Не ходи служить в пехоту! Книга 2. Война по законам мирного времени. Том 2 - Тимофеев Юрий - Страница 5

Через несколько минут узбек был повержен полностью.

После этого разговор лидеров землячеств продолжился и пошел в совсем в другом русле.

Лидер чеченцев, сержант разведроты, предъявил узбекам те же претензии что и должны были предъявлять офицеры. Они хотели прекращения беспредела.

После этого, такие же претензии к узбекам выдвинули таджики, киргизы, казахи и только туркмен оставил нейтралитет. Но после угроз от чеченца, сразу с ним согласился.

Итогом стало обещание узбеков все прекратить.

Это формальный итог. А реальный итог – это то что кавказцы взяли вверх и установили свой авторитет в полку окончательно и бесповоротно.

Когда все разошлись мы с Русланом вернулись в роту. По пути увидели, что Новикова, перед ступеньками в штаб полка поджидал особист нашего полка. Я был уверен, что это не случайно.

Руслан мне рассказал, что и как произошло. Я его спросил:

– А Новиков почему выступил так явно на вашей стороне?

– Наш главный с ним уже знаком. Тогда, когда вы решили меня взять к себе, Новиков нашел нашего старшего и поговорил с ним нормально, по мужски. Мои земляки тоже, как и офицеры, за порядок, поэтому Новиков не мог нас не поддержать. Он же не скажет, давайте узбеки дальше продолжайте свой беспредел. Что он скажет? Давайте, я согласен пусть только русские всю грязную работу делают, пусть узбеки продолжают забирать деньги, всех чмырят и прессуют?

– А как он узнал кто у вас старший?

– Я ему тогда сказал. Они нормально поговорили, наш старший его зауважал потому что он понимает солдатские порядки, солдатскую жизнь, реальную, не брезгует и по этому направлению работать. Наш старший тоже хотел, чтобы меня поставили замкомвзвода, он же хотел мне дать конкретную поддержку.

До меня начало доходить, то до чего я не смог сам додуматься, но обязан был. Несмотря на то что, я сильно приблизился к разгадке методов работы Новикова, все-таки я задал очередной вопрос Руслану:

– Объясни мне почему Новикова все так уважают?

– Все видят, что он делает правильные поступки. А после знакомства с нашим старшим и когда тот к нему начал относиться с уважением, все мои земляки начали его уважать, а это видят все солдаты полка, побоятся с Новиковым связываться. Получается все офицеры и прапорщики полка видят, что Новиков в большом авторитете у всех солдат полка. Кроме того, он в Афгане воевал, правда в нашем полку, в пехоте таких много, но все равно, это только укрепляет его авторитет в глазах солдат.

Выходит, Новиков не просто согласился с моим предложением назначить Руслана моим заместителем, а понимая опасность данного решения, провел большую работу, видимо заручился словом кавказского землячества, то есть получил от них своеобразные гарантии. Умно, ничего не скажешь и главное, совсем не так «как положено», совсем не так как нас учили. Очень нестандартные методы, ничего не скажешь. Да, бесшабашным Новикова не назовешь. А я-то, дурочек, думал, что это он ко мне прислушался, побеседовал с Русланом и все решил. Оказывается так, да не так, все гораздо глубже. Хороший урок для меня. Обязательно возьму это на вооружение. Именно такую работу имел ввиду, видимо, замполит полка в Сибири, когда говорил мне о том, что надо все взаимоувязать все «ниточками».

Все сложно, но логично. Рецепт все тот же: думать, думать и еще раз думать, плюс постоянно учиться и хотеть достичь цели, работать. Много думать, работать и учиться.

Учтем на будущее.

Глава 2

СССР, Азербайджанская СССР, Нагорно-Карабахская автономная область, город Степанакерт, расположение 366-го гвардейского Мозырского Краснознамённого ордена Суворова мотострелкового полка, 23-й гвардейской мотострелковой Бранденбургской ордена Ленина, Краснознамённой, ордена Суворова дивизии, август 1989 года.

