Светоч жизни (СИ) - Шалюкова Олеся Сергеевна - Страница 63

- Могу, - перебила Ринго её мертво. – Могу. И сделаю. И даже не буду по этому поводу сокрушаться. Если ты будешь жить, у меня будет шанс получить твоё прощение. Если ты будешь мертва, просить прощение мне будет не у кого.

- Что ты…

- Анклав предал нас. Все запуталось настолько, что я уже попросту не знаю, кто и на кого охотится, но тебе оставаться здесь нельзя. Если ты улетишь, то тебя никто не будет преследовать. Ты проведёшь славный отпуск у тёплого моря. Если ты останешься, то мне придётся тебя хоронить. Чтобы я ни делала для твоего спасения, это не поможет.

- Арин… ты сошла с ума?… Кому я…

- Ты нужна мне. Ты. Нужна. Именно мне. А я в этой истории не последняя шестерёнка. Тебя попробуют похитить, а потом убьют, когда тебя будут спасать человеческие полицейские, излишне оперативно отреагировавшие на вызов. Тебя попробуют убить. Трижды. По трём разным причинам. И все три раза будут удачными. Даже если я откажусь от своей работы!, даже если я буду просто сидеть на одном месте и охранять тебя, ты тоже умрёшь. И ты, и я, и десятки твоих знакомых и друзей, твои пациенты, твои подчинённые. Вымрет половина города. Та половина, которая выживет, позавидует мёртвым. И я не хочу для тебя такой судьбы. Нет, я не утрирую, не преувеличиваю, не пытаюсь тебя запугать. Говорю просто правду, как она есть.

- Ты же…

- Да. Я останусь здесь, - кивнула Арина, на мгновение опустив голову. Она не хотела, чтобы Таша видела, какая боль сейчас на лице Ринго отразилась. Порой знать будущее – это совсем не благо, это тяжёлая ноша и очень болезненный груз.

- Ты… - Таша вздохнула, закрыла лицо руками, потом снова взглянула на подругу. – Ты… ты же…

- Да.

И Таша больше ничего не стала ни спрашивать, ни спорить. Она поняла, о чём Арина не сказала. О том, что опасность грозит всем, совершенно всем. И в том числе и ей самой. И лучше будет, если Таша будет в безопасности. И можно будет хотя бы не думать о том, что можно вернуться домой и найти там труп близкого человека.

Но даже понимая, что всё ради неё, извиниться у Таши не получилось. Она так и улетела, злясь и на себя, и на Арину…

Впрочем, Таша в этот день была не одинока в своих мыслях и эмоциях! Злился на «мелкую паразитку» и Ливий. И злился, до зубовного скрежета практически, Антон. Юный некромант, почти мальчишка же!, не догадался, почему так смотрел Олесь Русланович на Арину и на её напарников. Арина хотела, чтобы они тоже сбежали, спрятались, поджав хвост.

Нет, Антон не был трусом, он был за разумную безопасность и предосторожность. Но поведение девушки, которая определённо думала именно о разумной безопасности, его не просто задело, бесконечно обидело!

Хотелось обложить девушку матом. Но Антон держался, расхаживал в ярости по квартире, собирая вещи, и злился, злился, злился.

Когда входная дверь хлопнула, он не подумал ничего плохого. Ключи от его квартиры были у родителей (даже не знающих адрес квартиры сына), ключи были у Некроса и у Арины. Больше никто не мог прийти, и он круто повернулся, чтобы сказать, что…

Слова застряли где-то в горле.

За спиной была девушка, которой здесь было не место.

С того недавнего сна – она изменилась. Не было синяков под глазами, не было заострённых черт. Округлилась, отъелась, отоспалась, побывала у хорошего мастера красоты и хорошего парикмахера, дорого оделась, и словно и не было этих лет, что она скрывалась, что она убивала. Словно и не было времени, проведённого в тюрьме.

Варвара была роскошна и прекрасна.

- Как в старые добрые времена, - пробормотала юная женщина, немного нервно оглядываясь по сторонам. – Как-то даже странно. Вроде бы, вот здесь обычно у тебя стоял чайник. Перестал пить чай?

- Ва…ря?!

- У тебя такой вид, словно ты увидел привидение. Или труп. Не пугайся, сегодня я пришла не за твоей смертью. Временно это вне сферы наших интересов. Нет, нет, пожалуйста, давай оставим сегодня за дверями этой уютненькой квартиры политику и то, что мы враги. Я соскучилась… - Варя потянулась, поймала Антона за кончик галстука, потянула его на себя, почти коснулась его губ. – По твоему вкусу. Твоя магия – совсем другая.

