Клятва мести (ЛП) - Рейн П. - Страница 26

— Дерьмо, — говорю я, входя в лифт.

Мне начинает нравиться мой жених.

Если я не буду осторожна, я забеременею и застряну в особняке, выбирая шторы.

Я в своей голове, когда иду в спортивный центр. Я счастлив на расстоянии, так что я могу получить некоторое представление о моей ситуации, прежде чем я снова окажусь на орбите Марсело.

Когда я подхожу к зданию, меня останавливает Данте Аккарди. Я не разговаривала с ним с тех пор, как мы столкнулись в Римский дом на первой неделе в школе, и это работает для меня.

Почти столкнувшись с ним, я хмурюсь. — Что, черт возьми, ты делаешь?

— Рад, что наткнулся на тебя.

Я скрещиваю руки на груди и бросаю на него взгляд, надеюсь, полный презрения.

— Нам нужно поговорить.

Я язвительно смеюсь.

— Нам не о чем поговорить. — Я делаю шаг, чтобы обойти его, но его рука сжимает мое плечо. — Я предлагаю тебе убрать свою руку сейчас, прежде чем я уберу ее за тебя.

Он откидывает голову назад и смеется. — Я думаю, ты все же захочешь меня выслушать. Его рука падает. — У меня есть для тебя взаимовыгодное предложение.

Я бы солгала, если бы сказала, что это не вызывает у меня интереса. — Все в порядке. Давай послушаем это. Хотя мне есть где быть.

Он подходит ближе ко мне. — Ходят слухи, что ты не рад своей предстоящей свадьбе.

Я выгибаю бровь. — Что выдало?

Я невозмутима.

— А что, если бы у меня было для тебя предложение получше?

— Да ладно, Данте, тебе нечего предложить мне лучше, чем Марсело. Вы все одинаковые, за исключением того, что он управляет Северо-Востоком.

Он усмехается. — Пожалуйста. Я в тысячу раз лучше Коста.

— Я не знала, что это будет соревнование по измерению члена. Давай, Данте.

— Что, если мы вдвоем поженимся?

Я смеюсь, пока не понимаю, что он серьезно.

— Подумай об этом, мы будем владеть границей между США и Мексикой от побережья до побережья. Твой отец должен быть в равной степени доволен этим.

Я смотрю ему в глаза. — Ты имеешь в виду, что был бы доволен этим, потому что это сделало бы употребление наркотиков еще проще. Наконец-то у тебя будут оба побережья и полная граница.

Он пожимает плечами. — Может быть и так. Но это не значит, что ты ничего не получишь от этого.

— Моя семья и близко не получит столько, сколько твоя. Кроме того, какого черта мне менять одну тюрьму на другую?

Он ухмыляется. — Потому что этот надзиратель даст тебе ключи.

Что бы он ни имел в виду, он серьезно. Это написано на его лице.

Я позволила рукам опуститься по бокам. — Что это значит?

— Это значит, что я не ожидал, что ты станешь женой. Мы были бы женаты только на словах, но ты могла бы делать все, что захочешь. Живя в другом доме, чем я. Смотри, кого хочешь. Ходить в школу, устраиваться на работу, слоняться по дому целыми днями… Мне плевать. Ты делаешь, просто держись подальше от меня.

— А как насчет того, что думают все остальные? Каковы будут его мотивы для этого?

Данте пожимает плечами. — Это не их забота. Кроме того, ты не думаешь, что я смогу держать своих людей в узде или уничтожить любого, кто попытается восстать против меня?

Либо он так хорош, как думает, либо самоуверенный идиот. Я не могу решить.

— Так что ты думаешь?

Это не идеальное, но не ужасное предложение. Определенно лучше, чем все, что говорил мне Марсело.

Я качаю головой. — Мой отец никогда бы этого не допустил. Он хочет этого союза с Коста.

— Если ты скажешь «да», позволь мне побеспокоиться о твоем отце.

— Что ты собираешься делать, убивать Марсело Коста? — Я смеюсь.

Он выгибает бровь. Он серьезно?

Движение позади него привлекает мое внимание, и я замечаю Марсело, стоящего в дверях спортзала и наблюдающего за нами. Дерьмо. Как давно он там?

— Я должна идти.

Данте оглядывается через плечо и замечает Марсело. — Просто подумай об этом.

Я не отвечаю, проталкиваясь мимо него. Как только я дохожу до своего жениха, я тихо говорю: — Привет.

