Роза для короля. Возмездие (СИ) - Сомерсет Надежда - Страница 8

– И с кем ты ведешь задушевную беседу? – спросил Киих, двигаясь ладонью по внутренней стороне ее бедра. А Мэл с ужасом наблюдала, как сбрасывал с себя майку Дазан.

«Это что сейчас будет?»

– Я соскучился, малыш, – проворчал Дазан и перелез через спинку кровати, уже полностью обнаженный.

 В следующее мгновенье одеяло было на полу, а Мэл целовали сразу с двух сторон. Ее плечи, руки были в таком сладостном плену, что ей хотелось лишь чтобы ни Анн, ни Киих не останавливались. Но потом Дазан опустился на ее ноги и  прошелся губами по ее коленкам, обхватывая ее бедра и прижимаясь губами к нежной коже.

– Стоп! – крикнула Мэл и мужчины замерли. – Мне нужно в ванну.

– Хорошо, идем в ванну, – отрываясь от ее плеча, прорычал Анн.

– Я одна, – испуганно пискнула Мэл. Ну что ж они такие  глупые, так и хотелось ей крикнуть. В эту минуту, она хотела не только в туалет, она еще хотела и принят душ, смыть с себя эти семь дней. Дазан выпрямился, понимая, что утреннего секса не будет, скривился и сполз с кровати, освобождая ноги любимой. Киих в эту минуту пожалел, что вчера они так поспешно уснули рядом с любимой, так и не получив от нее немного любви, остановившись лишь на поцелуях. Анн вздохнул и отпустил Мэл, укладываясь на подушку и закрывая глаза, пытаясь успокоиться. Его дружок уже принял стойку и теперь успокоить его будет сложно. А Мэл осторожно села, потом осмотрелась и решила, что перелезть через Анн будет самым невинным в ее случае, почему-то ему она доверяла больше всех.

– Малыш, если будешь меня трогать там, то обещаю, что в ванной ты окажешься не только со мной, но еще и с двумя голодными мужьями, – простонал Анн, когда Мэл слезла с его ног, опуская свои ножки на  пол.

– Я тебе доверяю, – Мэл сверкнула глазами и скрылась за дверью. А мужчины с тоской посмотрели ей вслед и каждый в этот момент подумал про то, что было бы прекрасно, если бы только он был единственным мужчиной у этой девушки.

Уже в ванной, стоя под струями воды, Мэл услышала тяжелые шаги в комнате и крик генерала: – Где она?

Мэл осмотрелась, легкая дверь не удержит ее генерала от желания ее увидеть и спасти от несуществующего врага, и она испугалась. Когда легкая дверь с громких стуком открылась и в дверях показался Ян Дешерот она вся сжалась, пытаясь слиться со стеной и спрятаться под горячими струями воды.

– Живая, – выдохнул Ян и Мэл оказалась прижата к его груди, пальчиками чувствуя как стучит его сердце. Да, нет, оно бешено колотилось. Мэл прижалась к его широкой груди, утопая в его медвежьих объятиях и улыбнулась. Ну чего она как маленькая, в самом деле.

– Жива, – выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание, а Ян еще сильнее сжал объятия и прорычал.

– Почему мне сказали только сегодня?

– Потому что если бы ты знал об этом вчера, она бы уже была мертва. Отпусти девочку, – Анн стоял в дверях ванной и посмеивался, глядя на генерала, который надышаться не мог, зарываясь лицом в мокрые волосы Мэл.

– Наш генерал уже и забыл, что он ранен был, – засмеялся Киих, поглядывая на Мэл, которую спрятали за широкой спиной.

– Жива, – повторял Ян как мантру, сжимая Мэл в объятиях.

– Жива, но если ты еще сильнее сожмешь меня, то от меня мало что останется, – рассмеялась Мэл и погладила по голове Дешерота, приглаживая его мокрые волосы и разглаживая морщинки на лбу.

И вот, наконец, через час она сидит в главном зале, за огромным столом и слушает  приключения трех послов к Накао Стаакс и все никак не может понять, почему Накао согласилась ей помочь. Ведь совсем недавно ее выбросили за ненадобностью, и даже легкого пути пожелали. Тайи сидел рядом с ней и по праву старшинства рода пересказывал слова сказанные Накао, все что он смог услышать пока они находились в родном замке и что по его мнению задумала Накао: – Тут все просто, она решила, что помочь дочери лучше, чем смотреть, как рушится ее жизнь под каблучком Накашима.

«Как же я мало знаю о мире великих. Но я бы посмотрела на этот мир, с их точки зрения. Может, стоит навестить матушку?»

