Училка для олигархов (СИ) - Бэк Татьяна - Страница 26

Я прошлась по комнате, ещё хранивший пряный запах парфюма. А вот кружка, которую Владлен ещё недавно сжимал в своих сильных руках. На подушке осталась вмятина от его головы. Не думая о том, что делаю, легла на это место и закрыла глаза, представляя, что мужчина ещё рядом, прижимает к себе и нежно целует в макушку. Завернувшись в эти воображаемые объятия, попробовала уснуть. Самое странное, что мне это удалось. Сон был глубоким и спокойным, а проснулась сама за несколько минут до будильника — хороший знак, моя маленькая примета, что день удастся. Сегодня я была удивительно хладнокровной, а, может, просто мой организм устал испытывать, поэтому отключил кнопку «волноваться». В любом случае, решать накопившиеся проблемы надо. Сколько можно засовывать голову в песок, оставляя неприкрытый филей на улице, надеясь, что всё разрешится само собой!

Когда позвонил Пал Палыч и сказал, что меня ожидает машина у подъезда, ощутила укол грусти, ведь до последнего надеялась, что Влад успокоился и захочет меня поддержать лично. Что ж, одним отвлекающим фактором меньше, ведь рядом с ним мне всё равно сложно сосредоточиться.

— Здравствуйте, Мария Ивановна! — дверь авто мне распахнул сам безопасник, а я-то думала, что меня оставили без поддержки тяжёлой артиллерии и просто предоставили машину с водителем. — Босс настоял, чтобы я лично поприсутствовал при вашей встрече с братом и выполнил в точности все указания.

— Здравствуйте! — устроилась на заднем сидении и поправила чуть задравшуюся юбку, обнажившую колени. — Вот прям все-все указания? А если я попрошу пристрелить Ваню, как бешеного пса, а труп закопать в лесу?

И тут же пожалела о сказанном, поймав в зеркале заднего вида суровый взгляд Пал Палыча. Кажется, с чувством юмора у него тяжеловато.

— Даже если так. Но я уверен, что не попросите о подобном. Вы — на редкость хороший, светлый человек!

От таких слов вдруг лишилась дара речи и теперь лишь хлопала глазами, борясь с подступающими слезами. Как давно мне не говорили подобного. Да и говорили ли когда-нибудь? Мать считала меня неблагодарной эгоисткой, хотя свою жизнь я посвящала тому, чтобы они с Ваней ни в чём не нуждались; Танюха мою чистоту и доброту считала дуростью и неприспособленностью; для Волковых была лишь любопытным экземпляром, девственной Мышью.

— Приехали! — низкий голос вывел меня из размышлений.

— Я не хочу… — мои силы и смелость вдруг резко улетучились.

— Отвезти вас обратно домой, а брата отпустить? Уверены, что не пожалеете, что даже не посмотрели ему в глаза?

Сделав глубокий вдох, распахнула дверцу, не дожидаясь, пока передумаю. Пора бы уже действительно взглянуть в глаза и брату, и самой себе. До квартиры мы с Палычем добрались в тишине. Безопасник периодически на меня поглядывал и ухмылялся собственным мыслям. На условный стук дверь распахнул один из вчерашних амбалов и радостно заулыбался так, словно в лотерею выиграл.

— Проходите! Объект как раз проснулся. Только хреново ему. Думали похмелить, чтоб не помер, но приказа ж не было. А без приказа не могу! — отчитался он то ли мне, то ли своему руководству.

Быстро прошла в указанном направлении и замерла, оцепенев от неприглядности представшей картины. На кровати в одних трусах лежал брат, прикрывшись облезлым пледом, рядом с диваном стоял тазик, заполненный до краёв. В комнате остро пахло рвотой и перегаром. Меня замутило саму, и я вышла в коридор!

— Вы что, не могли его отмыть и таз вынести? — бубнил Палыч, раздавая указания своим подчинённым. — Этого в душ, окна открыть, проветрить комнату, блевотину убрать, диван застелить! Совсем распустились!

Пока ждала на кухне, пялясь в грязное окно, в квартире началось движение, крики, стоны, мат стоял трёхэтажный. Минут через пятнадцать ко мне подошёл безопасник!

— Ну как ты? — переход на ты был настолько естественным, что не испытала ни малейшего дискомфорта.

— Хреново!

Мы вновь зашли в злополучную комнатку, на этот раз впечатление не было столь отвратительным, но при этом стало ещё более тяжёлым, ведь Ваня теперь был в сознании и смотрел на меня с такой ненавистью, что мурашки пробежали по телу.

