Кредо викканки. Вина и грехи - Вульф Мара - Страница 9

В холле собралось несколько десятков ведьм и ведьмаков, которые замолчали, когда мы прошли мимо них. Я не пряталась ни от одного подозрительного взгляда – наоборот, смотрела в ответ на каждого из присутствующих, а потом вновь сосредоточила все свое внимание на высокой двустворчатой двери и том, что меня за ней ожидало. Когда Люциан приказал двум ведьмакам распахнуть створки, в моих венах шевельнулся расплавленный жар. Подняв голову выше, я задрала подбородок. Стоит хоть на секунду показать свой страх, и я пропала. Дверь открылась совершенно бесшумно, и передо мной предстал большой зал. Круглые столы, за которыми мы ели, спорили и смеялись, исчезли. Вместо этого в дальнем конце теперь уже лишенного всех украшений зала, на пьедестале под высоким арочным окном стоял легендарный терновый трон королевы ведьм. Из окна, украшенного кроваво-алым витражом, лился тусклый свет. Чтобы добраться туда, мне предстояло пройти по всему проходу между колоннами, поддерживающими сводчатый потолок. При этом я буду беспощадно выставлена напоказ перед всеми собравшимися, которые стояли по обеим сторонам. На пару секунд я замешкалась, пока Люциан Фаркас не подтолкнул меня вперед. Не грубый, но весьма недвусмысленный жест, так что я сделала первый шаг и уверенно двинулась вперед. Люциан держался справа от меня, а Криспиан – слева. Позади нас раздавались шаги Кайлы. Селии и Магнуса. Казалось, этот путь не закончится никогда. С каждым пройденным метром температура в зале опускалась чуть ниже, а неестественная тишина становилась все более гнетущей. Я буквально боялась вдохнуть.

Стройная фигура Селесты не шевелилась, пока Люциан не остановил меня в паре шагов перед ней. Как и в нашу прошлую встречу, сейчас она тоже была облачена в одежду невинного белого цвета. Волосы уложены в сложную прическу, а идеально ровные черные круги, обрамляющие ее нижние веки, и прямые линии от нижней губы до подбородка казались еще чернее, чем когда я впервые ее увидела. За троном, увитым шипастыми лозами, выстроилось еще несколько человек, однако у меня не получалось разглядеть их лица, потому что парящий люмин обволакивал своим теплым светом только королеву. Ее белые глазные яблоки неподвижно смотрели на меня. На губах играла торжествующая улыбочка, и я знала, что даже без радужек она подмечает все мельчайшие детали моей внешности. Невидимая магия потянулась ко мне и теперь ощупывала. Проверяла. Не моргнув и глазом, я позволила ей это сделать.

– Валеа, дитя мое, – с материнской нежностью в голосе поприветствовала меня королева. – Ты жутко замерзла и так исхудала. Мне следовало вернуть тебя гораздо раньше. Очевидно, люди обращались с тобой не лучшим образом.

Одним элегантным движением Селеста встала. Белоснежное платье было расшито крошечными жемчужинами. Оно подчеркивало ее хрупкое телосложение, переливалось и излучало сияние. От вида королевы перехватывало дыхание. Она бесшумно поплыла ко мне. И вдруг ее магия резко усилилась.

Я скрипнула зубами, однако продолжала стоять прямо, когда по моей коже прошлись острые когти.

– Сейчас я здесь, как ты того требовала, и хотела бы увидеть свою сестру.

Смех Селесты разнесся по залу, как рассыпавшиеся жемчужины, и все присутствовавшие – и мужчины, и женщины – подобострастно к нему присоединились. Звучало кошмарно – как плохо отрепетированное театральное представление. Королева положила ладонь мне на щеку. Я вздрогнула, но усилием воли запретила себе делать шаг назад. Ее лицо так сильно приблизилось к моему, что я кожей ощущала дыхание Селесты. По крайней мере, сегодня ее не окружал тот странный тошнотворный запах. В противном случае, несмотря на пустой желудок, меня наверняка бы стошнило. Селеста не выглядела на свой возраст. Наоборот, можно подумать, что она всего на пару лет старше меня. Кроме того, если не принимать во внимание жуткие глаза, королева отличалась невероятной красотой. Кожа гладкая, словно тончайший шелк. Черные волосы блестели, напоминая отшлифованный обсидиан, черты лица безупречные. По сравнению с этой женщиной я выглядела изможденной и потрепанной.

