Мой враг (СИ) - Сергеева Елена Владимировна - Страница 28

Дверь открывается, и я оказываюсь лицом к лицу с человеком, которого столько обманывала. Мужественно не отвожу глаза и вхожу в гостиную. Вадим что-то тихо говорит моему конвоиру, закрывает дверь и подходит ко мне.

– Жду твоих объяснений. Что это? – он указывает на наши фото, лежащие на столе.

– Фотографии.

Приближается вплотную, и я вижу ярость в его глазах.

– Мне не до шуток.

Внутри меня все трясется от страха, может, поэтому, обороняясь, я веду себя вызывающе.

– В чем проблема? Твоей жене по барабану – спишь ты только с ней или еще с кем-то! Разве нет?

– А я не знаю, спал я с тобой или нет, – отвечает он мне в губы.

Сглатываю. Я выбрала неправильную тактику. Оказаться в его постели сейчас, после осознания всей бесполезности моих действий, будет фиаско.

Делаю шаг назад, но он хватает меня за талию и резко притягивает к себе.

– Давай займемся сексом на этом диване, как на фото. А то так странно получается – фотографии есть, а секса не было.

– Я не хочу, – стараясь говорить твердо, заявляю я.

– Почему, детка? Я же нравлюсь тебе.

Не знаю, что ответить ему. Я даже думаю о том, что, может, стоит сказать правду. Или ради своего спасения лучше молчать о ней?

Вадим тянет меня к дивану, и в одно мгновение я оказываюсь под ним. Он тяжело дышит и внимательно смотрит на мою реакцию.

Не выдерживаю и кричу:

– Я не хочу этого! Ты же не будешь насиловать меня?

Отпускает. Сажусь подальше от него, обхватив руками коленки.

– У нас ни разу ничего не было, ты подсыпала мне какую-то гадость, и я засыпал? Так?

Киваю, понимая, что он загнал меня в угол.

– Я жду от тебя объяснений.

Поднимаю на него глаза и, отчеканивая каждое слово, обвиняю его в преступлении, за которое он не понес наказания.

– Ты убил мою сестру – Веру Сотникову! Я приехала, чтобы поквитаться с тобой!

Я даже боюсь думать, что произойдет дальше. Я просто смотрю в его глаза с ненавистью, вновь вспыхнувшей во мне к этому человеку.

Секунда сменяет другую, и вдруг я замечаю, что его взгляд потерялся где-то и он смотрит и не видит меня. Удивляюсь, но по-прежнему смирно сижу и жду, что будет дальше.

Через пару минут замечаю, что Вадим вернулся ко мне и смотрит на меня.

– Ты сестра Веры?

Киваю, поражаясь тому, что он не ведет себя как преступник. Возможно, так ведут себя раскаявшиеся преступники?

– Вот в чем причина…

Таращусь на него, пытаясь уловить ход его мыслей.

– Какая причина?

– Ты напоминала мне ее в чем-то… Больше, конечно, внешне… Я давно ни к кому не чувствовал такой нежности, после того, как…

Он замолкает на самом важном.

– После того как что?

Холодный взгляд и резкий ответ:

– После того, как она погибла…

– После того, как ты помог ей выброситься из окна! – повышаю голос, забыв о благоразумии и своей безопасности.

Вадим пригвождает меня взглядом и произносит, громко и твердо:

– После того, как она погибла…

– Почему я должна верить тебе? – не унимаюсь я. Если у меня не получилось отомстить ему, я обязана хотя бы поставить все точки над i.

– Потому что я на свободе!

Меня совсем не убеждает ответ Вадима, и я бросаю ему в лицо новое обвинение:

– Ты подкупил следователя!

– Я любил ее, – вздыхает он.

Недоверчиво смотрю на него. Вадим сидит, сгорбившись, подпирая лицо руками, всем своим видом выражая скорбь, но я все еще не могу поверить ему.

– Она стала мешать тебе, потому что забеременела.

– Ты говоришь, как будто знаешь все лучше меня, – горько усмехается он, оборачиваясь. – Ты не думала, что какая бы у тебя ни была версия, нужно хотя бы выслушать другую?

– Я готова выслушать тебя.

Вадим идет на кухню, наливает себе коньяк и спрашивает:

– Тебе вина?

– Я не буду пить.

Возвращается, садится на диван рядом со мной.

