Хозяйка немагической пекарни (СИ) - Усова Василиса - Страница 83

Помедлив, Адриана протянула руку и погладила ее по плечу.

— Это прошло…

— Ты… ты каждую ночь являлась мне во сне. Я постоянно чувствовала запах дыма, представляла как горела карета… Иногда мне казалось, что еще немного… и я… я увижу тебя наяву. — слова прерывались судорожными всхлипываниями. — Каждый день, я мечтала вернуть все назад… Чтобы ничего не было… А сегодня… сегодня я увидела тебя в зале суда…

— И не поверила, что я настоящая?

Джей подняла на нее покрасневшие от слез глаза.

— Я поняла это, только когда ты заговорила… Почему ты попросила отменить казнь? Пусть бы уже все скорее закончилось…

Адриана закусила губу, чувствуя, как внутри все сжимается. Но свои слезы она выплакала еще несколько дней назад, прощаясь с пекарней.

— Потому что ты должна жить. А все, что произошло, пусть останется в прошлом.

Светловолосая девушка чуть дернулась, а потом отрывисто заговорила, будто у нее больше не осталось сил сдерживать слова.

— Они… они всегда говорили… что существует только гордость и превосходство… я как-то спросила матушку, что будет… если вдруг я не стану лучшей. — Джеймера коротко вздохнула, будто ей не хватило воздуха. — А она ответила… что в ее глазах это ужасный позор… после которого только и останется — выдать меня за конюха, и выслать подальше от столицы.

— С их самолюбием, они бы никогда так не поступили.

— Наверное… но если бы я не поддержала семейную традицию, они в отместку выдали бы меня за старика… Одна из моих сестер все время была второй. Я помню, как отец сказал, что если она вернется с экзамена без золотой ленты… то объявит о помолвке с графом Шарсом… ему тогда было где-то семьдесят лет.

— Насколько помню, у всех твоих сестер ленты?

— Ее выручила подруга, которая нарочно рассыпала свой букет… И только из-за этого не стала первой.

Адриана ощутила, как внутри все всколыхнулось от возмущения.

— Мы столько лет учились бок о бок. Почему ты об этом не рассказала?

— Я презирала сестру за слабость, и верила, что справлюсь сама. — девушка опустила голову. — Да и разве, ты бы мне уступила?

— Если бы знала, почему это так важно… Конечно да!

По щекам Джей вновь потекли слезы.

— Теперь это не имеет значения… все кончено. Адри, ты всегда была великодушной… если сможешь, прости меня…

Девушки проговорили до самого вечера. В какой-то момент у Джеймеры окончательно иссяк запас слез, и теперь она просто слушала, через что Адриане пришлось пройти, чтобы заполучить пекарню.

— … я договорилась с местными мальчишками, и они приносили из леса ягоды, в обмен на пироги.

Адри на миг замолчала, вспомнив круглые чумазые лица. И хоть времени, с момента расставания, прошло совсем немного, где-то в глубине души шевельнулась грусть.

— А эта девочка, которая там работает?

— Тая. Она поможет освоиться, и встретит тебя со всей душой. Но вот с ее братом, будь осторожна. Хотя в целом, Ром тоже хороший парень.

Джей кивнула. Но как бы она ни храбрилась, будущее пока вызывало у нее безотчетный страх. И даже не предстоящая тяжелая работа, а жизнь в окружении простолюдинов. Сможет ли она терпеть постоянную вонь и грязь? Еще и магию придется от всех скрывать…

— Ты справишься. — подавшись вперед, Адри сжала ледяные руки. — Ты же лучшая в нашем выпуске.

Голубые глаза затуманились.

— Эта лента была твоя.

— Неважно. Просто пойми, что в рабочем квартале ценят не происхождение, а человека, и его труд. — откуда-то сами пришли нужные слова. — Сделай так, чтобы местные тебя полюбили, пусть пекарня станет лучшей в городе. Быть может, гордость твоего отца пошатнется, когда он поймет, что тебе не нужен его титул. И что своей жизнью ты способна распоряжаться сама.

Глава 53

Дома

Адриана не знала, удалось ли ей убедить Джей, но очень на это надеялась. Она понимала, что идет на риск, вручая в руки бывшей однокурсницы свою пекарню. Но в глубине души теплилась надежда, что Джеймера все-таки справится.

