Ведьма поневоле - Мало Меропэ - Страница 40

Живот стянул узел, как будто кто-то намотал вокруг талии пояс в три раза меньше нужного. Ободранные ноги дрожали – Асия старалась не смотреть вниз, кровь текла по голени. Она, должно быть, ударилась и головой, потому что чувствовала, как с каждой минутой вокруг черепа сжимаются тиски.

Асия охнула, и ей пришлось съехать с дороги. К счастью, машин там не оказалось, потому что иначе они могли бы на нее налететь. Ставя ролики боком, Асия, спотыкаясь, свернула по траве к канаве, и ее вырвало.

Слишком большое испытание для чая и куска торта, который она съела во время перерыва. Голова тяжелела. Асия ждала, когда прекратятся судороги. Неужели она упадет в обморок на этой стороне дороги, менее чем в метре от машин, которые могли бы увидеть ее?

Асия прислонилась к скале, впиваясь пальцами в холодный камень, чтобы восстановить контроль над телом. Теперь у нее болело все: правая лодыжка, которую она, должно быть, подвернула, даже не почувствовав, руки и ноги, оцарапанные падением, голова, ударившаяся о дверь машины…

Но Асия вернула сумку, выжила, и за ней никто не гнался.

Она сделала несколько нерешительных шагов по траве, стараясь забыть задержавшийся во рту едкий привкус, и продолжила путь, заставляя себя сбавить темп. Асия не могла себе позволить попасть в еще одну аварию до прибытия к Алеку. Она сомневалась, что он впустит ее, учитывая ее поступки…

А если его нет дома? Асия так сосредоточилась на своей цели, что эта мысль только закралась в голову. В комплект к светло-коричневым шортам в армейском стиле тем утром она надела черный топ, собранный на плечах и открывающий живот. Под легкой тканью Асия носила подвеску, скрытую от посторонних глаз. Она положила на нее руку и почувствовала огромное облегчение от того, что она указала вперед.

Поскольку Асия уезжала из города, это означало, что Алека там не было. Он мог отказаться впустить ее – больше, чем кто-либо другой, она не могла винить его за это, – но, по крайней мере, она увидит его или услышит его голос.

В нынешнем состоянии это утешит Асию, и это явно показывало, насколько она ошеломлена.

Асия барабанила по дверям в сад Алека. В ответ разносилась многозначительная тишина. Она сделала глубокий вдох, чтобы восстановить дыхание. Выглядела Асия не очень – куча ссадин, взлохмаченные волосы и бесцветное от страха лицо, – едва ли даже магия могла исправить ее вид.

Асия уже собиралась снова постучать, когда дверь открылась. Алек, одетый в обрезанные джинсы и замасленную футболку, замер, увидев ее. Щеки Асии вспыхнули, когда она подумала, что не имеет права здесь находиться.

Ей хотелось дождаться, пока он примет решение – впускать ее или нет, – но слова вырвались сами:

– Тебе стоило захлопнуть дверь перед моим носом.

– Я еще не решил, – сказал он, тем не менее пропуская ее внутрь.

С облегчением Асия вошла в сад, вдвойне неуклюжая из-за роликов и шока, от которого дрожало все тело. Она попыталась нагнуться, чтобы отстегнуть ремни на роликах. Плохая идея. Мир вокруг покачнулся…

– Что случилось?

Голос Алека звучал настойчиво: он, должно быть, заметил ее раны. Асия скорее догадалась, чем увидела его жест, заставивший ее повернуться перед ним и самой оценить масштаб повреждений, и не смогла сдержать досады.

Она кожей ощущала свою грязную одежду. Асия выглядела отвратительно. Судя по выражению лица Алека, он пришел к совершенно другому выводу. Он скрестил руки на груди, предоставив ей самой позаботиться о роликах.

Повседневное действие, обычно такое легкое, заняло у Асии добрых пять минут, и она несколько раз чуть не упала. То, что теперь она оказалась босиком, не помогло удерживать равновесие: ее трясло с головы до ног. Контроль всех частей тела, которые только и ждали, чтобы развалиться, требовал безумных сил.

– Я упала на роликах, – объяснила она. – Могу я воспользоваться твоей ванной, пожалуйста?

Конечно, не могло быть и речи о том, чтобы рассказать о нападении. Вся только что развернувшаяся перед ней картина казалась Асие фантастической, хотя она и была главным действующим лицом.

