Самый настоящий бывший босс (СИ) - Варшевская Анна - Страница 21

– Почему что-то обязательно должно случиться? – хмыкает мужчина. – Можно к тебе присоединиться? Я тоже ещё не завтракал.

Честно сказать, мне хотелось побыть одной. Я до сих пор не до конца осознала, что Алексей теперь в курсе Матвея и нам придётся как-то налаживать отношения. Ещё один мужчина в моей жизни сейчас совершенно некстати!

Столько лет спокойно обходилась без внимания со стороны противоположного пола, и вот – на тебе! Как любит говорить мама, «не засуха, так ливень». Вздыхаю. Я ведь обещала Володе, что он может обращаться за любой помощью.

– Конечно, можно, – стараюсь, чтобы в голосе звучал если не энтузиазм, то хотя бы вежливость, но мой собеседник явно считывает моё настроение.

– Не переживай, надолго я тебя не задержу, – в голосе отчётливо слышится насмешка. – Ресторан, надеюсь, не на окраине?

Называю адрес, и мужчина довольно говорит:

– Отлично, я относительно недалеко. Буду через полчаса.

Пока жду Володю, рассеянно съедаю свой завтрак – всё приготовлено нормально и, наверное, вкусно, но я почти не замечаю, что ем, опять погрузившись в раздумья. Выныриваю из задумчивости, только когда напротив меня выдвигается стул. Поднимаю глаза, готовая улыбнуться мужчине, но тут же удивлённо моргаю.

– Ты что… ты военный? Или полицейский?

– Почему так решила? – прищуривается Володя. – Привет, кстати!

– Привет, – киваю неловко и пожимаю плечами. – Уж больно пиджак у тебя… форменный.

– Это китель, – поправляет меня мужчина на автомате.

– Ну да, я это и имела в виду, – улыбаюсь, – никогда этим особенно не интересовалась, и в семье не было ни друзей, ни родственников. А где погоны? И ещё такие штучки на рукаве, не помню, как они называются…

– Шевроны, – усмехается Володя. – Китель новый, погоны и шевроны пришивают к форме. Обычно мать пришивала, но… – он хмурится, сжимает губы, а потом говорит, похоже, не то, что собирался: – Я его пока просто как верхнюю одежду ношу. Сейчас в отпуске, так что можно.

– А-а-а, понятно, – тяну задумчиво, хотя для меня это странно. – А что, когда на работе, нельзя так?

– На работе, – мужчина откидывается на спинку стула, – я должен быть одет по форме.

– Надо же, как строго, – улыбаюсь, и он хмыкает в ответ.

– Строго? Это после сороковых было строго, когда регламентировалось даже, в какой руке и как именно держать снятую фуражку.

– Да ладно? – широко распахиваю глаза. – Что, правда?

Володя кивает, машет официанту, подзывая того к столу, и делает заказ. Как только нас опять оставляют наедине, мужчина наклоняется вперёд и говорит:

– Маруся, слушай, я прошу тебя об услуге.

Похоже, ему тяжело даётся эта фраза. Такие, как он, не просят – они приказывают. Что ж такое должно было случиться, чтобы заставить его пойти на этот разговор?

– Я постараюсь помочь, чем смогу, – отвечаю мягко.

– Это касается моей матери, – произносит бесстрастно. – Она… достаточно сложный человек. И последнее время постоянно рассуждает на тему собственной смерти.

– Ох, – вырывается у меня невольно, – надеюсь, она не болеет?

– Она ещё всех нас переживёт, – криво улыбается Володя. – Здоровье у неё неплохое для её возраста, разве что со зрением проблемы.

– И чем я могу помочь? – жду, когда он уже доберётся до сути дела, поднимаю чашку, собираясь допить остатки.

– Стань моей невестой.

Я давлюсь чаем, закашливаюсь до слёз. Володя быстро поднимается, стучит мне по спине, предлагает принести стакан воды. С трудом отдышавшись, машу ему, чтобы сел на место, и вытираю салфеткой глаза. Хорошо, что не красилась.

– Ты с ума сошёл?! – хриплю, когда получается привести себя в норму.

– Послушай, я не договорил, ты зря так переживаешь, – он качает головой. – Только на один раз. Я познакомлю тебя с матерью, один раз поужинаем все вместе – этого достаточно.

– А потом ты сообщишь, что я тебя бросила, разбила тебе сердце, и твою мать хватит инфаркт?! – злюсь на его дурацкое предложение.

