Ты бросаешь вызов? (ЛП) - Джеймс Лайла - Страница 27

— Тебе не следует удивляться.

На самом деле, я и не удивилась.

— Моя куртка составила тебе компанию прошлой ночью? — Он сказал эти слова так, словно шептал грязную тайну.

Конечно. Все должно было быть грязным с Мэддоксом. Он, наверное, подумал, что я нюхала его куртку, пока мастурбировала. Забавный факт: я этого не делала.

Я фыркнула.

— Она у меня в шкафчике. Я верну ее тебе после школы.

— Ты просишь меня встретиться с тобой после школы? Свидание? — Изумленный вздох сорвался с его губ, но это было фальшиво. Я легко могла уловить насмешливую улыбку в его словах.

— Нет, — прорычала я. — Подойди к моему шкафчику. Я верну тебе твою куртку, и мы оба пойдем по своим делам, порознь.

У него не было возможности опровергнуть меня, так как мы уже стояли у кладовой.

На нас уставилась записка, и я потерла лицо рукой.

— Отлично, — пробормотала я себе под нос. — Нет лампочек.

Я украдкой взглянула на Мэддокса, и он выглядел немного… настороженным. Хм.

— Можешь ли ты держать дверь открытой для меня, пока я не принесу телевизор? — Я спросила.

Мэддокс пожал плечами.

Дверь была тяжелой, когда мы толкнули ее, и я вошла внутрь. Было темно, но свет из коридора достаточно освещал внутреннюю часть, чтобы я могла заметить, где в дальнем углу комнаты стояли все телевизоры. Ага, вот оно.

Каждый телевизор стоял на своей маленькой полке на четырех колесах, и все, что мне нужно было сделать, это выкатить один из них. Очень просто. Нет.

Когда я попыталась потянуть, он не сдвинулся с места даже на дюйм. Проклятье.

Я заглянула за телевизор и увидела, что никак не могу выкатить его из этой кладовой. Все шнуры спутались между собой.

— Мэддокс, ты не поможешь мне со шнуром? Он застрял, и здесь темно. Я почти ничего не вижу.

— Просто потяни, — нетерпеливо пророкотал он.

— Если бы я могла, я бы так и сделала, — прошипела я. — Он застрял. Помоги мне.

Он помолчал некоторое время, прежде чем произнести:

— Попроси вежливо.

— Ты, черт возьми, серьезно?

— Скажи «Пожалуйста».

— Пожалуйста, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

Он цокнул.

— Произнеси полное предложение.

Я выпрямилась, уперев руки в бедра, и закатила глаза.

— Мэддокс, не мог бы ты помочь мне со шнуром, пожалуйста?

— Хорошая девочка, — похвалил он.

Он широко распахнул дверь, прижав ее к стене, и секунду смотрел на нее, ожидая.

— Она не закроется. Быстрее, — позвала я.

Когда Мэддокс убедился, что дверь не закроется и не запрет нас в кладовке, он не спеша прошел внутрь. Он оглянулся один раз, еще секунду смотрел на открытую дверь, прежде чем встать рядом со мной.

— Отойди в сторону, — потребовал он.

Я снова закатила глаза, но все же сделала, как мне сказали. Мэддокс полез за полку, пытаясь найти шнур.

— Блядь, что это?

— Точно. Все это связано с остальными. — Всего было четыре телевизора, и они были сдвинуты в крошечный угол. Мы не использовали их очень давно, с тех пор, как у нас появились новые проекционные экраны, поэтому они лежали здесь, собирая пыль.

Он издал разочарованный стон, прежде чем начать распутывать шнуры, что потребовало бы большого терпения. Пространство между стойкой и стеной было слишком тесным, и я видела, что у него проблемы.

— Так, дай мне фонарик. Это может помочь, — предложила я.

Я вытащила из кармана телефон, но не успела его включить, как по комнате разнесся громкий стук. Мы оба вздрогнули, и Мэддокс удивленно поднял голову, ударившись при этом о верхнюю полку. Он издал ряд проклятий.

Прежде чем я поняла, что происходит, нас окружила полная и непроглядная тьма.

Черт, дверь закрылась.

И… черт возьми, мы были заперты внутри; в записке говорилось, что ручка сломана.

— Нет, нет, нет! — взревел Мэддокс, бросаясь в темноту к двери. Хм? Он боялся темноты? Кто бы мог знать, что Мэддокс Коултер с его дерзкой ухмылкой и глазами, способными растаять на месте, боялся темноты?

