Где оживают грёзы - Анджелес Джанелла - Страница 79

У него задрожали руки. Он должен был думать только о ней.

Еще никогда ему не было так стыдно.

Ветерок принялся щекотать его шею, когда Дэрон свернул к особняку мэра. Большое строгое здание стаяло прямо в центре квартала Фраварди. Дэрон давно уже не заглядывал в хроники, которые оказались бесполезными. Но, может, он упустил какую-нибудь мелочь, что-то просмотрел.

Эва по-прежнему ждала его где-то там, в неизвестности.

Больше нельзя было терять время.

Когда Дэрон постучался в двери, портье пропустил его, сразу узнав. В ушах звенело, голова по-прежнему была тяжелой, но он был как никогда готов окунуться в библиотечное уединение. Запах теплого дерева и старых книг, даже пыль, повисшая в воздухе, – все это успокаивало его. Тишину нарушал лишь шелест бумаги и скрип деревянного стула. Обычно ученый, следивший за скудной коллекцией хроник, мирно дремал за столом, но сегодня Дэрон, открыв дверь главного зала, не услышал его приветственного сопения. Только кто-то недовольно цокнул языком из-за стопки бумаг на большом столе.

Лотти де ла Роза.

Вопреки обыкновению, вездесущего блокнота при ней не было, и от этого Дэрон еще сильнее насторожился. Он попятился и отвернулся, стараясь ступать как можно тише.

– Если собрался сбежать, делай это побыстрее.

От неожиданности Дэрон со щелчком сомкнул челюсти. Лотти не соизволила даже повернуться, продолжая листать страницы.

– Так ты только продлеваешь свои мучения.

Он оцепенел, всерьез подумывая броситься бежать, но решил, что и без того выглядит достаточно глупо. Вздохнув, Дэрон направился к ней.

– У тебя всегда был чуткий слух.

– Нет, это просто у тебя неуклюжие ноги. – Она наконец подняла голову, когда он устроился напротив. В ее глазах поблескивало торжество. – Изяществом на сцене обычно блистал не ты.

Его пульс участился, будто заработала шестеренка.

– Что ты здесь делаешь, Лотти?

– Ага, перехватываешь инициативу. Хорошая тактика, – усмехнулась она. – Я могу ответить по-разному. Любому ясно, что в Глориан я приехала, чтобы писать статьи о шоу. Но сюда, в это жалкое подобие библиотеки, я пришла за сведениями. Я не чуждаюсь грязной работы, но хорошо бы знать, в какой именно грязи я пачкаю руки. Пора выяснить, есть ли какая-то истина в слухах о потерянном городе в Чаще.

– Поверь мне, тут ты ничего интересного не найдешь.

– Так ты уже здесь побывал? – В ее голосе не было удивления. – И что искал?

Обычно она задавала вопросы, ожидая не столько ответа, сколько простого подтверждения тому, что и так уже знала. Он тоже знал. Под блестящей маской скрывалась ярость.

Дэрон догадывался, что рано или поздно ему придется встретиться с ней лицом к лицу.

– Молчишь, значит. Как обычно. Полагаю, ты не скажешь, куда делась твоя подопечная? Мне казалось, вы только недавно ушли вместе. – Лотти поправила очки. – Милые бранятся?

Она толком не успела всмотреться в его лицо, но уже разглядела осколки разбитых чувств. В конце концов, в этом и заключалась ее работа. Находить нечто громкое в кажущейся тишине, вскрывать хаос, спрятанный за спокойствием.

– Что, хочешь написать об этом еще одну статью?

– И разбить мечты читателей, которые за вас болеют? – В ее глазах сверкнул озорной блеск. – Посиди со мной. Это меньшее, что ты можешь сделать после того, как годами возвращал мои письма непрочитанными – как невежливо! Если кто-то из нас и имеет право быть обиженным, то это я.

Дэрон почесал затылок.

– Как ты можешь меня винить, Лотти? Мне нужно было время.

– Мне тоже, но я почему-то не отгородилась от всего мира, – возразила она.

– Нет, ты предпочла рассказывать чужие истории ради собственной выгоды. Как всегда.

Та даже не поморщилась, неподвижно уставившись на него.

– Это моя работа, Дэрон. И Эва хотела бы именно этого…

– Не надо. – Он задрожал, чувствуя, как закипает кровь. – Ты не знаешь, чего она хотела бы. Она ни за что не согласилась бы стать заголовком в новостях.