– Единоутробную сестру, – проворковала она ядовитым, как змеиный укус, тоном. – В ее жилах не течет ни капли ведьминской крови. Лупа Пател ожидает казни во внутреннем дворе. Она подняла бунт против меня и тем самым подвергла Ардял опасности. Уверена, ты и сама прекрасно понимаешь, что я не могу спустить ей это с рук. Я должна наказать ее в назидание остальным: никто больше не посмеет восстать против нас.

Против нас? Нет никаких нас.

– Вот почему я здесь, – ответила я, стараясь ничем не выдать, как сильно меня трясет. Не от холода, а от страха, что она все-таки осуществит свои намерения.

– Лупа покинет Ардял. С ее стороны тебе больше нечего будет опасаться.

Змеиная улыбка Селесты застыла.

– О, я и так не опасалась, – снисходительным тоном заявила мне она. – Обо мне можешь не беспокоиться. Но я рада, что ты исполнила мою просьбу и вернулась. Я должна была узнать тебя еще во время своего первого визита в Карайман и сожалею, что не сделала этого. Тогда ты бы заняла место, которого заслуживаешь, а не ходила бы в этих обносках и не терпела бы унижения людей. – Королева ведьм начала медленно обходить меня по кругу. Я не шевелилась. – Твоя магия сильна, – негромко произнесла она, словно нараспев. – Как у твоего отца. – Ее дыхание коснулось моего уха. – Глупый мальчишка, не следовало ему убегать. – Эти слова прозвучали так тихо, что расслышать их могли максимум Кайла и Селия благодаря сверхчувствительному слуху. Селеста сделала короткую паузу, прежде чем добавить: – Никто не смеет противиться моим желаниям и приказам. Запомни на будущее. – Она вновь остановилась напротив меня. – Я придумаю соответствующее наказание жителям той деревни.

Ее явно раздражало, ни одна из угроз не произвела на меня должного эффекта.

– В этом нет необходимости. – Слышно ли ей, как у меня подскочил пульс? Я боролась с желанием приложить ладонь к сердцу, чтобы его успокоить. Как она могла об этом узнать? Оглянуться на Магнуса я не смела. Кто еще там присутствовал, помимо нас? – Они ничего мне не сделали. Просто испугались.

– О. – Брови Селесты поползли вверх. – Значит, я что-то неправильно поняла. Элени?

Она обернулась, и из толпы ведьм и ведьмаков вышла молодая женщина, которая в прошлом жила вместе со мной в Караймане. В сером плаще и с метлой в руках, она стояла, опустив голову. Пепельные волосы, как и плащ, были мокрыми.

– Да, моя королева? – раболепно пробормотала она.

– Разве не ты совсем недавно доложила мне, что селяне собрались устроить самосуд над моей Валеа? Ты солгала мне? – грозно спросила королева и в ожидании склонила голову набок.

– Наверное, я неверно что-то истолковала, – почти беззвучно откликнулась Элени.

От нее волнами исходил страх, и мне стало жаль девушку, хотя ее обвинения могли стать причиной гибели множества людей, если мне не удастся отговорить Селесту от возмездия.

– Если ты считаешь, что здесь мне будет безопаснее, я останусь. – Видимо, во мне осталось достаточно викканской сущности. Те люди убили бы меня, и плевать, скольким из них я спасла жизнь. Энес лично перерезал бы мне горло, несмотря на то, что нас связывало. Я ничего им не должна, и тем не менее не хотела быть ответственной за кровавую баню. Мысленно я покачала головой над собственным поступком. В будущем, чтобы выжить в этой яме со змеями, придется забыть о совести. Нужно думать лишь о своей семье, своей задаче и о том, что будет лучше для того и другого. Остальное не имеет значения.

– Хм. – Селеста определенно злилась. – Что же мне с тобой делать? Ты для меня бесполезна, раз приносишь недостоверную информацию.

Казалось, Элени еще сильнее уменьшилась в размерах и чуть ли не растворилась в своем сером плаще. Она и раньше была незаметной, а сейчас, на фоне этого серого цвета, вообще выглядела эфемерной. Внезапно я поняла, почему никто из нас не обратил на нее внимания. Скорее всего, она прекрасно умела сливаться с окружающей обстановкой. Какая практичная магия. Надо будет запомнить.