Клетка для орхидей - Франке Герберт В. - Страница 23

— Я займусь пока архивами, — сказал Ал, вовсе не уверенный, что Рене его услышал.

Ал обошел несколько помещений и остановился наконец в одном, где стоял прибор, напоминавший установку для воспроизведения телезаписи. Поискав глазами, он не обнаружил никаких «тарелок» для пленки, зато сразу заметил узкую прорезь в пульте у экрана. Огляделся: что в эту прорезь опускали? Долго искать не пришлось. На одной из полок у стены были сложены тонкие гибкие металлические пластинки. Не выбирая, он взял одну из них наугад и сунул в прорезь. Затем устроился в кресле в нескольких шагах от экрана, положил руки на подлокотники, проверил, как действуют вмонтированные в ручки кнопки (включить — нажимаешь один раз, привести в начальное положение — два), надел на голову видеошлем и нажал на одну из кнопок на правой ручке. Прошло несколько секунд… Никакого эффекта…

Но вот свет стал меркнуть, затем вновь усилился… Он становился все ярче и ярче, слишком ярким! Перед глазами замерцали, сливаясь, зеленые солнца. Ал нажал на другую кнопку.

Свет прибавился. Отдельные краски спектра снова стали различимыми, но полосы дрожали, переливались…

Звука нет, значит, надо нажать кнопки!..

Гул… Стоп, слишком громко!

Еще кнопка… Резкий запах сена… На глазах выступили слезы, Ал чихнул…

Другая кнопка…

Запах исчез… Краски поблекли… Алу казалось, что он стал невесомым…

Ага, вот кнопка, регулирующая интенсивность восприятия… Так, нажмем… Хорошо: всего чуть-чуть слабее обычной…

Ал видел и слышал, ощущал запахи, чувствовал. Светило солнце. Трава ласкала его ноги и тихо шелестела… Рядом — небольшое озерцо. Ал осторожно шел вперед. Вон там, в траве, блеснул красный мячик, хотел, видишь ли, спрятаться. Ал первым обнаружил его! Сейчас главное — точно попасть по нему! Он чувствовал себя бейсболистом, за которым сотни тысяч людей наблюдают по телевизору. И когда он поднял биту, то стал как бы в профиль к телекамере. Прицелился, бросил биту — попал! Мячик взмыл ввысь точно под углом в сорок пять градусов к горизонтали — вот так удар! — и опустился на землю, пролетев никак не меньше двухсот метров. Раздались восторженные крики…

Ал отключил изображение. Экран погас, и он снова оказался в пыльном помещении архива. Сидел, откинувшись на спинку кресла. Его привели в восхищение точность воспроизведения, красочность и пластичность. Для него многое было новым: то, например, что здесь он мог увидеть и собственные мечты или желания. Да, преимущества здешней техники неоспоримы. И самое главное: он в состоянии пользоваться этой аппаратурой. Его органы чувств и мышление были настолько сродни органам чувств обитателей планеты, что он не только мог «войти» в их переживания, но и находил их вполне понятными! То были люди, или существа, очень похожие на людей. Если просмотреть другие записи, он наверняка увидит, как они выглядели. Более того, он будет наблюдать за ними, услышит, как они разговаривают, познает их радости и горести. Возможно, конечно, что в восприятии жизни обнаружатся и некоторые различия — так что же из того!..

Строго говоря, он решил тем самым задачу, стоявшую перед экспедицией, и решил куда успешнее, чем это было оговорено правилами. Но это ему было теперь безразлично.

Он вынул пластинку из прорези и вставил другую. Снова устроился в кресле. Теперь он чувствовал себя гораздо увереннее, зная, как действуют кнопки. И ему повезло: на этой пластинке он увидел хозяев планеты! Их было несколько, они стояли, образовав полукруг, перед какой-то машиной. Двое из них продевали проводки в ушки панели с мелкими, как у сита, ячейками. Очевидно, совершался некий торжественный ритуал, ибо все остальные наблюдали за их действиями с напряженным вниманием.