– Но, полагаю, этого хотел ты, раз не попытался мне помешать. Ты вообще ничего не сделал.

«Сделай хоть что-нибудь. Что угодно».

Осуждение. Такое же свежее и острое, как в тот вечер, когда она бросила ему в лицо эти слова.

– Что бы ты там обо мне ни думал, я ищу ответы. До сих пор. – Лотти захлопнула книгу. – Не знаю, чем ты занимался с тех пор, как потерял ее. Но я подумала, что ты, возможно, тоже ведешь поиски. Особенно когда узнала, что ты вдруг решил отправиться сюда.

Он скрестил руки на груди.

– Чем я здесь занимаюсь, не твое дело.

– Мое, если это касается ее. – Она сняла очки, словно желая убедиться, что они не помешают ей метать молнии из глаз. – Я не настолько наивна. Иначе стал бы ты из кожи вон лезть, чтобы стать судьей в маленьком цирковом шоу? И не где-нибудь, а в Глориане, который, как мы знаем…

– Оказался очередным тупиком, – закончил он. – Здесь нет ничего, что могло бы тебя заинтересовать. Лучше уезжай, пока еще можешь.

– Ты серьезно? Не важно, тупик это или нет, с этим городом в любом случае что-то не так, и ты это знаешь. – Лотти вздрогнула. – Здесь слишком тихо.

– А чего ты ожидала от городка, который уже несколько десятилетий держится особняком? Здесь тебе не Новая Корона.

– Определенно, – фыркнула Лотти, отодвигая книги в сторону. – То есть тебе не кажется странным, что все здесь ведут себя так, будто у них нет прошлого? Что они ничего не знают о происходящем за пределами стен Глориана? Что их здания украшены символами семейств, о которых никто почти не упоминает? – спросила она, а затем обвела жестом крошечную библиотеку. – Как вышло, что вся сохранившаяся история города, простоявшего не меньше остальных на Сольтере, помещается здесь?

Теперь вздрогнул уже Дэрон. Он позволил себе забыть о странностях и, прожив здесь достаточно долго, привык списывать вопросы без ответа на своеобразие Глориана.

Или, может, он и вовсе забыл о необходимости задавать вопросы. Эгоистично отвлекся от цели. Погрузился в сон и только теперь проснулся.

– И что ты предлагаешь? – спросил Дэрон. – Добавить к существующим теориям заговора еще одну?

– Во имя Зароза, ведь ты, как и остальные участники шоу, вообще не можешь уехать из города. Невольно задумываешься, что даже самые неправдоподобные теории могут… оказаться правдой. – Она помедлила, поглаживая ногтем мятый корешок книги. – Было бы проще, если бы мы объединили усилия.

Дэрон промолчал. Лотти сделала своим оружием слова, а он – молчание.

– Нам обоим нужны ответы, иначе мы не оказались бы здесь, – не отставала она. – Расскажи мне, что знаешь, поделись своей точкой зрения, и мы сможем собрать все кусочки головоломки воедино. Она бы хотела…

– Не смей манипулировать мной, – процедил он сквозь зубы. – Я не стану снабжать тебя материалами для очередной статьи.

– Дело не в этом, – прошептала Лотти. – Она была моей подругой.

– Да, но я по-прежнему не готов тебе доверять.

Ее ноздри раздувались, а пальцы постукивали по столу рядом с пером, словно сопротивляясь желанию что-то записать.

– Ладно. Но я здесь не единственная, кто был неправ. В том, что случилось, есть и твоя доля вины, и, если придется, я сама, как могу, заполню пробелы.

К лицу Дэрона прилила краска.

– О чем ты?

– Ты ведь бросил карьеру не только потому, что не смог справиться с болью потери?

Он оцепенел.

В ее взгляде читалось не любопытство, а уверенность.

– Тем, кто уходит со сцены, всегда есть что скрывать, – сказала она, снова надевая очки, чтобы вернуться к чтению. – И, пока все твои секреты сами не вылезли на поверхность, твоя напарница имеет право знать.

Нельзя выдавать свои чувства. Как бы она ни провоцировала. Как бы ни было больно.

– Ты говорила с Каллией?

– Да, некоторое время назад, – сухо отозвалась Лотти. – Я думала, она тебя боготворит, раз не обращает внимания на твое прошлое. Каково же было мое изумление, когда я поняла, что она совсем ничего не знает. Ни про Эву, ни про твою карьеру. Ни про несчастный случай.