Не ходи служить в пехоту! Книга 2. Война по законам мирного времени. Том 2 - Тимофеев Юрий - Страница 1

Юрий Тимофеев

Не ходи служить в пехоту! Книга 2. Война по законам мирного времени. Том 2

Глава 1

Союз Советских Социалистических республик, Азербайджанская ССР, Нагорно-Карабахская автономная область, город Степанакерт, пункт постоянной дислокации 366-го гвардейского Мозырского Краснознамённого ордена Суворова мотострелкового полка, 23-й гвардейской мотострелковой Бранденбургской ордена Ленина, Краснознамённой, ордена Суворова дивизии, июнь 1989 года.

Вечером было назначено мероприятие по случаю отъезда нашего старшины роты старшего прапорщика Никитенко Петра Николаевича, который договорился с гражданским руководством нашего офицерского кафе.

После ужина кафе закроют, и мы соберемся своей ротой чтобы отметить это радостное для Петра Николаевича событие.

Новиков после того как обнаружил на разводе некоторых офицеров и прапорщиков роты в условно боеготовом состоянии, был кране зол и устроил выволочку сначала Славику, потом Игнатовичу, потом отдельно Игорю.

Я же отпросился на время политзанятий выйти в город, узнать где у них здесь можно найти квартиру.

Проходя через КПП полка, я увидел, что дежурным стоит прапорщик, явно армянской национальности. Решил у него спросить и посоветоваться по вопросу съема жилья.

Прапорщик оказался очень приветливым и разговорчивым. Выслушав мои пожелания, он предложил свои услуги, сказав, что к двум часам дня (обеденное время) вызовет сюда своего племянника и тот нам покажет возможные варианты. Я обрадовался и по окончании политзанятий все рассказал Игорю, который сильно обрадовался, мы договорились вместо обеда заняться этим вопросом.

Проводя занятия по боевой подготовке со всем личным составом своего взвода, я параллельно всячески начал обучать своих сержантов. Особенно Делимханова.

С первых же занятий стало понятно, что самый сообразительный и подготовленный среди них это Пахомов, следом за ним шел Делимханов, потом Рахимов, а Эргашев был очень тупой.

Незримое, на первый взгляд, влияние Делимханова, я почувствовал сразу, во время занятий, потому что вопрос дисциплины отпал сам собой. Вместе с тем при внимательном изучении внешнего вида личного состава я увидел, что часть из них имеет поврежденные лица, а у Эргашева сильно опухло ухо, на котором виден кровоподтек.

Вместе с тем Пахомов и Попов ожили, их никто не трогал, и они немного осмелели. В один из перерывов я отвел Пахомова в сторону и спросил:

– Тебе замполит передал мои обещания?

– Да, он сказал, чтобы бы с Поповым потерпели. Сказал, что вы все видите и понимаете. Сказал, что вы обещали, что помощь придет скоро.

– Помощь пришла?

– Пришла, откуда мы и не ждали. Спасибо, вам товарищ лейтенант, мы с Лехой об этом никогда не забудем.

– Теперь и сами начинайте себя понемногу ставить. К тому же я решил оставить тебя на должности командира отделения. Ставь свой авторитет понемногу, я понимаю, что после такого это очень тяжело, но Делимханов должен тебе помочь.

– Руслан мне во всем поможет. Он сильный и поддерживаемый землячеством которое весь полк боится.

– Попову сейчас поддержка моя нужна?

– Нет. Уже нет. Он просто еще привыкнуть не может что все кончилось.

Руслан оказался очень любознательным пехотинцем, спрашивал и меня и потом еще многих солдат, особенно Пахомова. Я понимал, что его рвение все изучить было основано не только на любви к оружию, но и на желании быть первым в военном деле среди солдат и сержантов не только взвода, но и всей роты. Я же радовался тому что мои опасения что из Делимханова выйдет хороший пастух, но плохой и ничего не знающий сержант, начали улетучиваться на первых же занятиях.

В назначенное время мы с Игорем были на КПП.

Нас не обманул прапорщик-армянин. Действительно возле КПП стоял не новые «Жигули», из которых нам на встречу вышел не молодой мужчина. Со слов прапорщика оказалось, что племянник занят и нас отвезет, его двоюродный брат. Ему мы еще раз объяснили какое жилье нам надо.