Дело было в последние дни августа, и мы только что вернулись с полкового полигона, расположенного между поселками Ходжалы и Аскеран, где была очень приличная боевая подготовка, естественной с боевыми стрельбами.

В этот период времени два мотострелковых батальона в полном составе находились на различных горных заставах и блокпостах, там же были и некоторые другие подразделения полка.

Артиллерийский дивизион, дислоцировавшийся вместе с противотанковых батарей в другом (нижнем) городке также выполнял какие-то задачи на выезде.

Разведывательная рота полка, укомплектованная в основном бывшими солдатами нашей роты, тоже была в разъездах, а наш батальон с зенитным дивизионом, танковой ротой с иными мелкими подразделениями и тылом полка, находились на месте.

Можно сказать, что для нашего батальона, шла обычная мирная жизнь с вялотекущей боевой подготовкой не на полигоне, а на учебной материальной базе расположенной непосредственно на территории самого полка.

В один из дней нам представили нового командира нашего батальона, с виду не молодого подполковника, немного седого с унылым и потухшим взглядом.

Прежний комбат сумел поступить в Военную академию имени М.В. Фрунзе. Отгулявший отпуск Новиков фактически и командовал батальоном, уступая иногда эту ношу начальнику штаба батальона по причине того, что новый комбат беспробудно пил, с самого первого дня пребывания в полку.

Дело дошло до того что появление комбата на совещании офицеров вызывало уже у них смех, который с трудом сдерживал майор Новиков и капитан Зайцев.

Однажды большинство личного состава первого взвода, бывшего взвода Курдюмова, заступило в наряд по столовой с прапорщиком из нашего батальона.

Именно личный состав первого взвода направили в этот наряд, так как в караул их старались не ставить в виду слабой воинской дисциплины в этом взводе. Мягко говоря.

Заступивший в наряд по столовой личный состав там отказался подчиняться прапорщику- дежурному по столовой полка.

Вызвали Курдюмова, который сразу же начал заставлять работать. Один из солдат-узбеков ему заявил, что не будет делать женскую работу и вообще сообщил что такую работу не должны делать настоящие мужчины, а тем более гордые узбеки.

Естественно Курдюмов немедленно избил этого солдата и заставил взять в руки половую тряпку. Потом ему пришлось жестоко избить еще несколько узбеков и туркмен.

К вечеру через Руслана солдатское радио донесло что туркмены и узбеки приняли решение где-то подловить Курдюмова и подрезать его.

Я намеревался сообщить это своему командиру роты и уже начал продумывать предложения по противодействию, совместно с Русланом.

Позже Руслан попросил меня не спешить с докладом, так как старшие от его землячества примут свои меры по этой ситуации.

К вечеру солдат узбек, который отказывался выполнять приказ командира роты оказался в санчасти, а утром его увезли в госпиталь в Кировабад, с сотрясением мозга.

Все мы подумали что эта ситуация как-то сама собой утряслась.

Через несколько дней мы узнали новость что Курдюмова вызвали в штаб полка, там следователь военной прокуратуры Кировабадского гарнизона, его арестовал и увез в следственный изолятор в Кировабад.

Эта новость мгновенно облетела весь полк.

Начальник штаба батальона вызвал Игнатовича и приказал ему временно, но на долго принимать роту.

Новиков был где-то в отъезде, поговаривали что поехал с командиром полка осматривать места на юге Карабаха, где должен будет нести службу наш батальон, потому что и там начались перестрелки между ненавидящими друг друга народами.

Мы с Игорем и Сергеем, начали обговаривать идеи как помочь Саше. Пока что наши мысли сводились к тому что должны были говорить наши солдаты, которые были свидетелями. Игнатович нас выслушал и сказал:

– Мужики, мы здесь самые близкие для Саши люди. Ближе здесь у него никого нет. Если мы не поможем, его обязательно посадят. Для примера, для отчета.

– Согласны. Что ты предлагаешь? – спросил я.

– Пойдемте к замполиту полка. Поговорим, там посмотрим.

– А если не поможет? – спросил Игорь.