Я успешно включила фонарик, уже думая поддразнить его, как он сделал бы со мной. Мой взгляд скользнул к Мэддоксу как раз вовремя, чтобы увидеть, как он натыкается на полку в своей поспешной попытке дотянуться до двери. Металлическая стойка с громким грохотом рухнула на пол, и Мэддокс упал на колени, прежде чем снова вскарабкаться. Он поскользнулся по разбитым осколкам и упавшей жидкости, ползя к спасению.

Нет, подождите. Нет … он не просто боялся темноты. Это было нечто большее.

Тяжелая тяжесть легла на мою грудь, мое горло сжалось, и дыхание застряло в горле. Потрясенная, я осталась стоять на месте, когда Мэддокс полностью потерял голову.

Крутого, собранного и кокетливого Мэддокса сменил незнакомец. Он слепо потянулся к двери, схватился за сломанную ручку и поднялся на ноги. Мэддокс ударил ладонью по тяжелой двери.

— Нет, нет! Пожалуйста! Нет, нет, нет. Пожалуйста, — повторил он себе под нос. — Не делай этого, пожалуйста, выпусти меня отсюда! Не оставляй меня здесь. Не делай этого. Нет, нет, пожалуйста! Не надо.

Он несколько раз ударил дверь, его открытая ладонь касалась поверхности с такими сильными шлепками, что это должно было причинить ему боль.

— Помоги мне, помоги. Пожалуйста, не оставляй меня здесь.

Мэддокс царапал дверь, словно пытался сорвать ее с петель. Он пытался прорваться. Его пальцы сжались в кулак, когда он начал яростно стучать в дверь. Его крики эхом отдавались в моих ушах, и мое сердце сильно стучало о грудную клетку, я чувствовала его боль. Его агония была напоминанием о моем молчаливом страдании.

— Я не могу… я не могу дышать. Я не могу, — захныкал он надломленным голосом.

Тук-тук-тук.

— Вот что такое смерть, и ты умрешь в одиночестве, — прошептал мне в уши голос.

Мои губы разошлись в безмолвном крике, когда я пыталась дышать, но не могла. Я действительно не могла.

Мое дыхание вырывалось в резком, священном дыхании, и мое зрение стало более темным и расплывчатым. Я зажмурила глаза и нажала на веки. За моими закрытыми глазами трепетал калейдоскоп звезд. Помогите мне, помогите. Пожалуйста, помогите мне.

Я подумала, может быть, у меня сердечный приступ; но физической боли не было. Но все мое тело вибрировало, моя кожа покрылась мурашками, как будто я разрывала свою плоть и пыталась выпрыгнуть из кожи.

— Вот как выглядит смерть.

Я не могу дышать.

Помогите мне.

— Помогите мне, — закричал Мэддокс.

Мои мысли унеслись прочь, и мое сердце стучало в груди, подталкивая меня вперед. Я вырвалась из своего застывшего состояния и бросилась к нему, мои собственные руки дрожали.

— Мэддокс, — тихо сказала я, пытаясь вырваться из его безумия. — Мэддокс, пожалуйста.

Он забарабанил в дверь сильнее, и я заметила, что его костяшки пальцев раскололись от попыток вырваться из кладовой. О Боже, он причинял себе боль.

— Мэддокс! — сказала я громче, хватая его за руки и пытаясь оттащить от двери. Он сопротивлялся и стряхнул меня с себя.

— Мэддокс, нет! Пожалуйста. Не делай этого. Ты причиняешь себе боль. Просто… — я карабкалась, пытаясь сообразить, что делать, что говорить, чтобы прорваться к нему, добраться до Мэддокса в том месте, где он потерялся. Я должна была вытащить его.

— Мне нужно выйти. Мне нужно выйти. Вытащи меня отсюда! — Его кулак непрерывно стучал в дверь, рыдания сотрясали его тело. Его голос был хриплым, когда он прерывисто кричал. — Уведи меня отсюда. Вытащи меня отсюда. Мне нужно выйти… Я не могу дышать! Мне нужно выбраться.

Он хотел снова выбить дверь, но я схватила его кулак, держа его руку в своей. Это был риск. Я знала, что он настолько потерялся в своих мыслях, что мог причинить мне боль. Непреднамеренно. Но ему было важно не навредить себе.

Становилось ясно, что он страдает от панической атаки. Я точно знала, как это выглядело, на что это было похоже.

— Пожалуйста, — захныкал он. — Вытащи меня отсюда. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.