Ведь признанная красавица всегда желала быть лучшей. А теперь, на долгие годы ее судьба будет тесно переплетена с репутацией пекарни. И Адри казалось, что оправившись от первого потрясения, Джей вывернется из кожи, чтобы утереть своему семейству нос.

Рейнард дожидался девушку в каменном коридоре. Неужели он все эти часы провел здесь? Однако, когда дверь наконец отворилась, он даже взглядом не дал понять, что разговор продлился слишком долго.

Адриана склонила голову, чувствуя, как у нее опять загорелось лицо.

— Я забыла о времени. Простите.

— Все в порядке. — голос мужчины звучал мягко, совсем не так, как в зале суда. — Кто-то же должен был рассказать осужденной, что ее ждет. Дальнейшее зависит исключительно от девицы.

Почему-то то, что Джей больше не называли — «леди Гаренсон», царапнуло слух.

— Надеюсь, пекарня устоит. — Адри чуть запнулась. Ее беспокоило, поладит ли новая пекарша с Таяной? Но об этом девушка говорить не стала. Случись что, она все равно не оставит свою помощницу.

— За ней присмотрят. — по губам Рейнарда скользнула едва уловимая улыбка и скрылась в отблеске глаз. — Виконтесса… Граф Таллес решил заранее предупредить супругу о вашем возвращении, поэтому он не так давно отбыл. Но по его просьбе, если конечно не возражаете, до дома вас сопровожу я.

Выйдя из кареты, Адриана с нежностью оглядела каменный особняк. На миг ей даже показалось, будто ничего не было. И она просто приехала из Магического института в выходной день.

Простившись с Рейнардом, девушка медленно поднялась по ступеням и, чувствуя, как гулко колотится сердце, толкнула дверь…

Зал первого этажа был точно таким же, как и в день ее отъезда. Все те же круглые столики, тяжелые шторы и обволакивающий со всех сторон уют. Единственное, что изменилось — тут больше не пахло цветами.

Задержавшись на пороге, Адриана сделала глубокий вдох. На нее вдруг с отчетливой ясностью накатило осознание — все прошло. Она действительно дома.

Будто не было никаких невзгод. Будто не существовало пекарни…

— Моя девочка… — из кресла поднялась бледная, худощавая женщина — Феред сказал, что ты скоро вернешься… И вот… ты тут.

Марида явно пыталась справиться с собой, но Адри без лишних слов заключила мачеху в объятия. Пусть это против правил и этикета, но в их доме и прежде, далеко не всегда соблюдались церемонии. Куда важнее было живое тепло.

Наконец, женщина нашла в себе силы отстраниться, и прижала платок к губам.

— Отец у себя. Ты же знаешь, он никогда не выказывает чувств, дай ему немного времени.

— А мальчики?

— Они прибыли вчера. — мачеха промокнула прозрачные капли в уголках глаз. — Но я не нашла в себе сил сообщить…

Ощущая себя, словно в тумане, Адриана двинулась к лестнице. Ей хотелось одним духом взбежать по ступенькам, и в то же время, отсрочить долгожданный момент. Она догадывалась, что это Рейнард позаботился о том, чтобы братья были сегодня дома. И от этого понимания на душе становилось тепло.

Адри не помнила, как поднялась на второй этаж, и остановилась только напротив знакомой до боли комнаты. Наверное, следовало постучать, но взгляд уже сам собой коснулся двери…

Валер рассеянно смотрел на перо, которое небрежно скользило по бумаге, то и дело оставляя кляксы. Димир перелистывал книгу, даже не вникая в содержание строк.

— Тебе не показалось, ма была сегодня какая-то странная?

— Она давно такая. — парень потрогал пальцем каплю чернил. — Может расстроилась, что нас отправили домой?

— Но мы ведь ничего такого не сделали! — возмутился Димир. — Она просто думает о…

— Не надо! — поспешно остановил его брат. — Знаю, ты тоже скучаешь, но я все еще не готов об этом говорить. Если бы мы тогда не уехали… — он осекся на полуслове, глядя, как открывается дверь.