Алек никогда бы ей не поверил. Он мог подумать, что она использует свое падение, чтобы смягчить холодное отношение к нему. На его месте Асия никак иначе не истолковала бы свой внезапный визит.

– Ты знаешь дорогу, – сказал он, ведя ее на кухню.

Бремя его плохо завуалированной враждебности так тяжело ложилось на плечи Асии, что она с трудом смогла подняться по лестнице на второй этаж. Тем не менее Алек реагировал гораздо лучше, чем она бы на его месте.

Таким образом, во второй раз за шесть дней Асия заняла его ванную. Она очень старалась не думать о предыдущем визите. Затем Асия избавилась от песка. Словно она опять занималась любовью на пляже…

Асие удавалось сдерживать мысли о том, что с ней только что произошло, пока вода очищала израненное тело. Контраст между комфортом горячего душа и ознобом шока оказался больше, чем она могла вынести. Мир покачнулся, и Асия упала в душевую кабину, трясясь от бесслезных рыданий, таких громких, что у нее стучали зубы. Как назло, именно в этот момент Алек поднялся на второй этаж. Скрипнула ступенька, и, так как Асия бессознательно ждала его, она услышала шум.

– Алек, – позвала она, но дурацкие звуки не хотели собираться в слова, потому что зубы все еще стучали.

Шаги остановились за дверью ванной.

– Я приготовил тебе горячий чай, – она услышала голос Алека за дверью.

Асия с трудом откинула назад волосы, тяжелые и безжизненно спадавшие на лицо и плечи. Теперь ей хотелось смеяться и плакать одновременно. Она не заслужила его заботы…

– Алек, – хриплым голосом повторила она как молитву.

Тишина в ответ. Асия вполне могла представить, как Алек не решается войти. Он наверняка задавался вопросом, что она задумала на этот раз: решила использовать обнаженное тело и воспоминания, которые он хранил, чтобы заставить смягчиться и простить ее?

Асия понимала его. Но если Алек не придет ей на помощь, она не сможет встать.

Душ частично развязал узел, туго сжимавший живот, но в то же время лишил последних сил.

Асия едва успела поднять душевую лейку, которая продолжала брызгать на нее, – она всегда была такая тяжелая? – и открыла рот, чтобы прополоскать горло. Закончив, она больше не могла держать ручку, и та с глухим стуком ударилась о душ.

Она хотела снова позвать Алека, но рот будто был набит зефиром – она не могла произнести ни слова. Накатила новая волна усталости. Асия попыталась устроиться в жестком замкнутом пространстве душа. Она попробует снова позвать Алека, как только немного отдохнет…

Асия едва заметила, как он вошел. Однако, когда Алек выключил горячую воду, она попыталась возразить. Звук, который она издала, казалось, исходил из горла котенка. Руки Алека аккуратно сомкнулись вокруг нее – он пытался завернуть ее в полотенце.

Асия хотела еще больше растянуться в душе, но Алек удержал ее.

– Помоги мне, Асия. Я должен вытащить тебя и положить под одеяло. У тебя озноб.

«Шок», – хотела объяснить Асия, но не могла найти сил. Вместо этого она приложила большие усилия, чтобы подчиниться. Через несколько неловких моментов она оказалась закутанной в полотенце в объятиях Алека.

Асия прижалась головой к теплой шее и вздохнула. Если бы она могла, уронила бы мокрое полотенце – слишком много преград между ней и чудесным теплом тела Алека. Он отнес ее к кровати, и Асия запротестовала, когда Алек опустил ее.

– Ты не знаешь, чего хочешь, – прошептал он, помогая ей залезть под одеяло. – Сначала ты отталкиваешь меня, а теперь…

«Я никогда не хотела отталкивать тебя, – хотела уточнить Асия. – Я просто хотела привести себя в порядок…»

Она все же сумела вцепиться в его пальцы и собрала последние силы, чтобы прошептать:

– Не уходи.

– Я никуда не ухожу. Я просто хочу помочь тебе попить чай.

Алек наклонился, чтобы поправить подушки. Асия глубоко вдохнула запах его тела. Она скучала по его теплу, не говоря уже обо всем остальном. Но теперь, когда она снова вспомнила, каково это, как она могла обойтись без него?