Внешне они мало чем отличались от людей. Не будь Ал убежден, что это обитатели планеты, удаленной от Земли на миллиарды световых лет и кружащей вокруг чужого солнца, он принял бы их за людей. Может быть, кожа у них была чуть-чуть более серой, чем у белых землян. Они были невысокого роста и хрупкого сложения, их головы казались непропорционально большими, а черты лица — чересчур мягкими. Но в остальном они походили на людей и вели себя как люди. Хотя Ал и ожидал этого, но его потрясло увиденное: подтверждение гипотезы, что формы разумных существ в мировом пространстве развиваются сходным путем, если только сходны окружающие условия.

На этот раз ощущение было таким, будто сам он тоже стоит у машины, но как сторонний наблюдатель.

Оба аборигена уже закрепили все проводки в лежащей на полу панели и отступили на несколько шагов. Один из них заговорил на непонятном языке, немного гнусавя, другой отвечал ему. Наблюдая за их жестикуляцией и вслушиваясь в звуки речи, Ал предположил, что присутствует при торжественной церемонии: кто-то произнес торжественную речь, и ему отвечают. Но так как смысла он уловить не мог, то продолжал следить за происходящим. Одеты аборигены были в облегающие коричневые и зеленые костюмы, некоторые держали в руках плоские папки. Все с величайшим почтением внимали обоим ораторам. Наконец один из них сделал шаг в сторону, а другой взялся за выступавшую из боковой стенки аппарата рукоятку. Упала одна из металлических заслонок, и к полу заструились проводки. Поначалу ничего не произошло, но напряженное внимание наблюдателей выдавало, что они ждут чего-то и что произойдет это внизу, между проводами. Прошло немного времени, и снизу, из мелких ячеек, вверх потянулись желтые побеги, удлинявшиеся резко, рывками. Когда они выросли с ладонь, один из стоявших у щита-распределителя нажал на рычажок, и все побеги разделились. Разделившись, они продолжали расти. Еще один нажим на рычажок — и из всех стеблей пустили ростки листья. Постепенно, повинуясь нажатиям рычажка, развивалось все растение: его жизнь была словно бы снята с помощью «лупы времени». Но это было отнюдь не так, что подтверждалось естественными движениями собравшихся. Это было не оптическим трюком, а биологическим экспериментом. Оба аборигена, стоявшие в центре, снова обменялись речами…

Ал отключил изображение. Некоторое время посидел в задумчивости. Он хотел узнать прошлое. И, самое главное, будущее.

12

Ал долго копался в ящиках, расставленных в нескольких комнатах. Необходимо из массы материала отобрать записи, которые дали бы представление об истории планеты. Он искал какие-нибудь обозначения на пластинках и обнаружил на каждой из них в левом углу точечные узоры, напоминавшие запись азбукой Брейля. Просмотрев наскоро несколько дюжин пластинок, он быстро разгадал систему этих узоров. Он понял, где хранятся записи об общих закономерностях развития жизни планеты, где можно получить информацию об экспериментах, где находятся детальные объяснения отдельных процессов. Стало ясно, что в каждой комнате хранятся материалы из определенной области знаний. Вздыхая, переходил он из комнаты в комнату: надо же знать, где что находится. Когда он заметил, как много времени придется потратить на обход всех, то решил посмотреть, чем занят Рене.

А Рене занимался тем, что следил за свободно висящей каплей раскаленного жидкого металла.

— Привет, Рене, — произнес Ал. — Я видел здешних жителей!

— Прекрасно, Ал. И как они выглядят?

— Как люди.

— Что и следовало ожидать, — пробормотал Рене. С помощью магнетической энергии ему удалось увеличить каплю до размеров футбольного мяча и заставить вращаться. На полюсах шара явственно обнаруживалось сплющивание.

— Узнать бы мне, какая еще сила тут действует, — сказал он. — С помощью одного магнетизма этого не добиться.

— Вряд ли это так уж сложно выяснить, — заметил Ал. — Нашел что-нибудь еще, достойное внимания?

— Несколько лабораторий, — ответил Рене. — Ты себе представить не можешь, с чем только они не экспериментируют. Не только с физикой и химией — с математикой тоже. Одна лаборатория вроде бы даже для опытов с историей!

Ал заинтересовался:

— Ты не покажешь, где она?