Одна ночь соблазна - Фоули Гэлен - Страница 56

В глазах князя мелькнуло нечто, похожее на благодарность, а чресла налились тяжестью нового желания. Он по-прежнему не доверял этой шлюхе, но сейчас по крайней мере был уверен, что может управлять ею.

— Рассказать? — прошептал он скорее себе, чем ей.

— Расскажи. — Ева приоткрыла глаза и заглянула ему в лицо. — Позволь доказать, что я достойна тебя.

Михаил с осторожностью обдумывал ее слова. Возможно, она действительно окажется полезной. Видит Бог, пока ничего не получилось. В поисках девчонки его люди шныряли по Лондону и Брайтону. Другие стерегли основные дороги в Йоркшир, круглые сутки наблюдали за домом Уэстленда, но нигде не было и следа Ребекки Уорд. Михаил поневоле предположил, что кто-то ее прячет. Возможно, эта необычная, ловкая женщина преуспеет там, где не справились его люди.

— Возможно, ты и правда можешь кое-что для меня сделать.

— Только скажи, — прошептала женщина, оседлала его бедра и обхватила шею руками.

— Когда умер мой дед, я, по его завещанию, стал опекуном своей кузины, сироты примерно двадцати лет. И что же? Глупая малышка воспротивилась моей власти. Пока я не появился, ей было позволено делать все, что она пожелает. Когда же я попытался ввести хоть какую-то дисциплину, она впала в неистовство и сбежала. — Михаил ссадил Еву со своих колен, поднялся и пошел загасить окурок своей сигары. — Я не знаю, где она, у кого, — продолжал князь. Ева наблюдала за каждым его движением. — Подозреваю, что она могла совсем сгинуть. Когда она покинула дом, у нее почти не было денег, а молодость и красота сделают ее легкой добычей любого негодяя.

— Лично мне дела нет, что сталось с Ребеккой, — солгал он. — У этой девчонки мерзкая привычка рассказывать обо мне гнусные небылицы.

— Вот как? — промурлыкала Ева.

— Именно так. Небылицы самого шокирующего и опасного свойства. Если не заставить ее молчать, такие разговоры могут весьма мне повредить. К несчастью, мои люди до сего дня не преуспели в ее поисках. Последний раз ее видели в Лондоне несколько недель назад. С тех пор она просто исчезла.

— Может быть, погибла?

— Нет. В Лондоне у меня есть человек, который просматривает списки умерших. Пока — ничего.

— Ты связывался с ее друзьями?

. — Насколько мне известному нее никого нет. Она не знакома ни с кем за пределами своей деревни. Я думаю, используя имя Толботов, она могла обратиться за помощью к кому-нибудь из старых друзей моего деда.

— К кому-нибудь из общества? — Ева была заинтригована.

— Да, к кому угодно. И теперь рассказывает обо мне всякие мерзости. Сам я ограничен в возможностях наводить справки из-за… — Михаил поискал наиболее деликатное выражение. — …из-за ситуации с леди Парфенией.

— Правильно, — отозвалась Ева, накинула красный шелковый халат, завязала его и подошла к Михаилу. — Возможно, я помогу тебе разыскать эту девушку. — Она склонила голову набок и разглядывала мужчину черными глазами, в которых отчетливо поблескивали порочные огоньки. — Как она выглядит?

— Ну, как я уже говорил, ей около двадцати лет. Примерно вот такого роста. — Он поднял руку на уровень груди. — Хорошая фигура. Смазливое личико. Волнистые черные волосы до талии и синие глаза.

— Надо же, судя по твоим словам, она просто красотка. — Ева состроила кислую мину, потом бросила на князя скептический взгляд. — Михаил, ты уверен, что она убежала только… из-за твоей дисциплины?

— Что ты имеешь в виду? — резко спросил князь, вздергивая подбородок.

Ева посмотрела на него, как кошка на сметану.

— О, ничего. Итак, как же зовут эту восхитительную малышку? — Она повернулась загасить свечу, потому что комнату уже заливал свет восходящего солнца.

— Ребекка. Ребекка Уорд. Обычно ее зовут Бекки. На мгновение Ева застыла на месте.

— А у нее… нет других имен, которыми ее называют? Михаил покачал головой:

— Насколько мне известно, нет.

