Избранная поневоле (СИ) - Вереск Мия - Страница 34

ЕГО собирались сжить со свету редким заклятием. А это подразумевало наличие сильного тёмного мага, чьи услуги стоили недёшево. Значит, враг Кристера довольно обеспеченный человек, и он, скорее всего следил за аргом, раз сумел подлить своё смертельное зелье в трактире, куда знатные арги заходят пару раз за жизнь.

Что же делать? Было бы правильным предупредить Кристера, но сделать это я могу только через

Дейгаро. Да и рассказывать о лурах имею право только тем, кто владеет подобным даром. Значит, никому. За всю мою жизнь, кроме мамы, я больше никогда не встречалась с магами нитей.

Было отчего приуныть. Одна грустная мысль потянула за собой другую. Я снова подумала о

Дейгаро. Сегодня ночью мой линт был внимательным и нежным, но что значат жаркие ночи без тепла обычных дней? Сейчас мне казалось, что я сразу почувствовала бы себя лучше, если бы

Дейгаро просто взял меня за руку. Но он даже не дождался, когда я проснусь, чтобы спросить, как я себя чувствую. Ну ладно, спала я как убитая, и, быть может, он не мог ждать меня весь день, но ведь можно было и разбудить?

Думать об этом было грустно. Не сказать, чтобы я рассчитывала на какие-то особые отношения —

даже в своём юном возрасте я понимала, что для близости душ у линтов существуют жёны. Эти счастливицы получают не только тело, но и любовь, это они рожают нашим линтам долгожданных наследников.

И пусть Дейгаро пока не был женат, вряд ли он останется один. И, может быть, теперь, когда вопрос с линтиной решён, он активно занялся поисками спутницы жизни?

Не знаю, до чего ещё я додумалась бы, ввергая себя в депрессию, но тут дверь распахнулась, и в мою спальню стремительно вошёл тот, о ком я так много думала сегодня.

Я и обрадовалась, и смутилась, поспешно садясь на кровати.

- Лежи, - отмахнулся Дейгаро, глядя на меня как-то въедливо и хмуро. Он сел на кровать рядом со мной и с напором спросил. - Как ты это сделала?! Лучше скажи сама, Тэсс!

- Что сделала? — недоумённо спросила я.

Нет, я, конечно, много чего делала сегодняшней ночью впервые, но ведь инициативы не проявляла! Так что я умудрилась сделать не так? Может потому, что Дейгаро своим появлением активировал воспоминания о прошедшей ночи, я даже не подумала, что он может спрашивать о другом. Но линт, похоже, уже напрочь забыл о том, что мы были близки.

И когда он близко заглянул в мои глаза, пытливо высматривая в них что-то понятное только ему, я увидела, что он не просто хмур — он разъярён!

Мужчина вздохнул, как будто огромным усилием взял себя в руки. И заговорил куда спокойнее, чем задал первый вопрос:

- Не отрицай. Мийру видела, что ты рисовала на листе какие-то знаки. Так быстро, что, движение размазывалось. Она сказала, что ты убрала листы в шкатулку совсем недавно.

Объяснись, Тэсс.

Вон оно что! Мне стало так обидно, что я невольно опустила глаза, чтобы скрыть предательские слёзы. Я тут думаю о нём, гадаю, что он думает о нашей первой ночи, а моему линту важнее то, что подсмотрела его шпионка! То, что Мийру не считает меня хозяйкой, было очевидно. Но то, что любое моё действие станет известно Дейгаро, стало неприятным откровением.

- Тэсс! - поторопил меня мужчина. Я ещё никогда не видела его таким злым и непримиримым —

даже в тот день, когда он застал меня за потрошением ящиков своего стола. - Девочка, лучше, если ты расскажешь мне всё сама.

-Мне нечего вам рассказать, арг Дейгаро, - сказала я, заставив себя поднять глаза.

- Что ты делала, Тэсс? - спросил линт, требовательно глядя на меня.

- Ничего недозволенного, - твёрдо ответила я.

Ещё давным-давно, живя с мамой, я уяснила себе, что никто не должен узнать о том, что мы маги нитей. Тогда же я дала матери клятву крови, что не раскрою перед непосвящёнными свою тайну.