– О чем задумалась? – Питер, сидящий рядом с ней, уже на правах советника и полностью вылеченный ею, положил свою ладонь ей на колено и заглянул в фиалковые глаза.

– Хочу навестить матушку, – высказала Мэл и в зале наступила тишина. На Мэл сейчас смотрели все мужчины, и не только. В глазах мальчишек сквозил страх, руки Лилла, который расставлял посуду, дрогнули, а Конрад сел за стол и покачал головой, пытаясь рассказать самому себе, что их госпожа не сошла с ума, а ее желание навестить матушку, лишь ее блажь.

– И что ты там забыла, госпожа? – Атис, сидящий напротив Мэл, первым высказал сове отношение к ее решению. Сидящие вокруг Мэл мужчины хором начали противиться этому, рассказывая, что они больше не дадут ей рисковать, что она будет сидеть в замке и ждать их, а они как истинные мужчины будут собирать войска для захвата столицы.

Лишь один Тайи согласился с ее доводами: – Согласен. Нужно перетянуть ее на свою сторону. У нас нет другого выхода.

– А Накашима должна знать, что творит ее дочь. А ведь она еще не стала королевой, – кивнула Мэл, соглашаясь с братом. Тайи посмотрел на сестру: – А потом навестим Теффану, только чем она нам поможет?

– Покажем ей другую сторону медали, ту, где темная магия владеет миром, без света, – прошептала Мэл и оторвалась от голубых глаз брата.

– Тогда может, начнем с нее?

ГЛАВА 10 В споре рождается истина…

Золотоволосая женщина в золотом одеянии сидела в глубоком кресле и читала отчет. В отчете, написанном глубоким и довольно витиеватым почерком, были описаны последние события, произошедшие в империи. 

– Эта девчонка отличается от матери. И ведь начала с того, чтобы устранить бывшую претендентку, – Теффана улыбнулась своим словам и подняла голову, вглядываясь в стоящего у двери, замершего советника. – Джос как думаешь, она это затеяла втайне от матери?

Стоящий у двери советник отмер и поднял голову, встречаясь с золотыми глазами Теффаны: – Это нарушает наши законы, потому думаю Накашима не в курсе выходки дочери.

– Согласна, потому завтра навестим будущую королеву. Нужно сразу поставить ее на место,  а то ведь мои дочери станут потом для нее мишенью номер один, – Теффана покачала головой и отпустила советника, который с удовольствием исчез за резной дверью, мысленно разрешая себе выдохнуть.

«Гревин, по слухам была всегда тиха и покорна матери, но вот тебе девочка дали свободу и что мы видим… Ты еще не стала королевой, но уже переделала дворец и наградила Мэлисенту проклятием. Завтра хочу посмотреть на эту выскочку. Накашима, неужели ты ошиблась? Если мы совершили ошибку, придется ли нам за нее расплачиваться? И насколько будет горькой плата?»

Теффана обвела взглядом кабинет и вздохнула. Она любила этот дворец и его обитателей. У нее двадцать дочерей, у каждой свой гарем и свой замок, и каждый год каждая из ее дочерей отчитывается перед матерью о положении дел в своей провинции. А советники Теффаны ежемесячно присылают отчеты с земель вверенных им. И то, имея целый штат слуг и шпионов, она не дала согласие ни на одну из своих дочерей, потому что власть развращает, дает мнимую надежду на вседозволенность. А кто лучше женщины не знает, на что может пойти женщина, если ей дать эту свободу?

Теффана отложила отчеты и встала. Одиночество ее не тяготило, ее тяготила власть. Она устала от нее, но и прекрасно понимала, что пока она может контролировать магию жизни, текущую в своих детях, пока ее власть безгранична, она может устранить любую угрозу. Но долго ли она сможет выдерживать такие нагрузки? Она стара. Слишком стара. Ее мужья, те, кто был с ней с первых минут, уже давно погибли, умерли или просто исчезли, не позволяя быть ей обузой. Новые мужчины, которых она брала в свою постель, ее больше боялись, чем любили. В ее возрасте, прожив тысячи лет, она могла уже не исполнять роль инкубатора и просто наслаждаться жизнью. Но сейчас решался вопрос не просто ее власти и силы, а решался вопрос их выживания, и она не могла укрыться за стенами своего замка. Ей придется побеспокоить себя еще раз, чтобы увидеть не только коронацию Гревин Итон, но еще и дать ей понять, что она не потерпит своеволия или нарушений законов, которым тысячи лет и на страже которых она стоит.