Его глаза следят только за удаляющейся фигурой Данте. — О чем вы говорили?

— Просто Данте — это Данте. Пойдем.

Я прохожу мимо Марсело, не желая, чтобы он знал тему нашего разговора. Я была бы идиоткой, если бы не подумал хотя бы о том, ставит ли предложение Данте меня в лучшее положение, чем то, в котором я сейчас нахожусь.

Он встает в очередь рядом со мной. — Может быть, нам двоим нужно еще раз поболтать. Кажется, он не получил мое сообщение с первого раза.

— Отдохни от мачо-дерьма.

Мы идем в нашу обычную комнату. Я снимаю толстовку, чтобы мне не было слишком жарко, оставляя себя в спортивном лифчике и леггинсах. Глаза Марсело горят, и он проводит большим пальцем по моему соску, который выглядывает из-под ткани.

— Я здесь не для этого. — Я отмахиваюсь от его руки. — Давай приступим к делу.

Какое-то время он изучает меня, а затем заставляет меня двигаться сильнее, чем раньше, словно наказывая меня. Большое спасибо, Данте.

18

МАРСЕЛО

Поскольку это мой первый год в Академии Сикуро, я понятия не имел, что случилось, когда мы получили массовый текст о военных играх, которые должны состояться в эти выходные. Я иду к единственному человеку, который даст мне точную информацию — Джованни. Его сосед по комнате, Доменико Аккарди, готов добавить все, что он, возможно, слышал от своего старшего брата Данте.

— Каждый дом выбирает четырех парней. В прошлом девушки могли указать свои имена для участия, но никто никогда этого не делал, поэтому я не уверен, как все пойдет.

Доменико смотрит в потолок, как будто может понять.

— Давай посмотрим правде в глаза, девушки просто будут нашими болельщицами. На самом деле они не могут конкурировать с нами. — Николо смеется, и Андреа дает ему пять.

Я ничего не говорю, потому что до недавнего времени я бы согласился с ними. Мирабелла показала мне, что помимо ваших кулаков и того, как точно вы можете стрелять из пистолета, есть и другие навыки.

— Сомневаюсь, что они будут участвовать в отборе команды, — говорит Доменико, возвращая нас к разговору. — Ты будешь выбран в качестве лидера. — Он кивает мне. — Это всегда самые сильные ребята из каждого из четырех углов. Итак, ты, Антонио, мой брат, и Габриэле Витале с Северо-Запада. Каждый из вас выбирает по одному товарищу по команде.

— Я! — Джованни указывает на себя.

Я смотрю на него, но ничего не говорю. Я уверен, что Николо и Андреа предполагают то же самое, но мне нужно больше информации, прежде чем принять решение.

— Тогда это своего рода спартанская гонка, — говорит Доменико.

— Что это за фигня? — Я спрашиваю.

— Ты проходишь через разные препятствия. Обычно местность неровная и может быть грязной. Ты бегаешь по стенам, стреляете из лука, пролезаешь под колючую проволоку. Но с Военными играми это больше похоже на создание бомбы, меткую стрельбу и тому подобное. Ты хочешь, чтобы твой партнер был сильным, но умным. Кто-то, кто признает, что ты их лидер.

— Кто выиграл в прошлом году? — Я прищуриваюсь, глядя на Доменико.

— Антонио.

Я киваю. Вывезти моего будущего шурина будет удовольствием. Выбор Джованни в качестве моего партнера имеет наибольший смысл. Обычно он со мной на улицах, и я знаю, на что он способен. Но я приму окончательное решение после того, как проберусь на арену сегодня вечером, чтобы увидеть, что именно они приготовили для нас. Я должен выиграть это, чтобы показать всем, кто придет за мной, что у них есть своя работа — я лучший из лучших.

После моего исследования вчера вечером, когда рабочие готовили гонку, я знаю, что мне нужно, чтобы мой партнер был быстрым и меньше определенного роста. Есть небольшие отверстия, через которые мы должны пройти. Но к тому времени, когда вся академия наблюдает за началом Военных игр, я так и не решил, кто из моих друзей будет лучшим партнером.

Я сижу на траве со всеми остальными, пока канцлер Томпсон разговаривает с сокурсниками на платформе перед нами. Мой адреналин зашкаливает, моя кровь бурлит. Я не могу дождаться, когда это начнется. Я здесь всего несколько недель, но до сих пор, кроме того, что я доставил своей будущей невесте потрясающие оргазмы, ничего особенного не произошло. Мне скучно.