- Ты же… сейчас… не …

- Не питаюсь чужими эмоциями? Конечно. Моя сила ещё не восстановилась. После такого-то подавителя. Но знаешь, - Варя, закусив губу, томно и зовуще смотрела на Антона. – Я просто хочу снова ощутить себя живой. В твоих руках. Именно в твоих. Только в твоих. Я помню наши ночи. Я помню жар наших тел и их холод. Я помню…

- Замолчи!

- Вот как… Значит, ты считаешь, что можешь мне приказывать?

- Ты пришла в мой дом. Незваной гостьей. Почему я должен… с тобой тут… миндальничать?!

- Ты изменился, - Варя с досадой отстранилась.

- Твои чары на меня больше не работают!

- Возможно, да, возможно, и нет. Просто ты сам ещё об этом не знаешь. Неужели ты думаешь, что девочка, в которую ты … Нет. Ты в неё даже не влюблён! Это лишь… бессмыслица какая-то, - Варвара отпрянула. – Кто она? Почему я не вижу её в твоей памяти? Этого… эту? Этого?!

Мягкий перелив дверного замка заставил Антона дёрнуться.

Кто-то пришёл. Кто-то! …

Второй звонок. Третий.

Варя, насторожившись, сверкала хищным взглядом. Никаких гостей быть не должно было. Почему? Откуда? Этого не было в планах!

Звонок стих.

Варвара распылалась в усмешке.

- Понимаешь, мы…

Звонок новый не раздался, произошло кое-что другое. Щёлкнул открываемый замок, и дверь снова открылась. Из коридора зазвучали шаги.

И на пороге возникла Арина.

Варя её не узнала.

Ни с первого взгляда, ни с первого магического касания. Она помнила девчонку из университета, странную, искалеченную. Но она абсолютно не помнила той страшной ночи, когда напала на человека, близкого Арине. И не помнила саму Ринго. Анклав в ту ночь об этом позаботился. Что очевидно, у анклавовцев были свои планы и мысли на этот счёт. Вот только Ринго не возражала.

Да, в памяти Вари она осталась просто как «одна из толпы», но когда и кому это мешало?

Если только самой Арине, когда нужно было что-то сделать, не вяжущееся с образом «чистой и невинной девочки-колокольчика».

Атаки не последовало ни с одной, ни с другой стороны. Ринго помялась на пороге, комкая край джинсовой рубашки.

- Я… не вовремя, Антон Михайлович? … Вы же… говорили, что сегодня со мной позанимаетесь…

- Перешёл на малолеток? – усмехнулась Варя и двинулась к выходу. – Бай-бай, детка. Я ещё загляну.

Дверь хлопнула, Антон просто осел на пол, словно его ноги не держали, а Арина, не обращая на него внимания, подскочила к окну. Танцующей походкой Варвара прошла до угла дома, завернула и пропала…

- Она тебя трогала?

- Что? – мужчина с трудом поднял голову. Образ Арины у окна двоился и троился. – О чём ты?

- Она тебя касалась?!

- Не… - перед взглядом мелькнула Варя, поймавшая его за кончик галстука. – Да. Касалась. Почему ты… - голова разболелась настолько, что чуть ли не слезы брызнули. Сдавило горло, и практически тут же в глазах потемнело окончательно. – Арина?!

- Я здесь. Не паникуй. Все хорошо. …

Длинные гудки телефона Антон услышал очень хорошо и запаниковал ещё больше.

- Кому ты звонишь?

- Некру. Я могу увидеть то, что на тебе проклятье, но я не могу его снять! Это не моя специализация.

- Проклятье? Какое проклятье? Я же… она же! Она сказала, что сегодня она не для того, чтобы… Она обманула! Она меня обманула! – под ошалелым взглядом перепугано попятившейся Арины, он начал медленно раскачиваться, схватившись за голову. – Они все… вы все… только обманываете! Только обманывать и можете! Только… только…

- Некр, у нас проблемы.

- Проблемы? – Ливий сонно поморщился, вынырнул из-под подушки. – Арин, у меня ещё полчаса законного сна!

- Нет их у тебя. Тут была Варя.

- … тут?

- Я у Антона! Нужна твоя помощь! Она наложила на него проклятие!

- Меньше восклицательных знаков и возмущения, пожалуйста, - пробормотал парень, сев на диване и растирая с силой лицо. – Ты сейчас у Антона, там была Варя, она наложила на него проклятие?