Училка для олигархов (СИ) - Бэк Татьяна - Страница 37

— Маша, что случилось? Живая, слава богу! Ты почему на звонки и сообщения не отвечаешь? — затараторил с порога Влад. Меня просто накрыло волной его тревоги и заботы. Слёзы хлынули из глаз, я старалась успокоиться, но ничего не помогало.

— Тебя кто-то обидел? Не реви, скажи мне, милая, что происходит, пожалуйста! — в его голосе прозвучала настоящая мольба.

Сильные мужские руки легли на мои мокрые от слёз ладони, заставляя поднять голову. Его глаза, такие любящие, искренние, наполненные теплом. Не может быть, чтобы этот мужчина мне не поверил.

— Влад… — прошептала, облизывая солёные шершавые губы, — я должна тебе это сказать. У нас с тобой будет ребёнок!

— Ты беременна? — переспросил с непониманием. Кажется, он не до конца осознал мои слова. — Это точно?

— Да, я была у врача, когда ты был в отъезде. Тогда и появилось подозрение. Вернее, доктор сразу сказала, но не поверила. А потом сделала несколько тестов. И сегодня ещё один. Две полоски, сомнений быть не может. У нас будет ребёнок!

Мужские ладони на моих щеках вдруг стали ледяными, словно принадлежали не живому человеку, а хладному трупу. С лица возлюбленного пропали все краски, и оно теперь напоминало восковую маску, даже яркие глаза вдруг помутнели. Это изменение меня напугало до глубины души, словно из любимого вынули душу.

— Ты в порядке? Тебе плохо? — накрыла своими руками ладони Влада, пытаясь из согреть, но он отдёрнулся, словно мои прикосновения его обожгли.

— Нет, мне хорошо. Теперь всё хорошо и правильно. Именно так, как должно быть, а не так, как я сам придумал. — пустой голос, словно запись на плёнке.

— О чём ты? Посмотри на меня, пожалуйста, Влад! — я попробовала поймать скользящий взгляд, но всё было бесполезно. Он смотрел куда угодно, но не на меня.

— Скажи мне только одно… Кто он?

— О ком ты? — непонимающе уставилась на мужчину.

— Я просто хочу знать, от кого ты беременна! — простонал зажмурившись.

— Это твой ребёнок! Ты — мой единственный мужчина.

— У меня не может быть детей, я уже говорил об этом. Странно, что забыла. Или желание заполучить богатого мужика настолько затмило ум? Или надеялась, что если я влюбился, то поверю в любую твою сказку? — теперь в его голосе сквозила настоящая ненависть.

— Не говори так! Я готова поклясться, что это твой ребёнок! Как тебе это доказать? — отчаяние и безысходность практически лишили меня сил. Язык с трудом ворочался во рту, отказываясь повиноваться, а перед глазами всё плыло и мерцало.

— Мне не нужны никакие доказательства. А ещё я должен быть благодарен тебе за очередной урок. Каким же ослом я был, что решил вновь довериться женщине! Кстати, благодарность должна иметь денежное воплощение! — Влад полез в кошелёк. В его глазах плясали сумасшедшие злые огоньки, а на лице нервно подёргивалась неприятная ухмылка. — Спасибо тебе за всё!

Денежные купюры взмыли в воздух и осыпались дождём вокруг меня…

— Удачи тебе! — произнёс он с яростью. — Надеюсь, ты понимаешь, что больше не должна появляться в моей жизни. И жизни Стефании! Чтобы на пушечный выстрел не подходила к моему ребёнку!

Он развернулся и ушел, громко хлопнув дверью, а я оползла на пол и горько разрыдалась среди хрустящих купюр.

Эпилог

Влад

— Сука! Сука! Сука! — с каждым отрывистым криком ударял со всей силы костяшками по рулю ни в чём неповинного мерина. Хорошо, что окна машины наглухо тонированы, и никто не видит моей истерики в этом тёмном закоулке. Хотя сейчас мне было плевать на всё.

В голове складывались нагромождения из мыслей и вновь рассыпались, словно домики из истории про глупых поросят. Безжалостный волк уже подул на хлипкое строение моих воздушных замков. А ведь сегодня я хотел предложить Маше переехать ко мне. Наивный, доверчивый дурак! Безмозглый долбоёб, которого жизнь так и не научила ничему! Почему я решил, что эта училка, пляшущая по ночам в клубе — не такая как все?