— Что, Машка, решила на меня своих быков натравить? Откуда у тебя такие друзья, интересно? Ты их подстилка? Хотя посмотри на себя, кто тебя захочет? — его слова стеганули кнутом. — Из-за тебя я труп! Меня ребята Свина в лесу живым закопают. А ведь надо было всего пару сотен тысяч привезти, что, зажлобила для единственного брата, богачка?

Интересно, на что я рассчитывала? Что брат раскается и будет ползать у меня в ногах, умоляя простить? Скорее всего. По крайней мере, явно не такого поведения.

— А теперь закрой рот и слушай меня! — мой голос звучал спокойно, но Ваня тут же замолчал и уставился на меня заплывшими глазками. — Эти уважаемые люди оказали тебе большую услугу, вытащив из того игорного притона, где ты обитал, но они могут вернуть тебя обратно. Думаю, господин Пятаков придумает, что делать с таким бесполезным должником, как ты. Хотя на органы ты ещё сгодишься. Ну, за треть цены.

Ваня ойкнул и побледнел ещё сильнее.

— Но я предлагаю тебе выход: так и быть, выкуплю твои долги. Но взамен, ты сегодня же уедешь из Москвы домой. Мама в последнее время плохо себя чувствует и нуждается в уходе, так выполни свой сыновний долг!

— Систер, нет, пожалуйста! — кажется, до него наконец-то начало доходить, что я не шучу.

— Поздно! «Пожалуйста» надо было говорить раньше. Так же, как и «спасибо», когда я оплачивала из своего кошелька институт, из которого тебя выгнали, съёмную квартиру, которую превратил в притон. Решил, что твоя сестра — лохушка, которую можно «доить»? А теперь сделаю последнюю поблажку. Сейчас тебе нальют сто грамм и покормят, дальше отвезут за вещами, а оттуда на вокзал. Ты сядешь на ближайший поезд до дома. Вечером позвоню маме по видео связи и должна буду увидеть в кадре тебя и букет роз, которые подаришь нашей родительнице. Я и дальше буду за тобой следить. А если узнаю ещё хоть об одном косяке, то эти господа достанут тебя из-под земли, а потом в неё же и закопают. Прощай, братец!

Резко вышла из комнаты и по стенке отправилась к выходу из этого филиала личного ада, чувствуя предательскую дрожь в ногах.

— Подожди, домой тебя отвезу! — Палыч деликатно подхватил меня под локоть, поддерживая. — А ты сильна, девочка! Не ожидал такого.

Глава 36

Какого хрена вообще полез помогать Мыши? Захотелось поиграть в рыцаря, защищающего прекрасную даму? Это ж надо быть таким кретином! Я со злостью опрокинул в себя содержимое стакана.

— Все бабы — суки, дружище! — Серый уже с трудом ворочал языком. В очередной раз я пожалел, что приехал к другу со своими душевными метаниями, и жалобами на судьбу — ему сейчас и так несладко. Его полоумная жёнушка, закружившая с молодым тренером, все нервы вытрепала терпеливому мужу.

— Ладно, мне ехать пора! —попробовал подняться, но меня повело.

— Куда ты собрался? Ты же бухой⁈ — голос разума во плоти.

— Нормальный я! — на меня наваливалась дремота, но всё же решил поспорить, сам не знаю зачем.

— Нормальный? — Серый налил в стакан ещё вискаря и протянул мне. — Ну, значит, пей!

Последнее, что я запомнил, как друг пел мне колыбельную и заливался пьяными слезами. Хотелось сказать, что всё будет хорошо, однажды боль перестанет обжигать и скручивать душу, но провалился в тревожный сон.

Голова гудела, словно внутри кто-то долбил черепную коробку кувалдой. «Ух, ё-ё-ё-ё-ё!» — протянул я, силясь открыть глаза. Свет резанул так, что к кувалде присоединился отбойный молоток. Я посидел ещё пару минут, надеясь, что боль отступит, но к ней добавилась и дикая жажда. В этот раз разлепил веки медленнее и осмотрел последствия вчерашнего застолья: кругом пустые бутылки, стаканы, остатки нарезок, на ковре свернулся калачиком Серый и мирно похрапывал. Как же я устал от всего этого. Почему нужно было нажираться до свинского состояния. В приступе самобичевания захотелось побиться головой о стену. Хотя ей и так было несладко.