Виконт Линейных Войск 8 (СИ) - Котов Алекс - Страница 50

Едва шум хлопанья крыльев стих, он сразу понял, что слышит какой-то гул. Или рев… Что-то странное, что-то, что до этого он никогда не слышал.

Но он мог точно сказать, что это что-то приближалось.

Очень быстро приближалось.

Не прошло и минуты, как на лесной дороге, поднимая за собой вьюгу, проносится что-то, напоминающее железную карету. Стражник не успевает не то что крикнуть, даже разглядеть эту штуку. За считаные секунды она пролетает пустырь и врезается в массивные ворота не хуже заправского тарана.

Древесина разлетается с треском, словно промерзший чурбан от удара колуна. Стальные полосы корежит, гвозди выдирает с корнем, петли вырывает из кладки, даже стена чуть дрогнула, заставив стражника схватиться за зубцы.

Нарушитель замер во внутреннем дворе крепости, но рев становится лишь громче. Высунув голову в бойницу, стражник видит, как еще две подобные штуки несутся следом.

— Решетку! Опустить решетку! Поднять мост!

В донжоне мгновенно выбивают упор с шестерни, и массивное заграждение падает вниз. Карета пролетает по мосту и подпрыгивает на остатках ворот. Она движется так быстро, что не ясно, что же успеет первым.

Железо сталкивается с железом. Решетка не успевает считаные доли секунды, чтобы встать в пазы, а машине не хватает их, чтобы проскочить. Вдребезги разбиваются фары, гнутся стволы орудий, толстые зубцы решетки вонзаются в радиатор, но и у бронемашины теперь есть рычаг. Невообразимая сила удара обрушивается на стену, каменные пазы разносит вдребезги, а вместе с ними обрушивается часть донжона. Замерзшая кладка не выдерживает, каменные блоки осыпаются, градом обломков, а пострадавшая машина затаскивает за собой погнутую решетку во внутренний двор.

Стража крутит чудом уцелевший ворот, не замечая, что часть стены донжона за ними попросту обвалилась, но вдруг рукоять вырывается у них из рук. Сколько бы усилий они ни прилагали, они не могут поднять мост ни на миллиметр. Туго натянутые цепи того и гляди, расклепаются под напряжением.

Один из стражников бросает ворот и высовывается в бойницу, пытаясь понять причину. И находит ее. Третья карета невозмутимо стоит на мосту, своим весом не давая его сдвинуть. Цилиндрическая голова поворачивается к бойнице. Вспыхивает огонь.

Стены донжона забрызгивают кровью. Стражники тут же пригибаются, пытаясь отбежать от плюющихся металлом бойниц, но со стороны внутреннего двора даже нет стены.

Попав под перекрестный огонь, лишь нескольким удается выбраться на стену. Металл визжит, рикошетя от камня. Сухими щелчками он выбивает крошки с зубцов, вылавливая тела между ними. Секунда тишины и тут же грохот. Поняв, что пулеметом стражу со стен не достать, наводчик переключается на автопушку.

Один за другим зубы разносит вдребезги, будто под ударами кувалды великана. Стена лишается укрытий одно за другим. Пять. Десять. Тишина. Знойная марь идет от разгоряченного ствола, и чудовище на время замолкает.

Второе чудовище тщетно пытается сбросить с себя решетку. Синеватая жидкость стекает из разбитого переда на каменную брусчатку. Ранено. Пока неопасно. Стражник осторожно выглядывает из-за укрытия и спускает крючок.

Первый болт нерешительно тренькает об железную броню. За ним еще один. И еще. Вскоре десятки железных игл барабанят по броне с нулевым результатом. За их звонкими ударами совсем неслышно, как на место встает новая обойма. Бах!

Пушка вновь начинает стрельбу, выбивая целые куски из стен цитадели, разнося вдребезги каменные зубцы стен. Вскоре к ней присоединятся вторая — оставшаяся машина, пусть и с трудом пробравшись через завалы, присоединяется к зачистке. Через мост уже проходят люди, черные фигуры с ружьями и вооруженные чем попало крестьяне, от качественных фабричных мечей и мушкетов до топоров лесорубов.