— Ага…

— Ты сможешь расспросить о ней в обществе? Но очень аккуратно. Тут главное — осторожность, любимая, — последнее слово он добавил по-русски.

— Ну разумеется. Однако я подозреваю, что могу представить ее твоим глазам, как фокусник вынимает из шляпы кролика, — воскликнула Ева со зловещей ухмылкой. — Но прежде чем я соглашусь тебе помочь, позволь мне поставить одно условие.

— Что же, меня это не удивляет, — пробормотал Михаил, не в силах сдержать улыбку. Как его завораживала эта коварная женщина, такая бесстыдная и прекрасная, а ведь сейчас ему следовало бы возмутиться. — И какое же условие я должен выполнить, баронесса?

Ева обняла его за шею и, сверкая огненными глазами, улыбнулась.

— Если я разыщу для вас эту девчонку, вы должны забыть Парфению Уэстленд и жениться на мне!

Он положил ее руку себе на член.

— Найди ее, и я дам тебе снова его попробовать.

— Посмотрим.

Они обменялись хищными улыбками, потом Михаил отвернулся и стал одеваться.

— Я ухожу, — сообщил он. — Перед финальным туром мне надо поспать. Одна очень темпераментная волшебница не давала мне спать всю ночь.

В голове Евы уже кружились сладкие мысли. Она сложила руки на груди, кивнула на прощание, князь вышел из ее покоев и твердой походкой военного человека отправился домой во главе своей маленькой армии.

«Восхитительно!» — думала баронесса в злобном предвкушении мести, радуясь этой нежданной милости фортуны. Похоже, она может поймать сразу двух зайцев — отомстить Алеку и продемонстрировать преданность Михаилу, доказав ему, какая прекрасная они пара.

«Ода, — размышляла она, изгибая в хищной улыбке безупречные губы, — очень скоро я пожну лавры этой победы».

Сам Алек тоже будет присутствовать на финальном раунде турнира, девчонка окажется беззащитна.

Итак, сегодня ночью.

Алек и Бекки молча стояли на берегу и смотрели на море. Бекки знала: через несколько минут ему надо идти. Для визита на яхту регента Алек надел официальный черно-белый костюм — фрак и шелковую рубашку. Сама Бекки, желая показать уверенность, что у них будет повод для праздника, когда возлюбленный вернется, надела вечернее платье бледно-зеленого шелка, являя собою картину элегантной простоты.

Ярдах в двадцати от них стоял лорд Драксингер. Он поджидал Алека, чтобы вместе отправиться на финальный раунд турнира по висту, и нервно швырял в море мелкие камешки. Раш и Форт деликатно держались поодаль, почти у самой стены сада, и ждали, пока можно будет доставить Бекки обратно на виллу. Они снова должны были ее охранять, пока Алек и Дрэкс будут сражаться на турнире.

Всего четверть часа назад записки Бекки были доставлены леди Парфении. Их засунули в маленькую коробку из лавки местной модистки. Дочь герцога сразу получит отправление, и, если все пойдет по плану, Уэстленд прочтет свидетельство Бекки, пока сам князь играет в вист на яхте регента — отрезанный от своих казаков, лишенный возможности скрыться. В своем послании Бекки советовала его светлости поставить в известность местные власти, чтобы их люди ждали в доке и арестовали князя, как только тот покинет яхту регента и ступит на землю.

Девушка была уверена, что так все и случится, но у Алека были сомнения.

Дрэкс в отдалении взмахнул рукой и указал на карманные часы.

Алек жестом успокоил его.

— Надо идти, — пробормотал он.

Она подняла руку и коснулась его лица.

— Алек, я хочу, чтобы ты знал: чем бы ни закончилась нынешняя ночь, это никак не повлияет на мои чувства к тебе.

— Э-э-э… да. И вот еще что… — Он придвинулся ближе, обнял ее и прижал губы ко лбу Бекки. — Раз мы обещали не иметь тайн друг от друга, я, наверное, должен тебе рассказать.

Она слегка откинула голову и настороженно заглянула в синие глаза возлюбленного.

— О чем, дорогой? — спросила Бекки и с растущей тревогой отметила, как беспокойно он выглядит.

— Бекки! — Алек набрал в грудь воздуха. — Существует маленькая, но реальная вероятность, что я не вернусь.

Девушка нахмурилась.

— Как? Что ты имеешь в виду?