Объехали несколько вариантов, нам все не нравилось.

Наконец приехали в частный сектор, который располагался рядом с полком, немного в стороне и выше.

Здесь выяснилось, что в целях безопасности многие дома хотели бы разместить у себя офицеров, так как эта часть города считалась опасной, в нее могли в случае чего попасть азербайджанцы.

Один из домов располагавшийся на склоне нам понравился. В нем нам предложили большую комнату с печкой на солярке, с небольшой террасой и летней кухней с электроплиткой, теплый туалет. Можно пользоваться душевой, со стиральной машинкой. Холодильника не было, но хозяин тут же предложил старый холодильник из гаража перетащить на летнюю кухню, обещал, что к вечеру его жена отмоет. У нас получался отдельный вход.

Долго торговались и договорились на двадцать пять рублей в месяц за двоих, с уборкой один раз в неделю и сменой постельного белья.

Я понял, что обе стороны были довольны. Более того, хозяева почти ликовали и не скрывали радости, после того как мы оплатили первый месяц проживания.

Они благодарили того человека который нас привез сюда, а то в сою очередь пытался делать вид что он очень старался именно им угодить.

– Юра, из нас торговцы как из говна пуля, похоже. – сказал Игорь, взглядом показывая на радующихся местных жителей.

Довольные тем что проблема жилья решился так быстро и непринужденно, мы вернулись в полк.

Курдюмов появился только вечером. Новиков его отвел в сторону и что-то эмоционально ему выговаривал. Курдюмов молчал.

Проводы старшины начались вовремя. В самом начале Новиков предложил:

– Мужики, давайте без этих кавказских тостов. Мы что грузины? Зачем нам надо воздух сотрясать этим красивыми словами. Посидим. Вспомним. Поговорим по-человечески. Я не уважаю все эти кавказские традиции, которые въелись в наш быт. Как считаете?

Все дружно поддержали.

Разговор лился сам собой.

Я же погрузился в свои мысли.

Грустно было провожать этого многоопытного прапорщика, очень хорошего и доброго человека. Я смотрел на него и понимал, что вместе с ним уходит лучшее что было в Советской армии. Другой армии, не той сталинской которая миллионами губила своих солдат в котлах первого периода Великой Отечественной войны и потом в лоб штурмовала под Ржевом или без подготовки форсировала Днепр, не той армии в которой сейчас мне приходится служить, а той армии, в которой когда-то служил киношный герой Перепелица, или в которой в шестидесятых-семидесятых годах послужил мой отец. Для такой армии наш старшина роты был батя, да и для прежнего состава нашей роты он тоже был всеми уважаемый и заботливый батя.

В нынешней роте ему делать нечего, он с другой планеты, он прошлое и всем будет лучше если он уедет. Может быть там, на Украине, ему еще удастся нормально послужить, при тех порядках и с теми отношениями, в которых он принесет большую пользу и которым он привык. Здесь нет. Здесь он больше не нужен. Я бы с удовольствием на его месте хотел видеть молодого прапорщика, узбека.

Страх и сила! Вот это понимает мой личный состав. По-хорошему, по совести это бесполезно. Будут презирать, считать тебя слабым и презирать. А как только начали получать больно от человека которого боятся, сразу стали послушными.

Я вернулся в разговор, когда старшина отвечал на вопрос Славика.

– Знаешь самое тяжелое за всю службу, это мой первый и последний в этом полку наряд по столовой. Такого я не видел нигде. Такой бардак, плюс личный состав разбежался, собрать не могу, ничего не могу. Все валится из рук и ничего не получается. Хорошо, что Александр Иванович, наш командир роты пришел на помощь и прислал мне этого сержанта, нынешнего старшину, который вместо меня рулить будет. Вот что значит хороший командир роты, предугадал и помог. А этот сержант быстро там своих собрал, при мне же несколько человек побил и все пошло как по маслу. Он, кстати, у всех среднеазиатов в большом авторитете. Сам ташкентский, после армии собирается поступать в школу милиции, у них там это как космос.