– Ты не знаешь мою мать, – хмуро отвечает Володя. – Она с одной стороны считает, что мне пора заводить семью, и подсовывает дочерей своих знакомых, а с другой – и это мне очень хорошо известно – она уже заочно терпеть не может любую женщину, на которой я гипотетически мог бы жениться.

– Я запуталась, – признаюсь честно. – Зачем тогда эта встреча?

– Чтобы её взбодрить, – мрачно говорит мужчина, и у меня отваливается челюсть, а он продолжает: – И чтобы она перестала размахивать у меня перед носом своим завещанием.

– Володь, логики я не вижу от слова совсем, – устало вздыхаю.

– Поверь, я тоже её почти не вижу, – отзеркаливает мой вздох он. – Но других идей у меня нет.

Мы оба задумываемся. Понятно, что я могла бы помочь ему – в конце концов, несложно один раз съездить в гости к сварливой бабуле. Но мне кажется, это не выход.

– Володь, – говорю неуверенно, – а почему бы тебе не найти для неё компаньонку?

– Моя мать не потерпит сиделок рядом с собой, – он качает головой. – Я уже пробовал, долго никто не задерживался. Хотя помощь ей не помешала бы, с глазами у неё всё плохо.

– Не сиделку, а компаньонку, – качаю головой, – это немного другое. Если у неё будет постоянная собеседница…

– Может быть, ты и права, – мужчина задумчиво глядит в окно, а потом вдруг бросает на меня цепкий взгляд. – Ты кого-то ждёшь?

– Нет, – теряюсь от такого резкого перехода. – Я просто хотела сказать… Ты прости, пожалуйста, но… у меня всё и так сейчас очень сложно в жизни, – протягиваю руку и касаюсь пальцами его руки, лежащей на столе. – Мне не хотелось бы…

В этот момент я случайно перевожу взгляд на вход в ресторан, вздрагиваю и отдёргиваю руку так резко, что чуть не сбиваю чашку вместе с блюдцем. Да что за чёрт? Как он мог здесь очутиться?!

Глава 14

Маруся

В зал ресторана заходит Алексей и, кивнув подошедшему официанту, идёт к столу через два от того, где сидим мы. На секунду меня накрывает идиотской надеждой, что он нас не заметит. Эта надежда, впрочем, тут же улетучивается.

Мы встречаемся глазами, и Алексей замирает на секунду, а затем переводит взгляд на Володю, который, откинувшись на спинку стула, насмешливо глядит на испуганную меня.

– Ты выглядишь так, будто тебя муж с любовником застукал, – хмыкает мужчина, и я нервно сглатываю. – Дыши, Маруся. Ты ни в чём не виновата.

Вдыхаю, выдыхаю и немного расслабляюсь. Да, действительно, Володя ведь прав! И чего перепугалась? Хотя ясно чего.

Алексей, похоже, в бешенстве. У него даже губы белеют, на челюстях вздуваются желваки. Несколько широких шагов – и он уже стоит возле меня.

– Доброе утро, – цедит сквозь зубы. – Не ожидал увидеть тебя здесь.

– Да и я не ожидала, – расправляю плечи и с вызовом смотрю на мужчину.

Он прищуривается.

– Надеюсь, ты выспалась? А то вчера, когда относил тебя в спальню после всего, мне показалось, что ты сутки проспишь!

И пока я хватаю ртом воздух от неожиданности, разворачивается к Володе.

– Алексей, – представляется с напором, – отец её сына! – кивает на меня.

– Владимир, – отвечает Володя, а потом язвительно улыбается, – я в курсе!

Всё, закопайте меня прямо здесь и сейчас. Может, сбежать, и пусть они тут хоть поубивают друг друга?

Алекс тем временем протягивает Володе руку с таким видом, как будто сейчас её оторвёт. Они сжимают друг другу кисти и не расцепляют их так долго, что если б я не нервничала, наверное, закатила бы глаза. Наконец, рукопожатие заканчивается – похоже, что вничью.

– Я присоединюсь, – тон Алекса скорее угрожающий, чем вопросительный, но Володя качает головой.

– Мне пора, – ищет глазами официанта, показывает, чтобы принесли счёт, а затем смотрит на меня внимательно. – Маруся, я подумаю над тем, что ты мне сказала, но и ты подумай над моим предложением, договорились?

– Хорошо, – осторожно киваю, стараясь не глядеть на злого как сто чертей Алексея, буравящего глазами «соперника».