Что со мной будет, если я нарушу клятву, мама показала на простом примере. Она вошла в дом, когда я корпела над трудным луром, понемногу распутывая нити, и раскрыла ладонь, на которой сидела дивной красоты лазорево-перламутровая бабочка. Я пискнула от восхищения, увидев это совершенство. «Расскажи ей, что ты делаешь». Я удивилась: «Бабочке? Что она понимает в лурах?» - и в тот же момент почувствовала, как мои губы, с которых слетели эти слова, начали неметь. Я в ужасе схватилась за горло, начав задыхаться.

Миг - и мать сжала ладонь, сминая хрупкую жизнь красавицы-бабочки.

- Зачем? - со страданием спросила я.

- Если бы не умерла она, умерла бы ты, - сурово сказала мама. Нельзя говорить о том, что ты делаешь — ни людям, ни животным, ни бабочке, ни ветру! И даже у стен есть уши!

Потому лучше не говорить об этом вовсе. Даже когда мы в доме одни, кто-то может стоять под окном.

Позже, попав в дом арги Заниры, я поняла, что сохранить луры можно только показав их женщине. Иначе я рисковала потерять их вместе с запертой шкатулкой. И пусть арга была разочарована тем, что драгоценностей в шкатулке не оказалось и долго ворчала, что я храню всякий хлам, с тех пор от меня отстали.

«Магия не раскроет себя посторонним, - говорила мама. — Если ты сама не расскажешь о ней».

И вот теперь линт призывал рассказать, что я делала, не подозревая, что я могу заплатить за переданное ему знание своей жизнью. Дейгаро мне явно не поверил — в серых глазах промелькнула горечь, когда он спросил:

- Тогда почему ты не хочешь мне рассказать?

- Я не могу, - честно ответила я. - Это не моя тайна

Мужчина нахмурился.

- Я слишком мало знаю о тебе, Тэсс, - невесело сказал он. - Слишком мало, чтобы доверять безоговорочно. Я могу простить тебе многое, но не магию смерти.

- Смерти? — я изумлённо взглянула на него. — Почему вы решили, что я занимаюсь запрещённой тёмной магией?

Дейгаро тяжело посмотрел на меня, словно решая, стоит ли быть со мной откровенным, и всё же сказал:

- Только что я едва успел, чтобы спасти жизнь Кристера. В трактире ему подсунули кружку со смертельным содержимым. Когда я выбил кружку из его рук, ясно увидел след тёмной магии... и твоё лицо.

Сказать, что я была изумлена, было не сказать ничего. Нет, я не знала наверняка, что происходит, когда меняются нити судьбы. Быть может, те, кого я спасла за свою жизнь, тоже видели моё лицо.

только где? Странно.

- Оно что, висело перед вами в воздухе? - осмелилась спросить я.

Дейгаро криво усмехнулся.

- Шутишь? Нет, я знал, что ты не любишь Кристера. Допускаю, что он сделал всё, чтобы укрепить тебя в этой нелюбви. Но ведь сейчас он занят твоим делом! Это ради тебя он таскается по всем этим трактирам, говорит с информаторами, встречается с твоей сестрицей

- Вы что, думаете, что я хотела его убить? — не поверила я.

- Я не хочу так думать! — сквозь зубы выдохнул Дейгаро. — Но мой дар позволяет мне увидеть, кто пытался оказать магическое воздействие на моего побратима.

- Побратима? - недоумённо произнесла я и сникла.

Я спрашивала не то, я вообще вела себя неправильно! Сейчас мне нужно было спасать свою жизнь, уговаривать Дейгаро поверить мне, а не думать о том, что Кристер оказался связанным с моим мужем кровным братством.

К тёмным магам закон был суров. Их дар блокировали ещё при рождении, а тому, кто правдами и неправдами сумел сохранить его до совершеннолетия, грозило закончить свои дни в страшном

Чёрном остроге. И пусть их редко лишали жизни, но жизнь без магии — это жизнь наполовину.

Став линтиной, я хорошо это поняла, пусть жила и не в остроге, а в прекрасном современном доме.

Маги нитей никогда не были тёмными. Не может быть тёмным тот, кто дарует жизнь. Но, став взрослой, я поняла, почему мама так настаивала на сохранении строгой тайны Слишком лакомым кусочком был наш дар не только для проходимцев всех мастей, но и, что страшнее, для высокородных, стремящихся к власти.

Да и действующих монархов вряд ли обрадовал бы тот факт, что существуют люди, способные подправить нити судьбы.

- Линтина Тэсс, - официальное обращение и голос Дейгаро, от которого так и веяло холодом, ясно показало мне, что терпение линта закончилось. — Вы должны рассказать, что за листы заметила у вас Мийру. Какой обряд вы проводили?