию в целом, и у Вас голова кипит.

— А Вы, Аркадий, я теперь совершенно не сомневаюсь, что Вы настоящий, истинный Аркадий! Хотя бы потому что Вы, как и в детстве, поступаете бездумно, шалите, но не понимаете последствий, просто выросли до грандиозного уровня своих безумных поступков! Вы не пытаетесь понять! Вы ввели в Большую игру дополнительную пешку, способную спровоцировать международный конфликт!

— Так вот, — хладнокровно проигнорировал я его выпад, — У Вас есть Ваш участок и Ваша работа. Вот я подготовил доклад агента.

Он уставился на листок бумаги, который я держал в руке с первой секунды. Листок слегка помялся, но своей огромной ценности не потерял.

— Тут написано, что инициатором всех изменений был каган Юба.

— Сильно сомневаюсь! — саркастически буркнул он.

— А зря. Интеллигентный человек. Просвещённый монарх. Два полновесных курса высшего образования…

— Он читает с большим трудом!

— Всё, что нужно, он прочёл. Но в конституции, выполненной на степном языке…

— Нет такого языка!

— Есть. Один человечек по моей просьбе для них на основе кириллицы разработал. Так вот, второй текст на русском. Каганат заведомо ориентирован на дружбу с империей, он даже считает русский язык вторым применяемым, в том числе для документооборота.

— А валюта?

— Видите, как Вы тонко ухватываете суть, Константин! Они не вводят свою валюту. Герб, флаг, атрибутика, гимн — свои. А в качестве валюты задействован российский рубль. В итоге, Вы на основании этого отчёта Филинова, должны сделать один из двух выводов.

— Ну-ну, поделитесь мне о моей работе!

— Либо агент Филинов под Вашим чутким руководством оседлал ситуацию и повернул все намерения кагана… простите, Великого кагана, в нужном нашей империи направлении и надо наградить Вас, Дмитрия и меня, которые, несомненно, всему этому в меру сил помогали…

— Либо?

— Либо я преступник, которого надо арестовать. И наказать, и это всё в нарушение иммунитета дипломата. И Вас тоже наказать. Вот такие у Вас варианты. Либо Вы гений тактики и просите представить меня к ордену. Либо Вы осёл, который не знает, что у него в огороде творится.

— Вы негодяй, Аркадий! Надеюсь, что говорю это в первый и последний раз. Вы поставили меня перед фактом. А сейчас нагло манипулируете мной.

— О да. Когда остынете, приходите ко мне завтра после судебных, где-то в обед. Я Вам детали расскажу нашей блестящей операции. Вы же понимаете, что молодец будет тот, кто первый доложит императору об этом факте и то, как он доложит.

— Вы считаете, что моё руководство не пошлёт расстрельную команду по наши души?

— У них будет ровно такой же выбор, как у Вас. Наказать или наградить. Никакого нейтрального варианта. И подчеркиваю, инициатива была от кагана, то есть мы не могли ничего не делать. Не могли игнорировать исторические тенденции. И приложите к докладу вот этот вариант конституции с дарственной подписью кагана.