– Я познакомился с Верой случайно в магазине. Я забыл дома бумажник, а того, что наскреб в карманах, не хватало на оплату, и она мне одолжила сто рублей, – начинает он, и на его губах появляется грустная улыбка. – Она мне очень понравилась, да и ее поступок не оставил меня равнодушным. Я подождал, когда она оплатит свои покупки, и предложил подвезти. Она отказалась, но согласилась встретиться на следующий день. Я придумал безотказный предлог, чтобы я мог вернуть ей деньги. С того дня мы стали встречаться каждый день, но я ни разу не проводил ее до дома, она рассказывала про строгую бабушку, и когда ты однажды не дала себя поцеловать и сказала, что у тебя строгая бабушка, я подумал – судьба смеется надо мной…

Вадим замолкает, делает внушительный глоток из стакана.

– Мы встречались с ней полтора месяца… Я потерял голову окончательно… Это были лучшие полтора месяца в моей жизни. Я решил развестись с женой, но она сообщила, что беременна, и я отложил развод, а потом забеременела Вера…

Я ловлю каждое его слово, пытаясь вобрать в себя каждое мгновение последних месяцев жизни сестры.

– Я признался ей, что женат, но люблю ее, предложил переехать в квартиру и подождать развод, но мы поссорились, она сбежала в Москву и перестала брать трубку. Я звонил ей днем и ночью, но она не отвечала. Я думал, сойду с ума от волнения.

Вадим останавливается и тяжело вздыхает. Я вижу, как трудно ему даются эти воспоминания… Теперь я точно не сомневаюсь, что он любил Веру. Невозможно обычному человеку играть так правдоподобно…

– Она позвонила мне через три дня. Говорила неадекватные вещи, что бабушка считает, что я ее обманываю и не люблю, что она послушалась и убила нашего ребенка, тут же просила прощения и говорила, что теперь мы не можем быть вместе. Я ничего не понимал, не знал, правда ли то, что она говорит, я только чувствовал, что с ней происходит что-то плохое, и безумно хотел увидеть ее и поговорить с ней с глазу на глаз. Она согласилась. Мы условились встретиться в нашей квартире. Но когда я приехал, она уже…

По моему лицу покатились слезы, и я видела, что слезы стоят и в его глазах…

– Но кто-то помог ей выпрыгнуть из окна? Я не верю, что она сделала это сама! – произношу я дрожащим голосом, заново переживая тот ужас, что чувствовала, когда мне сообщили о ее смерти четыре года назад.

– Вскрытие показало, что она была в наркотическом опьянении и что она действительно недавно сделала аборт, – отрешенно отвечает он. – Я могу показать тебе документы, которые у меня остались по тому делу. Я очень хотел найти виновного, но у меня ничего не получилось.

Смотрю на него и не вижу его. Я четыре года ненавидела человека, который любил Веру не меньше меня и который тоже пытался узнать правду.

Кладу руку ему на плечо:

– Прости за то, что я сделала.

Вадим смотрит в мои заполненные слезами глаза и вытирает мокрую щеку.

– Когда ты плачешь и твои глаза не горят дьявольским огнем, ты очень напоминаешь ее… Но, к сожалению, для меня ты не она, а только сестра, внешне напоминающая Веру…

Замечаю в его глазах такую нежность, какой никогда не видела, но я знаю, что она предназначена моей сестре. Начинаю усердно моргать, чтобы остановить новую волну слез.

– Из всего случившегося со мной я понял одно: если ты любишь человека, то должен дорожить каждым мгновением, что проводишь с ним. Жизнь так хрупка и может разбиться в любой момент, и отобрать у тебя его. Запомни это на всю жизнь, Вероника…

В первый раз за долгое время мне не захотелось завопить, чтобы меня не называли полным именем. Из его уст оно звучало особенно. Он словно обращался к ней и ко мне одновременно.

Киваю и вспоминаю о Максе. Можно отнести его высказывание к нашей с ним истории? Тут же вспоминаю его слова, сказанные мне на прощание, и решаю, что это не про нас.

– Я могу уйти? – выдавливаю, чувствуя, что мне нужно срочно домой, прояснить для себя некоторые важные вещи.

– Да, я скажу, чтобы тебя отвезли…

Встаю с дивана, дохожу до двери и, обернувшись, еще раз извиняюсь.