Все больше и больше пуль летают в воздухе… Но и у противника еще оставались козыри. В проеме одной из башенки сияет свет. Миг и оставляя за собой синеватую полосу, к металлической карете несется болт. Он скрежещет по наклонной броне, заставляя ее мгновенно покрыться инеем, но рикошетит и падает к колесам другой машины, что все еще пыталась скинуть с себя решетку. Толстая покрышка накрывает голубое острие и раздается звонкий хруст, заметный даже в гуще боя.

Колесо втягивается само в себя и лопается под весом, разбрасывая замороженные куски резины по всему внутреннему двору. По металлическому диску змеится глубокая трещина.

— Восточная башня! Сейчас! — Из бронемашины доносится приказ, искаженный громкоговорителем.

Голова чудовища поворачивается, стрекочет пулемета и башенка на стене, из которой прилетел зачарованный болт, накрывает свинцовый шторм.

Расталкивая бестолковую толпу, туда уже бегут несколько солдат. Выстрел в упор, разносит дверной засов и следом летят гранаты. Раздаются взрывы, а следом из башни вырываются потоки огня, слишком сильные, чтобы они могли быть вызваны простыми гранатами.

Еще один арбалетчик показывается в полуразрушенном проеме цитадели. Солдат вскидывает оружие, выстрел! Пуля мгновенно щелкает по кладке рядом, а болт еще почти секунду лениво летит вниз и вонзается в брусчатку между двумя бронемашинами.

Долгие несколько секунд наконечник болта разогревается, пока не становится ослепительно-белым. Даже крестьяне, что никогда не слышали о зачарованных болтах — пользуются моментом и бросаются врассыпную.

Взрыв! Не успевших отбежать достаточно — сбивает с ног.

Бронемашину шатает, два колеса на короткое время открываются от земли. Солдат падает на колени, но тут же поднимает ружье.

На первый взгляд, после доработки его оружие мало изменилось. Но лишь на первый. Удар ладонью!

Табакерочный затвор открывается вверх, выбрасывая крупную, стальную гильзу. Новая тут же занимает ее место. Единым движением он закрывает боевой упор и взводит курок. Цель! Выстрел!

Струйки дыма вырываются из дульного тормоза. Приклад лягается даже сквозь доспех, обратная сторона возросшей мощи.

Арбалетчик еще натягивает арбалет, а крупнокалиберная пуля уже летит к его груди. От нее не защитит даже хорошая кираса, что уж говорить о кольчуге?

Тело падает из полуразрушенного проема. Грохочет автопушка.

Внутренний двор заволакивает удушливый дым — болт умудрился поджечь жижу, стекающую из разбитого радиатора. Морда пострадавшей машины занялась огнем. Водитель, не обращая внимания на еще свистящие вокруг болты, выбирается через люк и пытается затушить машину, поливая огонь чем-то вроде белой пудры из металлического бочонка.

Выстрелов становится все меньше, несмотря на превосходство в высоте и укрытиях — стрелков цитадели становится все меньше. Едва в бойнице показывается арбалет, туда тут же стучится крупный калибр.

С каждой минутой боя центральное здание замка приобретает все больше и больше новых дыр, не так уж прочная была его кладка… в отличие от ворот.

Цельножелезные створки цитадели казались даже более надежными, чем те, что стояли у стен. Короткая лестница не позволит выбить их бронемашиной, как тараном, но и надо ли?

Не обращая внимания на дым, ругань и продолжающийся бой, Лен взбирается на броневик.

— Бочку с пог’охом сюда!

Сразу два бочонка устанавливают аккурат перед металлическими створками, чтобы наверняка прорваться через них.

Еще целая бронемашина Курта сдает назад, колеса буксуют на скользкой от крови брусчатке. Крестьяне и так державшиеся в тылу, отходят еще дальше. Лен убеждается, что рядом никого нет и лично поджигает запальный шнур.

Взрыв!

Ворота вминает в глубины цитадели, крепость содрогается и частично обрушивается, засыпая внутренний двор своими обломками.

Едва грохот падающих камней стихает — наступает тишина. Солдаты водят стволами по бойницам крепости, но там ни души. Словно взрыв смел последних защитников крепости… Хотя вероятнее они просто отошли в ее глубь.

Санитары оттаскивают раненых, среди них Димитрий. Солдат туго перебинтовывает впившийся в колено болт.