Барышня с подвохом или выжить любой ценой (СИ) - Ос Ксения - Страница 32

— Не было на тот момент никого, кто бы имущество мог оспорить, — качнул головой родственник, — да и с рудником тоже не все так просто, пустой он давно, — покачал головой с сожалением.

Надежда не слишком-то и ожидавшая подарков от новой жизни все же вскинулась любопытно.

— Я потом тебе объясню, для чего батюшка твой легенду о его существовании поддерживал. Наверно расскажу. Если ты и в правду Надежда, конечно, — добавил он очень тихо, но разобравшая слова девушка только кивнула согласно.

— Лежите, Петр Васильевич, набирайтесь сил, — сказала она спокойно, — завтрак через полчаса принесу, а пока отдохнуть бы вам не мешало.

34. Ультиматум

Как ни странно, но Петр Васильевич в доме прижился. Не то чтобы ему тут же начали доверять бездумно, но вставший уже на третий день мужчина оказался очень даже полезен.

А еще, показанная на ключице метка, заключенная в ветвистый круг говорила о том, что магическую клятву верности Главе Рода этот мужчина давал, а значит, доверием пользовался однозначно. Оставалось лишь надеяться, что и ей, Надежде, этот родственник вреда принести не сможет.

— Когда все произошло, меня не было в поместье, — рассказывал удрученно Петр Васильевич, — я тогда по Уральским горам лазал, а потом в Екатеринбурге, по поручению твоего батеньки был, договор на приобретение земли подписывал, а вот когда вернулся тут-то охота на меня и началась. Там как раз передел предприятий начался и меня, как представителя рода Иворовых, быстро достали. Я тогда три месяца без сознания в больнице провел. Думаю, что не ожидали эти кровопийцы, что выживу оттого и добивать не стали. Хорошо, что магия хоть и слабая, но имеется, а так точно не вытащили бы меня лекари. Вот и получилось, что к тому времени как я осознавать себя начал ты уже у Николки Васильчикова под опекой жила. Я несколько раз к тебе подобраться пытался, да не пустили меня. Так и сказали, что ты теперь в другом Роду и ни в наставниках, ни в охранниках больше не нуждаешься. А потом кто-то проговорился и на меня, точнее на бумаги, что я с Урала привез, снова охота началась. Я же договор магический на Константина Валентиновича оформил и деньги с его личного счета перевел, а поскольку подписан он, в тот же день, а возможно и после смерти Главы рода, то в канцелярии регистрировать его некому оказалось. Не стало оно полноценным учитываемым в общем реестре имуществом, вот новоявленные наследники и пролетели с потенциальными рудниками. В общем, пришлось затаиться мне, да выжидать пока тебе восемнадцать стукнет, а потом вдруг выяснилось, что пропала моя девочка. Тут-то я перепугался и на поиски бросился, а нашел так вовсе случайно, когда ты на рынке молоко покупала, а потом прошла мимо, вроде и не знакомы мы с тобой. Странно все это. Я, конечно, следил несколько дней, пытался понять, что происходит, пока на отморозков, что на мой кошелек позарились не нарвался, но тут уж совсем другая история.

Мужчина выдохнул и посмотрел на девушку серьезно и требовательно.

— Неужели совсем ничего не помнишь? — спросил он недоверчиво, — да и магия у тебя необычная. Не родовая она совсем, поскольку если вода в роду еще и была у кого-то, то с холодом Иворовы точно не дружили, а у тебя два сильных, равнозначных источника отрылись и в один слиться сумели. Странно все это. Понимаю, что инициация дело не предсказуемое, но чтобы так… что и думать, теперь не знаю.

Некоторое время собеседники настороженно молчали, обдумывая каждый свое видение ситуации, наконец, взвесив все риски, Надежда решилась.

— Не то чтобы я тебе доверяла Петр Васильевич, сам понимаешь, тебя я не помню, а клятву ты Главе Рода давал, а никак не мне, но так получилось, что нам знающий, адекватный преподаватель нужен. В общем, подумай, если ты клятву о не причинении вреда дашь, да с магией нам с ребятами поможешь, то все что помню и про инициализацию и вообще как жила, я расскажу. Не много, конечно, поскольку я и сама всего около двух лет жизни помню, но как говорится, чем богаты, тем и давимся, — усмехнулась она, разведя руки в неопределенном жесте.