Хотя да, она другая… Хитрая, изворотливая, играющая так, что сам Станиславский целовал бы её элегантные щиколотки. Но зачем этот нелепый ход с беременностью? Я ведь сразу сказал ей, что теперь не могу иметь детей! Неужели она настолько глупа и алчна? Не верю, Мышь совсем не похожа на дуру. Скорее всего, понадеялась, что я теперь полностью в её руках и сожру с ладошки любое дерьмо, которое она назовёт конфетой? Ну уж нет, моя бывшая жена достаточно нашпиговала меня этим! Думал, что теперь иммунитет на века, но обидно просчитался.

Телефон надрывался как проклятый, аж подскакивал на приборной панели. Лучше не смотреть, но всё ж схватил трубку. Всего лишь младший братец, а я-то думал, что Мышь начнёт обрывать провода, пытаться донести до меня свою красивую сладкую ложь. Кир и Маша, Маша и Кир… Холодная змея свернулась в области сердца, запуская яд по венам. Не хочу думать! Сигаретный бычок обжёг пальцы, а я даже ни затяжки не сделал. Ровный цилиндр пепла упал на коврик, обращаясь в бесформенный прах.

Молодец, Маша, хоть тут хватило ума сообразить, что мой приказ исчезнуть нахер окончателен и обжалованию не подлежит. Сбросил входящий и подкурил новую сигарету дрожащими руками.

Мысли долбились о своды черепной коробки, пульсировали вместе с виском, вытекали непривычной прозрачной солёной жидкостью из уголков глаз. «Все бабы — суки!» С ожесточением ткнул кнопку радио в надежде отвлечься. Слащавая любовная баллада — снова переключить — навязчивая реклама — нахуй, сука — радостно блеющий диктор, рассказывающий взахлёб какую-то новость светской хроники — заткнись — щемящие сердце простые аккорды и голос, полный боли…

Прочь из моей головы наугад в темноту

С середины концерта сквозь толпу

Сквозь охрану, сквозь двери, сквозь парк

Чтоб чуть-чуть постоять над водой на мосту

Прочь из моей головы!

Здесь и так кавардак

Разбросав фотографии, выбросив вещи, уничтожив улики

Все диски отправив в мусорный бак

Прочь из моей головы!

Я наконец-то завёл двигатель. Пора ехать. Только вот куда и зачем? Сейчас мне было без разницы. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, от дома, где живёт Мышь, от той маленькой уютной квартирки, гнёздышка, где мне удалось так глупо отогреться душой, от её кровати, где я трахал её, словно завтра никогда не наступит. Возможно, что так и есть. Даже если придёт новый день, то в него войдёт уже другой человек. Не сегодняшний я, готовый связать свою жизнь с нежной хрупкой женщиной, ставшей внезапно смыслом жизни.

Прочь из моей головы!

Босиком, кувырком, с чемоданом в руке

Или без чемодана в руке, налегке, вдалеке

Пока я по тебе не проехал катком

Прочь из моей головы!

Над Москвой на метле, через тернии к звездам

С буквой «У» в левом верхнем углу

В треугольнике равностороннем на заднем стекле.

Я вдавил педаль газа в пол. Хорошо, что дорога почти свободна. Сейчас мне нужно свалить подальше, чтобы снова сделать вдох. Здесь воздух пропитан ядом! Кажется, нежные цветочные духи училки впитались в каждый метр столицы.

Из моей головы, где сферой становится плоскость

Где то горит фейерверк, то тлеет свечка из воска

Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха

И не дружат между собой полушария мозга

Где крутится строчка одна днем и ночью

«Вали из моей головы очень срочно!»

И вместе с собой забери о тебе мои мысли

Чтобы Богу не показалось, что мы в этом мире слишком зависли…

Машину подкинуло на очередной кочке, а вслед за этим пришлось резко обруливать яму размером малолитражку. Не дороги, а чёрт знает что! Истеричный звук сигнала авто и яркий свет встречных фар напомнил, что я выскочил на встречку. Резко выворачивая руль уже заранее понял, что машину несёт по гололёду.

Чтобы Богу не показалось, что мы в этом мире слишком зависли.