Злодейка своего романа. Книга 1 - Мамлеева Наталья - Страница 10

– Проверьте зрение, мой король, – отозвалась я и уткнулась в своё окошко, запоздало мысленно отругав себя за дерзость.

О, Владыка хотел многое мне высказать! Он прям с трудом сдерживался! Его кулаки сжимались и разжимались, он то отворачивался к окну, унимая свою ярость, то вновь поворачивался ко мне, открывая рот в немой попытке меня уязвить. Ха, как его задел комментарий о собственном зрении! Но разве я не права? Он ведь король! Должен чувствовать людей вокруг себя! Основная нагрузка правителя – социальная, а Рион, судя по вскружившей ему голову Бель, слишком плохо разбирается в людях.

Вскоре экипаж остановился у вычурного здания из белого камня – мираата на нём не было, хозяева не стараются экономить на услугах магов, что по мне большое расточительство. Я вышла, опираясь на поданную лакеем руку. Солнце уже опустилось, настал вечер, и меня тут же обдало прохладным вечерним ветерком.

У веранды стояли высокие столики, за которыми тоже разместились гости, ведя непринуждённую беседу. Светлячки в деревьях и кустах создавали приятную и волшебную атмосферу, поэтому отдыхающие искренне наслаждались происходящим, заодно посматривая, кто же пожаловал на приём. Приезд гостей – весьма важно, именно первый выход производит основное впечатление.

И вот я – та, которую ненавидит весь королевский двор – в сопровождении, собственно, короля. Чужого жениха. И того, кого мне следует опасаться.

– Руку, леди, – поравнявшись со мной, подал ладонь его величество.

– Как на нас отреагирует общество? – спросила я, нерешительно взглянув на его ладонь. – Если вы будете всё время держать меня за руку?

– Иногда я смогу вас отпускать – десять минут позволят нам периодически отдыхать друг от друга. Тем более, мой телохранитель всегда рядом.

– Почему бы вам не посадить меня под неусыпный надзор своего телохранителя? – прищурившись, спросила я, и сама ужаснулась, представив, что король действительно решится это осуществить.

Но он ведь уже отверг эту идею ещё при магистре Ксенорсе! Хоть здесь можно не волноваться.

– Мне спокойнее, когда моя жизнь зависит исключительно от меня, а не от девицы, что сидит под замком где-то в замке, откуда её в любой момент могут умыкнуть. Дышится легче, – ехидно добавил он, что, впрочем, было весьма логично.

Особенно для того, кто привык быть сильнейшим. А если Дейра по его мнению связана со стихийниками, то это даже убьёт двух зайцев: он сможет вывести её на чистую воду без риска для жизни. Последнее он не сказал вслух, но это читалось в его глазах.

Мы взялись за руки. В какой-то момент мне показалось, что он что-то почувствовал – не та Дейра рядом с ним, совсем не та. С одной стороны, он видел, как девочка взрослела. С другой – он не видел её пять долгих лет и за это время она вполне могла измениться. Даже пристрастия в еде меняются, не говоря уже о манере речи и поведении.

Но нет, король просто отвернулся и повёл меня к веранде, держа за руку, чтобы контролировать. Ведь если я начну применять магию, он сразу же почувствует, а для активации Ока нужны какие-то движения пальцами. Эх, надо было детальнее прописывать мир, глядишь, сейчас бы знала, что именно нужно сделать. Впрочем, десять минут, которые нам подарил магистр Ксенорс, роскошная фора.

– А если ни магистру Ксенорсу, ни придворному магу не удастся снять с нас артефакты?

– Им же хуже. Впрочем, они лишь дополнительный источник информации. Я и сам не собираюсь так просто оставлять это. Поверь мне, сниму при первой же возможности.

– А может, это шанс узнать друг друга получше? Понять наконец, кто волк в овечьей шкуре? – внезапно предложила я, и Рион скосил на меня взгляд, ясно демонстрируя, что он думает о моих надеждах. – О, как же я могла забыть – тебе ведь противно находиться рядом со мной, – губы дрогнули в неприязненной усмешке. – Так не терпится поскорее избавиться, что даже не намерен узнать меня получше. Может, я не злодейка?

– А может, земля на небесах? – высказал бессмыслицу он, намекая на глупость моих предположений. – Или море не солёное?

– Вот как? – прищурилась я и остановилась.