Собираясь с мыслями и обдумывая странное предложение, мужчина молчал недолго.

— Магия, да еще и такая сильная, это хорошо, замуж сразу, даже не смотря, что поддержки Рода нет, возьмут, — кивнул он согласно, — только учится-то тебе зачем? Все равно же пользоваться ей негде будет — жен даже кристаллы заряжать не заставляют, не принято это в родах боярских. Женщины, они для рождения одарённых наследников предназначены, да хозяйство, чтобы вели исправно.

Выглядел Петр Васильевич действительно удивленным и даже недоуменным. Сразу видно было, что не для того, чтобы обидеть, он весь этот бред говорит, а мысли исходя из реальностей мира, озвучивает.

Надежда даже зубами заскрипела от злости. Впрочем, спорить и доказывать что-то она не стала — придет время сам все поймет, а нет, так и Единый с ним, как говорится. Все равно мужчину она не знала, не помнила, если по официальной версии, а значит и страдать по его отсутствию не будет. Но учитель был нужен, а потому, склонить родственника на свою сторону требовалось обязательно.

Подавив негативные эмоции, Надежда улыбнулась ласково и доброжелательно.

— Как ты понял, дядюшка, магией здесь владеют все, только знания у нас поверхностные очень — лишь то, что я пока в книжном хранилище работала и ухватить успела, — призналась она, цепко отслеживая реакцию Петра Васильевича.

Впрочем, мужчина хоть и молчал, но слушал и выглядел очень даже заинтересованным. Ага, заглотил наживку! Замечательно! Теперь добить его что ли?

— А ведь мне еще Род наш восстанавливать придётся, да и отомстить тем, кто на чужое покусился, хочется. Вот и получается, что учитель мне, да и ребятам заодно, срочно нужен, а кому как не родной крови доверить все это?

Глядя на опешившего от ее слов мужчину, Надежда усмехнулась снисходительно, но решив не давать на размышления много времени, выдохнула и посмотрела на него уже серьёзно.

— Ну, так, что, Петр Васильевич? Поможешь ты нам или мне учителя на стороне искать придется? — надавила она голосом.

Все еще не пришедший в себя мужчина моргнул пару раз, открыл и закрыл рот, вроде сказать, что собирался, а потом нашел силы и кивнул «да» и «нет» неуверенно.

— Если и вправду не помнишь ничего, и то, что не доверяешь, это понятно, — согласился он, придя в себя окончательно, — но как ты Род возрождать собралась? Ты же женщина и не сможешь фамилию сохранить! Да еще и мстить в одиночку… нет, не понимаю. Даже если признает тебя магия, в чем я сомневаюсь, кстати, то, как ты Главой быть собираешься? Нет! Ты женщина, — повторил он уже более уверенно, — не признают тебя другие Рода, засмеют! Да даже если бы и признали, то потянешь ли?

Мужчина, высказав сомнения, замолчал, тяжело дыша, а Надежда ухмыльнулась понятливо, понимая, что мировоззрение родственника полностью перевернулось с ног на голову. Даже жалко стало его, но с другой стороны не до сантиментов тут. Пусть к новой реальности привыкает.

— Надо будет, и без мужа наследника рожу, и не одного, если приспичит, — сказала она спокойно и насмешливо, а потом, заметив открывшего в негодовании рот дядьку, отмахнулась нетерпеливо, — а ты, что предложить хочешь? Забыть о предательстве, выйти замуж, чьей-то третьей младшей женой и фамилию Иворовых в небытие отправить? — рявкнула она не сдерживаясь, резко и очень зло, — нет, дорогой дядюшка, не бывать этому. Все, кто в резне участвовал, заплатить сполна должны, да и имущество украденное вернуть стоит. Прости, Петр Васильевич, но ты или со мной или против меня, третьего тут никак не дано. Двери дома открыты, так, что выбор все равно за тобой остается.

Выплеснув непонятно откуда взявшуюся злобу, Надежда неспешно, выравнивая дыхание, прошлась по комнате и устроилась у окна в углу.

— Ну, так, что, решил? Со мной ты или уходишь? — спросила она уже спокойно, но с нажимом, не давая времени на раздумья, — заставлять тебя, конечно, не буду, как и уговаривать, а вот дальше сам решай, доверяешь ли ты мне или проще тебе в свободное плавание уйти. Имей в виду, крыс сбежавших с тонущего корабля обратно точно принимать не буду.