На нас смотрели, но мне было плевать. Мне важно было донести свою мысль до Риона. Возможно, где-то там прячется тот идеальный герой, которого я с такой любовью прописывала?

– Как насчёт стакана морской солёной воды, а, ваше величество? Если твоё мнение изменится, а зрение восстановится, – я подалась вперёд, сжав его пальцы, – то ты на моих глазах выпьешь стакан морской воды так, словно она пресная.

Рион был изумлён. Изумлён моей наглостью. Я вас ещё не раз удивлю, ваше величество, по крайней мере, пока я в теле Дейры.

Всё из-за Бель! Кто бы мог подумать, что она окажется не белой и пушистой? Нет, конечно, обе хороши – я уверена, Дейра давно могла бы и защититься, и прекратить эту вражду, но она шла напролом. Впрочем, чему я удивляюсь, когда борьба идёт за титул королевы?

– Если такое произойдёт, Дейра, то я не только на стакан морской воды буду готов, но и опустить небеса к земле.

– Не зарекайся. Это уж точно не в твоих силах, – проговорила я без тени улыбки.

Мы вошли по красной ковровой дорожке в особняк. Взгляды гостей неминуемо обращались к нам, когда мы проходили мимо. В них читались шок, недоумение, недоверие собственным глазам, а затем… злость. Они не понимали, как король мог прибыть на важный приём в присутствии леди, лишённой доверия?

Едва мы вошли, нас встретила хозяйка приёма – следы растерянности, если они и были, уже пропали. Она идеально держала лицо. Видимо, ей успели доложить о спутнице Владыки.

Среднего телосложения, с высокими, щедро нарумяненными скулами и полными губами, которые сейчас растягивались в приветливой улыбке, виконтесса лучилась радушием. А ещё у неё были чудесные брови – очень подвижные, они идеально выражали любую эмоцию своей обладательницы.

– Ваше величество! Какое счастье видеть вас! – присела в реверансе Данверри.

– Я не мог пропустить столь значимое событие, виконтесса. Тем более мы с вами давние друзья.

– Отрадно это слышать, Владыка, – расцвела женщина и всё-таки скосила взгляд, в котором проскользнуло недовольство, на меня. – И вы здесь, леди Орконзе.

Тут как тут, так сказать. И ничего с этим не могу поделать.

Виконтесса тоже думала примерно о том же, что она ничего не может поделать с моим присутствием на своем балу. Для неё было большой честью приезд короля, и она явно не собиралась показывать себя в дурном свете перед Владыкой.

– Ваша милость, – я склонилась в поклоне, хотя и понимала, что он выйдет неуклюжим, – присоединяюсь к словам его величества: такой роскошный приём никак нельзя пропустить.

Кажется, моя лесть не сработала – из глаз виконтессы не желала уходить предвзятость. Как и из взглядов других гостей. Я старалась не обращать внимание на это липкое, неприятное чувство, что за мной наблюдают, но все-таки оно пробиралось в душу и заставляло нервничать.

В первый же свой день попаданства я оказалась на приеме, где приходится держать лицо. Без подготовки, без вводных, просто раз – и с корабля на бал. Вот только и корабль был странным – переход из одного мира в другой – и бал не слишком дружелюбным.

– Тогда желаю вам приятно провести время, – без капли искренности отозвалась женщина и вновь сделала реверанс перед его величеством, пропуская Владыку в зал. Ну и меня заодно.

Здесь нам вновь не удалось избежать внимания. На нас не просто косились, нас пожирали взглядами. Я даже жалела, что не страус, который способен спрятать голову в песок. Как бы мне сейчас пригодилось это качество! Правда, представив, как я посреди бала прячу куда-нибудь голову, тем самым вставая в неэтичную позу и показывая всем нижние юбки, меня пробило нервным смехом. Рион покосился на меня, но описывать свою фантазию я не стала. Вместо этого представила всех окружающих гостей в позе страуса. Вон ту роскошную дородную женщину в красном платье – как все гости увидят её панталоны, или вон того напыщенного индюка под два метра ростом, худощавого, лет за сорок, который что-то нашептывал своей жене, при этом речь шла явно обо мне. Вскоре в моей фантазии весь зал превратился в настоящий спортивный клуб по пилатесу – и мне стало легче. Смех над оппонентами быстро сбавляет градус страха перед ними.